Пути торнадо неисповедимы…

Рубрику ведет Леонид СОМОВ.

Не так давно в прессе я ознакомился со статьей, в которой был помещен рассказ о жутких последствиях бури, принесшей много бед в двух селениях степного Крыма. И мне вспомнился сентябрь 1928 года, когда в Крыму пролился небывалый ливень, а перед ним в Херсонской области пять часов с различной силой бушевал ураган.

…Мы жили тогда в небольшой деревушке Генического района, всего в километре от Азовского моря. В ночь, когда разразилась буря, в селении воцарилась зловещая тишина. Но домашние животные и птицы вели себя крайне нервозно. Блеяли овцы, вконец перегавкалась собачья свора, стрижи забились под стрехи хат.

…Под утро загудела земля, и в километре, в степи, люди увидели изогнутый черный гриб-столб пыли высотой до полукилометра. Он стремительно приближался, меняя векторы, и все мы с ужасом понимали, что ураган не минует поселок.

Так и случилось. Желтое марево мгновенно накрыло нашу деревушку. Я вместе с мамой, как сейчас помню, стоял в толпе людей в битком набитой церкви. Священник возжег все свечи и неустанно молился во здравие попавших в беду. Церковь наша хорошо сохранилась с середины ХIХ века, строили ее два купца Чуриных надолго — в каменном исполнении.

Прошло первых два часа, а торнадо (как сейчас модно называть это стихийное бедствие) и не думал покидать наше многострадальное село. Он метался по улочкам, срывая крыши и поднимая вверх на несколько сот метров голых, тщательно общипанных кур и индоуток, с ревом срывался на полчаса в степь, выдергивая там редкие деревца и купы кустарников, и снова устремлялся в наше село. На глазах у изумленных прихожан рядом с церковью откуда-то с неба буквально шмякнулся небольшой тополь-десятилетка с длинными корнями, в которых запутались обломки труб дренажной системы.

К обеду обезумевший смерч все-таки оставил нас в покое. Он умчался к морю, поднял штук сто гигантских волн, разбил с десяток яликов и рыбацких фелюг и… сдох.

А мы вышли из церкви, чтобы «считать раны». В селе на 150 дворов у восьмидесяти хозяев были сорваны крыши. Рухнула водокачка, были сбиты все телеграфные столбы. Но один старый человек вдруг громко сказал: «Нас господь не оставил. Посмотрите внимательно вокруг». И точно. Посреди села совершенно нетронутой высилась церковь. И если от нее бросить взгляд, как говорится, на все четыре стороны, то можно было воочию убедиться, что на севере — школа, на юге — древний курган, на западе — кладбище, а на востоке — святой источник с надстройкой остались целехонькими. Склады, многие дома, столбы, навесы маленького базарчика неподалеку от церкви — все было покорежено и отмечено «черным тавром» стихии.

Старики потом на протяжении более чем десятилетия до самой войны вспоминали этот случай, и только неустанной молитвой деревенского батюшки во время урагана они объясняли этот феномен. Видать, церковь, кладбище, школа, святой источник, бивший здесь с конца XVIII века, и впрямь богоугодные, любезные высшим силам места…

Другие статьи этого номера