Картина, которая никогда не выйдет на экраны

Огромная пятиэтажка с длинными узкими коридорами и однокомнатными квартирами-ячейками производила грустное впечатление. Выбитые кое-где окна и, по-видимому, нежилые квартиры со вставленными в дверные щели полосками неоплаченных лицевых счетов, грязные стены темных коридоров со свисающими проводами, лужи на цементном полу.

Дом 6 по улице Комиссара Морозова в поселке Штурмовом народ окрестил «гибелью «Титаника». Помнит «корабль» и лучшие времена, когда лет 20 назад это гигантское сооружение заполнилось новоселами. И вот спустя не столь уж большой промежуток времени «Титаник» начал идти ко дну. Что же случилось с домом, с людьми, его заселявшими? Почему такой хаос и запустение?

Оказалось, что это не так просто. Первой открыла дверь пожилая женщина, совершенно пьяная. Ничего вразумительного она произнести не смогла. Следующая собеседница только что сюда переехала, занималась обустройством квартиры и была занята. Бабушки, стоявшие в подъезде, сначала хотели пооткровенничать, а потом вдруг разом заподозрили что-то неладное: «Если вы из газеты, то знаете, что у нас творится. Ходите, выспрашиваете, зачем это вам? Ничего не скажем». Часть квартир производила впечатление брошенных, поскольку двери их были покрыты паутиной и залеплены листками напоминавших о себе рэпа, водоканала и «Севастопольэнерго». Совершенно открытой стояла квартира 131. Заходи и делай что хочешь! Так кто-то и поступил, выворотив краны на кухне и в туалете. Чтобы получить вразумительную информацию, пришлось обращаться в официальные инстанции.

Общая задолженность рэпу по дому Комиссара Морозова, 6, почти 30 тысяч гривен. В лучшие времена здесь жили рабочие совхоза «Севастопольский» и домостроительного комбината. Из старожилов остались единицы. Сегодня основная масса проживающих — неблагополучные семьи и пожилые люди. После приватизации, а большинство квартир приватизировано, жильцы начали обменивать, продавать и перепродавать квартиры. Цены на недвижимость в Штурмовом гораздо ниже, чем в городе. Переезжают в дом те, кто сознательно ухудшает свои жилищные условия. Это пенсионеры, которым тяжело оплачивать большие жилплощади, и контингент опустившихся людей, продавших за бесценок собственные квартиры расторопным маклерам. Был даже случай, когда в рэп пришли прописываться две старушки. Какая- то женщина помогла продать бабушкам квартиры в Балаклаве и вселиться на бронированную жилплощадь, хозяин которой пребывал на Севере, а доверенное лицо ни слухом ни духом не знало о совершенной сделке.

Нередки ситуации, когда закрытые нежилые квартиры взламывают, унося все, что можно. Выбивают оконные рамы, выносят двери, не гнушаются и унитазами. А рэп, естественно, не такое уж и богатое предприятие, чтобы вкладывать и вкладывать деньги в «бездонную» пятиэтажку.

Именно для этого дома трудно найти обслуживающий персонал. Убирать бесполезно, тут же нагадят в прямом и переносном смысле.

Сказать, что «Титаник» — это криминальный дом, не совсем верно. Народ разный. Есть семьи малообеспеченные, есть одинокие старики. Есть молодые семьи с маленькими детьми. Хватает и лиц, ранее судимых, не работающих. Их знают наперечет. Одного такого на днях отправили на лечение от алкоголизма. На учете семья с матерью-алкоголичкой. Старший ее сын «сидит на игле», младший в бегах. На контроле и другой тандем, промышляющий по мусорным контейнерам, и т. д.

Раньше участковым было проще отслеживать ситуацию, так как в Штурмовом функционировал свой опорный пункт милиции. Потом, мотивируя тем, что помещение ведомственное, его забрали. Согласитесь, сложно оперативно работать и быть в курсе событий, находясь на Сахарной Головке и передвигаясь по вверенной территории на разбитом «Запорожце» или пешком. Пока участковому инспектору, дежуря в Штурмовом ночью, негде присесть, а документировать какие-либо показания задержанных или очевидцев приходится на коленях.

Не раз, учитывая жалобы проживающих, просили инспектора директора рэпа поставить решетки на подвалы и чердаки злополучного дома, где собирается пьющий и колющийся люмпен, устраивая попойки и пожары. Однако в рэпе ссылаются на отсутствие средств. С кого требовать квартплату? В селе трудиться негде, народ ищет работу в городе, уезжает. В эпоху волны приватизации многие приватизировали свои квартиры. Теперь это частная собственность. Квартирные метры, за которые никто не платит, заперты или сдаются (в лучшем случае).

Молодежи заняться, по сути, нечем. Бывает, что и безобразничают. Собираются в подъездах, шумят, досаждая ворчливым старушкам. В город ехать накладно, в один только конец — две гривны. Домой придется возвращаться поздно вечером. Да и сколько это будет стоить?

Ситуация в РЭП-14 сложная: отсутствие всех средств, которые можно придумать, на ремонт жилого фонда и уборку территории, долги по зарплате. В связи с нерегулярной выплатой заработной платы уволились дворники, уборщицы. Разбитые контейнеры завалены мусором. На этом фоне особо выделяется все тот же «Титаник» — дом 6 по ул. Комиссара Морозова.

Конечно, многое зависит от руководителей на местах, от того же директора рэпа. Положим, мусор в округе скоро уберут (заключен договор на его вывоз с РЭП 12, заказаны новые контейнеры), выбьют помещение под опорный пункт милиции, отремонтируют медпункт и восстановят в Штурмовом освещение (24 пролета между фонарями варварски вырезаны). Но многое зависит и от самих жильцов. Нет лампочек в подъезде, из подвала сделали туалет. Кто? Не из города же приехали! Грязь развели, а разве в грязи жить лучше? Если бы хоть немного каждый возле себя убрал — чище стало бы. Тихо снять оконную раму не получится. Люди не слышат? Предпочитают не вмешиваться, может, помогают снять?

Жить в пригороде, экологически более чистом и здоровом, нежели современные мегаполисы, стремится сегодня весь цивилизованный мир. Почему уезжают из Штурмового, расположенного в столь живописном месте? С одной стороны поселок окружают Федюхинские высоты, с другой — знаменитая Сапун-гора, рядом несет свои воды красавица речка Черная. Облюбовали когда-то эти места наши предки и остались здесь рожать детей, строить, сеять. Пережили не одно испытание.

Но настал новый день и принес новые проблемы. Работу поблизости найти теперь сложно. Совхоз «Севастопольский», домостроительный комбинат практически на стадии выживания. То же самое с животноводческой фермой. Более-менее «живые» предприятия — гидроузел, газонаполнительная станция, подстанция и железнодорожная станция — не могут обеспечить работой штурмовчан. В поисках работы население двинуло в город. Благо движение транспорта налажено довольно регулярно. Правда, говорят штурмовчане, ежедневные поездки в город и обратно накладны. При любой появившейся возможности люди уезжают. А если учесть факт, что маленькие однокомнатные квартиры дома на ул. Комиссара Морозова рассчитаны, в основном, на молодые семьи, то понятно, что особой перспективы оставаться в поселке у них нет. Держится сегодня Штурмовое на частном секторе, где людей кормит земля.

…Возвращались мы из Штурмового на частной машине. Общее тягостное впечатление дополнил мост со спиленными металлическими перилами через речку Черную. 4 августа 1855 года здесь в сражении у реки Черной были убиты генералы Реад, барон Вревский и Веймарт, 66 офицеров, 2273 низших чина. К сожалению, другие доблестные имена героев, в честь которых воздвигнут обелиск, прочитать невозможно. Чугунные таблички, хранившие о них память, кощунственно сорваны и, надо думать, сданы в ближайший пункт по приему металла. Неприглядная картина. Впрочем, в отличие от голливудского «Титаника», вряд ли ее увидит массовый зритель.

Другие статьи этого номера