Шина… в коме и наяву

На днях смотрел телепередачу, кажется, по каналу «Дискавери», и очень внимательно прислушался к дискуссии о клинической смерти. Мнения разделились: одна маститая ученая дама авторитетно утверждала, что все эти «белые туннели», «воспарения», полеты против часовой стрелки по направлению к «черной дыре» — чушь собачья. Просто в коре головного мозга в период первых 14-ти минут после остановки сердца происходят пока что плохо изученные процессы диффузионного порядка, в кровь в избытке поступает инсулин, создается иллюзия некоего парения.

Другие настаивали на том, что Высшая сила есть и она по неведомой нам избирательной системе кого-то посылает в ад, а кого-то — в светлый небесный город.

Хочу рассказать о своей клинической смерти. Дело было лет двадцать назад, я работал докером в нашем морском рыбном порту. Как-то под вечер, когда мы разгружали «Уссурийский залив», пак со свежемороженой скумбрией по какой-то причине вдруг высыпался на причал. Как вы понимаете, речь идет о сотнях килограммов заледенелой тяжелой рыбы! Я как раз оказался, как говорят, не в том месте и не в тот час. Привезли меня в реанимацию в 1-ю горбольницу , сняли первые «показания». Последнее, что помню, — это сочувствующие глаза медсестрички. И все — полный отруб…

Далее хорошо помнится мне вот что. Я вроде бы прилип к потолку, видел, как торопится ассистент реаниматора подготовить шприц с каким-то лекарством и как доктор его торопит: «Быстрее! Уходит мужик!»

А я сверху хорошо видел себя с разбитой головой, лежащего на операционном столе в коматозном состоянии. Затем я как бы вылетел в окно, на больничный двор. Летел вначале плавно, не спеша и успел для себя отметить, что на верхнюю толстую ветку растущей возле здания софоры кто-то много лет назад навесил шину от мотороллера, так она и висела, как бы паря в воздухе…

Затем я быстро заскользил по оранжевому коридору, но по пути вдруг увидел фигуру хорошо мне знакомого товарища, утонувшего лет 7 назад. Он схватил меня за руку и спросил: «Почему ты так рано вернулся?»

Я тоже подумал о том, что жизнь моя только-только начинается, и решительно повернул назад. Очнулся в реабилитационной палате, и, честное слово, никому не хотелось рассказывать о том, что мне привиделось на операционном столе.

Через полмесяца мне позволили в первый раз погулять на улице — подышать свежим воздухом. Вышел. Голова идет кругом, ведь именно по ней и долбануло во время перевалки рыбного пака. Иду мимо софоры, поднимаю голову и вдруг вижу (честное слово, наяву — впервые) на толстой ветке болтается небольшая, чуть разбухшая от дождей шина. А ведь я ее уже видел. Когда летал…

Другие статьи этого номера