А о новых зданиях для больниц и поликлиник мы давно перестали даже мечтать

В состав 3-й городской больницы входят: стационар на ул. Надеждинцев, поликлиники для взрослых (пл. Геннериха), детей (пл. Ластовая), два филиала — на ул. Лазаревской и пр. Победы. Разброс велик, удаленность зданий достигает нескольких километров: район-то Нахимовский — самый большой и очень-очень «пожилой».

Этим материалом наша редакция начинает новый проект под названием «Адреса социальной помощи». Под этой рубрикой мы покажем «больные места» и расскажем о тех бюджетных учреждениях и организациях, которые живут исключительно на собираемые в городе налоги. Ибо так, как они в казну поступают, так нас лечат, учат. То есть о севастопольцах заботятся настолько, насколько «уплочено». Разве что сиротам или престарелым от спонсоров-«добрых самаритян» перепадает. Кстати, это вторая цель наших выступлений: привлечь внимание потенциальных шефов к наиболее бедственным объектам муниципального здравоохранения, образования и т.п. Помните: у всех есть дети, все болеют и всех неизбежно ждет старость! Думать об этом нужно постоянно, не поддаваясь соблазну урвать, утаить что-то от государства сегодня. Принцип должен быть один: заработал сам-вовремя поделись! Итак, мы начинаем путешествие по «скорбным местам».

Для связи между корпусами, обслуживания вызовов на дому и доставки больных есть, конечно, свой автопарк, в котором аж пять машин. На деле же в строю от силы машины три. Выручает порой только «скорая». Но это не единственная головная боль медперсонала одной из старейших больниц города.

Здание детской поликлиники было построено еще до революции. «1913 года издания», — как говорит главный врач 3-й горбольницы Л. А. Трещёва. — Был там какой-то подвальчик винный. Затем сделали надстройку, когда, разбросав военный мусор, спешно строили в 1944-м саму больницу. Был у нас проект новой четырехэтажной детской поликлиники — очень современное здание по тем временам. Планировалось построить как раз ее напротив здания райгосадминистрации и райсовета. Разрабатывало проект ЦКБ «Коралл». Даже сделали макет — красивый такой, белый. Так все и осталось. Успели, правда, тогда хоть капитальный ремонт в 1989 году сделать. С тех пор ничего мы и не ремонтировали серьезно, не строили, не думали и даже не мечтали. Хотя бы в работоспособном состоянии то, что остается, поддерживать. И здесь одна надежда — на бюджет и спонсоров».

Внутри зданий врачи и пациенты стремятся как-то своими силами поддерживать видимость порядка и пристойности для глаза. Лабораторию, которая была в подвале в ужасном состоянии, подготовили к аккредитации практически без посторонней помощи. В кабинетах медики, родители, больные сами что-то подрисовывают, подкрашивают, залепляют самые кричащие дыры и трещины. Но внешний вид зданий!.. От вида одной только детской поликлиники на пл. Ластовой просто бросает в дрожь. Это какая-то «избушка на курьих ножках»: крыша течет, стены трескаются, фасад ужасный, весь облупленный. «Храм» медицины «1913 года издания»: фас…

Вся диагностика, процедуры и т.п. делаются на общей базе, то есть оборудование — одно на всех: и старых, и малых. О рекомендованной специализации и говорить не приходится. В детской поликлинике специалисты ведут лишь прием — участковые педиатры, хирург, лор, окулист и другие. Всего подопечных юных «нахимовцев», по словам заместителя главврача больницы Н.Н.Нежид, у них на учете 10300. Это 220 посещений в день, но принимают, конечно, и больше: всех, кто придет. Есть еще 10 общеобразовательных школ, 3 школы-интерната, детский дом, 15 детских комбинатов, приют и т.д. Это тоже объекты пристального внимания медиков, которые их курируют. Можно сказать, что коллектив поликлиники, по сути, является и одной из социальных служб в районе, потому что порой выполняет функции многих из них. Например, в вопросах о детях в неустроенных семьях, малоимущих, просто бездомных.

Плачевны дела и в стационаре, где располагаются три отделения, в том числе для лечения ветеранов войны. О нем говорят много, у него добрая слава, потому что работают там исключительные люди — настоящие подвижники. Именно они с посильно…и профиль.й помощью своих пациентов, например, при создании маленькой, но своей библиотечки, создают в отделении хоть минимальный, но уют. Хотя ветераны заслуживают лучших условий. Но о чем можно говорить, когда на питание одного участника боев выделяется в день по 5 гривен. Для «простых» участников войны и далее — по определенному сейчас статусу — положено и того меньше. А на еду одного среднестатистического и пока живого больного (что на бумаге — то и на деле) больницам выдается по 1 (!) гривне в день. Ну что на эту сумму можно съесть, чтобы не умереть прямо на койке? Особенно сейчас, когда цены так взлетели вверх, что даже буханку хлеба на эти деньги уже не купишь. Попробовали бы законодатели и те, кто определяет «прожиточный минимум» для больных, прожить недельку на целых 7 гривен!

50 коек в «ветеранском» отделении, а в очереди, чтобы попасть сюда, старым коренным жителям Корабелки и других районов города приходится стоять по 3-4 месяца, а то и до полугода. Не все дожидаются…

Другая беда стационара — безысходная скученность в палатах. Ну что это за лечение, скажите, когда в одной комнате 5х5 лежат порой девять человек разной тяжести заболеваний и возраста! А там, где по нормам положено лежать двум, находятся и пять человек. Средний возраст «главного контингента», для которого больница иногда — единственный приют и шанс хоть какое-то время пожить по-человечески, 70 — 80 лет. Вот и приходится в коридорах ставить койки, капельницы, как видно на наших снимках. 68 человек — на 60 койко-местах! Причем в основном это неотложная помощь. Для планового лечения практически и возможностей-то нет.

Особое слово — о меблировке поликлиник и больниц: все сборное, что называется, «с миру по…» Вот и ждут пациенты, сидя в списанных креслах из кинотеатров 50-х годов или на драных кушетках, на которых лежать уже опасно.

Как председатель комиссии по здравоохранению Севастопольского горсовета Лариса Александровна прекрасно знает, сколько нужно муниципальной медицине хотя бы для частичного «счастья». С коллегами она составила план до 2006 года (до конца срока своего депутатства): где что нужно бы построить и отремонтировать, что купить и дооборудовать. Так вот, по 3-й горбольнице получается, что сюда нужно вложить еще не менее 500 тысяч гривен только на ремонт зданий. Несмотря на то, что в этом году уже получено 250 тыс. на ремонт и 20 тыс. на приобретение оборудования. Это только сперва кажется, что суммы внушительные. На самом деле при сравнении с существующими ценами — мизер. Судите сами: сегодня на 20000 грн можно купить только 4 кардиографа. Эндоскоп, купленный для больницы в 1992 г., требует замены, а стоит сейчас более 50000 грн, выходит из строя узи-аппарат того же возраста — его стоимость зашкаливает уже за 350000. Рентген-аппарат — приблизительно в тех же параметрах. Даже инструментарий «кусается»: цена одного пинцета хирургического — 18,38 грн, ножниц хирургических — 33,30. А их только на один день нужно не пару и даже не десяток, а гораздо больше.

Да, на городское здравоохранение дали в этом году целых 65 миллионов! Казалось бы, выделяемые суммы стали впечатлять, но и купить на них можно даже меньше, чем вчера. На многое, думаете, этих миллионов хватит? Лекарства столько стоят, что руки опускаются! Например, упаковка шовного материала — 3 грн. А сколько на операцию нужно, знаете?..

Дай Бог вам этого никогда не узнать!

P.S. Уважаемые севастопольцы — наши читатели! Надеемся и с вашей помощью акцентировать внимание общественности на других адресах социальной помощи. Сообщайте нам о них, пишите, звоните!

Другие статьи этого номера