Ошибка Ромео

«То, что в одном веке считается мистикой, то в другом становится научной истиной». (Парацельс)

Примерно в 1963 году мой брат устроился в городской морг, так сказать, разнорабочим. Он месяц как закодировался от пьянства, но его физиономия сама за себя говорила так красноречиво, что ни один уважающий себя руководитель не решался взять его в штат. В морге взяли.

Платили там, конечно, копейки, но убитые горем люди охотно отдавали 5-10 рублей за то, чтобы достойно обиходить родственника-покойника перед порогом вечности: умыть, одеть, побрить, навести, как говорят, полный марафет. Между прочим, сегодня это все стоит довольно приличных в сравнении, конечно, с минимальной зарплатой денег…

Позже, лет через пять, когда брат вошел в нормальную жизненную колею, он уволился из морга. Как-то в день рождения племянницы он услышал от кого-то анекдот на тему «доктор и больной» и разговорился. Вначале выдал несколько баек из жизни, так сказать, предбанника Зазеркалья, а потом рассказал один случай, прямо-таки бросающий в дрожь.

— Я работал в морге санитаром уже пятый месяц, — такими словами начал Генка свой рассказ, — когда привезли женщину из больницы на Северной стороне с диагнозом «Летальный исход после инсульта». Мы с напарником положили ее на стол, укрыли простынею. Минула ночь. Утром приехали родственники, дали нам «чаевые», а также мыло, простыни, одежду для покойной, ее любимый флакон духов «Красная Москва» и попросили, чтобы «все было в лучшем виде».

Особенно усердствовала тетя умершей (что мы поняли из разговоров родственников). Она проявляла большой интерес, так сказать, к вопросам панихидного интерьера, суетилась больше всех, она, кстати, и расплачивалась с нами.

Но вот наступил момент, когда уже пришел катафалк и родственники столпились у двери морга, чтобы принять покойную. Мы вывезли ее на тележке, сестры и муж покойной на минуту как бы застыли, а тетя Марина (так ее звали) с воплем бросилась на грудь умершей и стала голосить.

Наверное, неуместны в подобных случаях какие-либо юмористические выверты, но дальше случилось нечто такое, что возможно лишь в анекдотах. Вдруг рука покойной слабо дрогнула, затрепетали веки глаз… Резко сев, опершись руками о край тележки, наша «подопечная» глубоко вздохнула и, увидев перед собой перепуганное и перекошенное лицо своей тети, вдруг громко заматерилась и закричала: «Я же тебе тогда — раз и навсегда — сказала, чтобы ты на порог даже мой не ступала!»

…Позже, придя в себя от жуткого шока, все родственники по очереди обнимали воскресшую, а тетя, тупо уставившись в стену, молчала. Оказывается, они с мнимой покойницей давно пребывали в страшной ссоре — племянница как-то убежала из дома тетки в мороз в одном платьице со словами: «Даже на похороны твои не приду. И ты то же самое!»…

ОТ РЕДАКЦИИ

В США исследователь Лайэлл Ватсон, изучив проблему диагностики смерти, написал книгу под названием «Ошибка Ромео», подразумевая, что и поныне люди повторяют драму шекспировского героя, поверившего в кончину еще живой возлюбленной.

По словам Ватсона, успехи техники лишь усложнили проблему диагностики смерти, следствием чего во многих странах поспешные похороны запрещены законом.

Зафиксирован и «рекорд», достойный Книги Гиннесса, пишет «Интересная газета»: в сердечном отделении нью-йоркского госпиталя один пациент «умирал» таким образом более 19 раз (!). Сегодня он носит электронный писмейкер как вещественное доказательство спасения от могильного мрака. Впрочем, сенсоры инфракрасной аппаратуры (такие уже используются при поиске людей в завалах после землетрясений) вполне могут определить, живой человек или труп находится в гробу на кладбище на глубине 3-5 метров. Особенно если учесть, что проблема преждевременного захоронения остро стоит во время войн и эпидемий, когда тысячи тел предаются земле поспешно. И многих действительно хоронят заживо…

Другие статьи этого номера