Не занимайтесь самолечением!

С наступлением осени в ожоговом отделении увеличивается число пациентовВ тот день Сергей Ладан, папа очаровательного сына Александра двух с половиной лет от роду, решил во дворе своего частного дома приготовить еду для домашней живности. Он развел огонь, поставил большую, полную воды кастрюлю, набросал в нее пищевые отбросы, благо свиньи — народ неприхотливый. Рядом бегал сынишка.

— Все произошло в доли секунды, — вспоминает Сергей. — Я хотел поменять кастрюли, снял уже готовый бульон и хотел поставить на огонь другую посуду. В это же мгновение мимо пробегал Саша. Он поскользнулся на крышке, оставленной на земле, упал, ногами сбил горячую кастрюлю. Содержимое вылилось прямо ему на ногу. Я был в шоке. Первое, что сделал почти автоматически, — сразу бросил Александра прямо в одежде в бассейн с холодной водой, вызвал «скорую».

Позже столь экстремальные действия отца врачи назовут правильными. Очень часто родители, обезумев от ужаса, совершают обратные, вредные действия. А «скорая» на всех парах мчалась в бахчисарайскую районную больницу. Там начался второй этап этой страшной истории.

— Нас поместили в общую палату травматологического отделения, — продолжает Сергей. — Здесь были и подростки, и совсем маленькие дети. Лечение, как уже стало очевидно спустя две недели, было начато неправильное. В бахчисарайской больнице нет специализированного ожогового отделения, оно есть только в Севастополе и в Симферополе. Я видел, что происходит что-то не то. Медсестра, например, начинала обрабатывать рану на ноге, размазывая мазь пальцем прямо по ране. Даже врач закричал: «Что же ты делаешь?!». Случайно нас увидела специалист из Симферопольского ожогового центра. Она сказала, чтобы мы срочно направлялись или к ним, или в Севастополь. Когда я обратился за помощью сюда, нас приняли без проволочек. Здесь лечение пошло по-другому.

— Саша здесь хоть по ночам начал спать, — говорит Сергей, который с момента трагедии ни на минуту не отходил от сына.

На днях маленькому пациенту предстоит пластическая операция. Как сказал лечащий врач-комбустиолог Игорь Шило, состояние ребенка удовлетворительное. В ходе операции будет взят свой донорский лоскут кожи и произведена пересадка. Но прогнозировать что-либо врач не решился, ожоговые раны специфичны, может быть непредвиденный результат, который отразится на сроке и эффективности лечения. При ожоге организм теряет соли, жидкость, необходима интенсивная терапия, чтобы это компенсировать.

Вообще-то, если задуматься, Женя тут ни при чем. Ему всего-то один год и два месяца, какой спрос с человека? В тот вечер вся семья собралась в одной комнате.

Рассказывает мама мальчика:

— Муж пришел с работы, мы поужинали, решили попить чай. Женя топтался возле. Муж принес большую чашку горячего чая и поставил ее на стол. Мгновение — и я вижу, как Женечка уже рукой тянет кружку к себе… Я закричала, но ничего сделать не успела. Сын ошпарил лицо, шею, грудь. Муж разве что не сошел с ума, а я схватила сынишку и побежала с ним в ванну, стала обливать лицо холодной водой. А снять рубашечку не догадалась. Поэтому, когда мы ее стягивали буквально через какие-то пять минут, на коже уже вздулись волдыри. Ткань усилила ожог.

В комбустиологическом отделении Женя с мамой две недели. Поначалу лицо мальчика было коричневым и раздутым, как шар. Сегодня ребенку значительно лучше. На личике уже нет и следа ожога чего еще не скажешь о шее и грудке.

Здесь же, в одной палате, проходит лечение еще один маленький пациент. Юре исполнилось всего четыре месяца. У грудничка ожог посерьезнее — 2-3 степени, пострадали четыре процента тела. Спросите, каким образом? О батарею. Малыш спал и во время сна скатился и прислонился спиной к горячей железке. Мама в это время была на кухне. Она слышала, что малыш «пискнул», но сильного плача не было.

— Когда я это увидела, то даже не сразу поняла, откуда ожог. Потом догадалась и потрогала батарею — горяченная…

Ожоговое отделение по своей закрытости приравнивается к реанимации. На детском комплексе оно существует уже десять лет. Здесь свои строгие правила, например, сюда не пропускают посетителей и не выпускают во внешний мир родителей, находящихся с детьми. Боятся любой возможной инфекции — на ослабленных пациентах это может отразиться губительно. Но корреспонденту «Славы Севастополя» разрешили все увидеть своими глазами, чтобы еще раз с помощью газеты предупредить: взрослые, будьте бдительны!

— Самая большая категория наших больных — это дети, пострадавшие по вине взрослых, — рассказывает ожоговая перевязочная медицинская сестра Ольга Захаровна Колесник, работающая в детском комбустиологическом отделении с первых дней открытия.

— Затем идут подростки-«взрывотехники» и маленькие бомжи. Но я никогда не смогу смириться с тем, что страдает невинный ребенок. Ведь, на мой взгляд, больнее, чем ожог, раны нет. Каждому ребенку перед перевязкой делается обезболивающее, раны отмачиваются, обрабатываются антисептиками. Но в любом случае, зрелище это не для слабонервных.

— После тяжелых детей я пью корвалол, — признается Ольга Захаровна.

Но дети не знают, что она чувствует, они переживают только свою боль. И даже спустя многие месяцы после выписки малыши, случайно встретив медицинскую сестру на улице, начинают плакать.

— Страх перед медиками у них остается на долгие годы, — говорит О.З. Колесник.

О «взрывотехниках» стоит рассказать отдельной строкой. Впереди Новый год, а это значит: родителям подростков, тяготеющих к всевозможным «взрывам», следует насторожиться. После своих «опытов» они поступают в ожоговое отделение с обгоревшими волосами, лицом, руками.

— При таких пациентах в отделении какое-то время стоит запах паленого мяса. Он такой сильный, что люди, попавшие к нам в первый раз, не выдерживают, прикрывают носы, — рассказала Ольга Захаровна.

Если говорить о сезонности, то горячая пора в детском ожоговом комбустиологическом отделении начинается как раз с приходом холодов. Нередки случаи, когда детей при купании взрослые нечаянно ошпаривают кипятком.

— Я разбавляла воду да ошиблась тазиками, — разводит потом руками незадачливая мама или бабушка.

Ожог ожогу рознь. В данном случае мы говорим не о немного обожженном о сковородку пальчике. Может, в этом случае «скорую помощь» беспокоить и не надо. Но если произошло что-то серьезное, не тратьте время, обратитесь в больницу. Самолечение при ожогах частенько приносит лишь вред.

Однако многие из нас визиту к врачу по-прежнему предпочитают советы. Намазывают обожженный участок тела подсолнечным, облепиховым маслом, применяют мази. Нельзя! Тот же «Спасатель» создаст эффект парника, температура уйдет в глубь эпидермиса, «проварится» весь слой… Специалисты рекомендуют до приезда врачей использовать только холод.

Другие статьи этого номера