Улица имени Архитектора

Впервые я встретила ее на улице нашего города в начале шестидесятых. Был тогда Севастополь совсем маленьким. Еще не существовали микрорайоны Камышовой и Стрелецкой бухт, Куликова поля, проспекты Победы и Октябрьской Революции. Собственно, город был представлен центральным кольцом. А к нему примыкали кварталы малоэтажной застройки. В выходные строем под звуки военного оркестра на центральные улицы выходили на прогулку матросы — обычный и прекрасный для того времени ритуал городской жизни. С кораблей доносились команды. И по вечерам звучала музыка. С наступлением темноты почти у воды под открытым небом на Приморском бульваре работал летний кинотеатр. Все было по-севастопольски приятно, привычно, уютно. Горожане знали друг друга в лицо, здоровались при встрече. Даже не будучи близко знакомыми.Она чем-то почти неуловимо отличалась от многих других. В ней все было гармонично, изящно, стремительно. Тогда я не предполагала, что в скором времени по линии одной и той же профессии наши пути переплетутся. Но через год, когда я получила приглашение на работу в горпроект на должность старшего архитектора, главный инженер Иван Григорьевич Головачев стал представлять меня руководителю группы Клавдии Викторовне Бутовой и я с удивлением узнала в ней мою прекрасную леди.

Работать с ней, общаться было чрезвычайно интересно. Поражало все. Ее невероятная трудоспособность, уверенность в себе, любовь к профессии архитектора, умение согласовывать и защищать свои проекты в любой инстанции. А это, пожалуй, самое трудное в проектном деле. Мне сразу поручили разработку проекта детальной планировки района нынешней улицы Горпищенко. Клавдия Викторовна была занята районом бухты Стрелецкой, проспектом Юрия Гагарина и в мою работу не вмешивалась. Видимо, знала о моем опыте в этой области архитектуры, накопленном до приезда в Севастополь из Ростова-на-Дону. Я оценила ее деликатность. Зато руководитель мастерской, куда входила наша группа, Исай Аронович Брауде (за глаза его любовно называли Исаем Вариантовичем) просто донимал меня требованиями необходимости разработки многочисленных вариантов.

Скоро мне самой предложили возглавить такую же, как у Клавдии Викторовны, группу. Но мне хотелось еще поучиться у нее уму-разуму. И в тот момент я отказалась от повышения, чем, конечно, удивила и обидела главного.

По вечерам в выходные Клавдия Викторовна собирала у себя дома архитектурный «бомонд». Там никогда не «шумел камыш». Говорили об архитектуре, поэзии. Хозяйка знала превеликое множество стихов, пели романсы.

Клавдия Викторовна много и успешно работала. По ее проектам застроены проспект Юрия Гагарина, микрорайоны: между улицами Дмитрия Ульянова и Ерошенко, Гавена, правая сторона ул. Летчиков (проспекта Октябрьской Революции), между улицами Репина и Вакуленчука. Лестница, у основания которой на улице Ленина стоит бюст А.В.Суворова, — тоже ее работа. В те времена вынужденного засилья типовых проектов ей все-таки удавалось ввести в застройку микрорайонов некоторые интересные детали: то подпорную стену украсить декоративной аркой с фонтанчиком, то вставки между типовыми секциями, то приставные лоджии на глухих торцах домов.

Но самое главное — ее трудам принадлежит утвержденный в 1964 году генеральный план развития Севастополя до 1980 года. Работа выполнялась ею самостоятельно, а консультантом был один из авторов первого генплана восстановления города — В.И.Артюхов.

Особенно интересно проходили градостроительные советы. Даром убеждения она владела в совершенстве. Только Исаю Ароновичу удавалось ей сопротивляться, а однажды даже довести до слез. Так было на совете при обсуждении ее проекта, по которому предлагалось на территории теперешнего парка Победы разместить четыре микрорайона, расположенных по обе стороны главного бульвара, ведущего к морю. Обладая даром ораторского искусства, Клавдия Викторовна буквально всех усыпила, но!..не Исая Вариантовича. С присущей ему горячностью он сказал, что это решение предполагает жилье в основном для элиты и что такое место должно остаться для всех. Вот тут Клавдия Викторовна не выдержала и с досады заплакала (не очень горько, но все же…).

Позже по проекту архитектора И.Е.Фиалко здесь стали создавать парк Победы. За три десятилетия он так практически и не появился. А вот жилье постепенно наступает. Жизнь покажет, кто был прав. Спор продолжается — заочно.

В 1969 году Клавдия Викторовна была вынуждена переехать в Москву, куда получил назначение ее муж. Кто-нибудь другой, да еще в возрасте за 40 лет, в Москве мог бы затеряться. Почти год она вообще не работала — «выдыхала Севастополь». Затем поступила на работу в институт «Гипрогор». Конечно, профессионалы этого знаменитого в России проектного института, занимающегося проектированием городов всей страны, сразу распознали в Клавдии Викторовне талантливого и опытного архитектора-градостроителя. В связи с необходимостью восстановления г. Махачкалы после землетрясения она была назначена автором и главным архитектором генплана этого города. За короткий срок проект был составлен и высоко оценен. Президиум Верховного Совета Дагестана наградил К.В.Бутову почетной грамотой, которой до этого удостаивались единицы из числа творческих работников. Она приступила к реализации этого генплана, но…В ее жизни появился новый объект — город Старый Оскол.

После войны за короткое время он был восстановлен, но оставался провинциальным городком с населением не более 30 тыс. человек. В 70-х годах в нем было начато строительство крупнейшего в стране и Европе электрометаллургического комбината с необходимостью формирования Старооскольского промышленного района. В 1976 году на уровне правительства было принято постановление «О мероприятиях по обеспечению комплексной застройки г. Старый Оскол». Встала необходимость разработки нового генплана, и автором была назначена наша Клавдия Викторовна.

Огромный объем работ требовалось проделать в крайне сжатые сроки. Командировка в Старый Оскол длилась месяцами. И в Москве над этим проектом ей приходилось работать до полуночи. Домой возвращалась с последним поездом метро, приносила необходимый ей рулон ватмана и работала до 3-4 часов ночи. Работа продолжалась без выходных (сроки поджимали). Необычные для женщины энергия, работоспособность, умение организовать работу своих помощников позволили завершить работу в установленные сроки.

В 1980 году постановлением Совмина РСФСР генеральный план Старого Оскола был утвержден. Работа Бутовой над его реализацией продолжалась без малого четверть века. Новый город в основном построен и сегодня достойно выглядит на конкурсах наиболее благоустроенных городов России.

Но все имеет свой конец. И сердце, которое было полностью отдано, как выражалась Клавдия Викторовна, «моему любимому Старому Осколу», остановилось 7 марта 2002 года. Ей было 76 лет, но газеты писали: «В расцвете творческих сил». Газеты выходили с такими заголовками статей, посвященных Клавдии Викторовне: «Она создавала новый Старый Оскол», «Она была влюблена в Старый Оскол, и город ответил ей взаимностью», «Улица имени Бутовой».

Да, с целью достойного увековечения ее памяти одна из улиц в новом городе нынче носит имя архитектора Клавдии Бутовой. Это признание ей в любви, это признание ее таланта.

Другие статьи этого номера