Следы от вил

«То, что в одном веке считается мистикой, то в другом становится научной истиной». (Парацельс)

Недавно, месяцев семь назад, к нам в автогараж поступил слесарем молодой парень Геннадий Т. Я почему-то сразу обратил внимание на его грудь: в области диафрагмы, когда он умывался под душем после смены, явно виднелись три красных точечных пятна, выстроенных четко по прямой, но как бы наискосок.

Неудобно было расспрашивать человека, но пятнышки эти мне показались странными. Как-то в сентябре шеф сделал всем нам подарок: закрыли мы свою мастерскую, сели в «топик» и прямиком поехали в Форос, на двухдневный отдых за счет фирмы. На второй день, сидя на бортике бассейна, я разговорился с Геной и вскоре речь зашла о том, что, по слухам, местный санперсонал иногда в сумерках видит в аллеях парка призрак царского садовода Альбрехта, который и сотворил некогда здесь это зеленое чудо…

— А знаете, в прошлой жизни я тоже жил в огромном парке, в домике семьи садовника, — вдруг сказал Гена. — Но меня убили в юности. Звали, кстати, Егором.

Я озадаченно уставился на своего напарника, и, видимо, вся моя физиономия выражала такое удивление, смешанное с недоверием, что мой собеседник извиняюще улыбнулся и продолжил свой рассказ:

— Я прекрасно помню то время. Это было примерно в 1907-1910 годах. В нашей семье росли три девочки и два мальчика. Я был старшим. Однажды, мне было тогда лет пятнадцать, вечером отец послал меня в конный сарай за хомутом, видимо, хотел починить его перед ярмаркой. Я взял фонарь и отправился в сарай. Кстати, там, в подполе, у нас хранились картофель, лук, чеснок и штук сто банок различных солений. Когда я открыл дверь, то увидел двух цыган. Один из них набил уже всякой снедью целый мешок и заканчивал увязывать его, а второй, как говорится, стоял у двери с вилами в руке — «на шухере». Я было оторопел и вначале ничего не понял. А затем хотел закричать, позвать отца. Именно в этот момент цыган, злобно крикнув, ударил меня в грудь вилами…Дальше ничего почти не помню. Знаю, что парил я в высоте над нашим парком, левая часть которого как бы вырисовывала две буквы — «СО», а правая — «ФИЯ». Видел, как цыгане убегали по полю, засеянному гречихой, и себя, окровавленного и пригвожденного к порогу сарая вилами…

…Тут Геннадий указал рукой на свою грудь и сказал: «Вот, от той жизни только три отметины и остались».

Я сидел и явно представлял себе эту трагедию, хотя слабо верил в истинность слов Гены. Выходит, он хорошо помнил себя в той, предыдущей жизни? Но самое интересное для меня заключалось в том, что именно в Умани проживал с семьей мой старший брат, историк по образованию, местный краевед.

Я тогда, помнится, ничего Геннадию не сказал, но в очередном письме брату Василию все-все описал. Ответ пришел быстро. Брат, оказывается, совсем недавно сделал аннотацию на книгу своего товарища, вышедшую в издательстве «Письменник» под названием «История создания Уманского парка-заповедника». И в той главе, где речь шла о создателях парка, автор пространно рассказывал о семье потомственных местных садоводов. Правда, конкретно о трагичной судьбе одного из сыновей садовника ничего в этой книге не было написано. Однако старожилка Умани Персианова Клавдия Никифоровна прекрасно помнила, как почти век назад в семье главного садовода произошло жуткое несчастье — злые люди вилами ночью закололи старшего сына…

Вот вам и конкретное дополнение к почти фантастическому рассказу моего напарника.

От редакции

Некоторые родимые пятна на телах людей довольно веское доказательство реинкарнации — науки о переселении душ, о наших прошлых жизнях. Так, по крайней мере,считает доктор медицинских наук Ян Стивенсон, исследователь множества подобных случаев. Его научные труды поражают воображение ничуть не меньше, чем иной фантастический роман. Порой в них находишь просто потрясающие истории!

В свое время Стивенсон опубликовал статью «Двадцать случаев предполагаемой реинкарнации». Этот солидный ученый — профессор психиатрии в медицинской школе университета Виргинии (США) — собрал 2600 официально зарегистрированных случаев «опыта прежних жизней».

Конечно, научных доказательств феномена реинкарнации пока нет. Но фактические совпадения порой просто потрясают воображение. Как в нашем случае — Геннадий Ткачук никогда в жизни не был в Умани. Он родился в Перми в 1982 году, в семье железнодорожного обходчика.

Другие статьи этого номера