Дети подземелья

В январе 2004 года состоялась очередная украинско-российская экспедиция по изучению пещеры Кизил-коба на Долгоруковском массиве Крымского полуострова. В состав экспедиции вошли симферопольцы Альберт Кондратьев, Виктор Гриценко и севастополец — автор этих строк, Россию представляла московская команда Михаила Харитонова.С технической точки зрения Кизил-коба не является сложной полостью. Но паводкоопасность заставляет быть всегда с пещерой на вы и не расслабляться. Прошедший на поверхности ливень или растаявший снег за небольшой промежуток времени может затопить многие части пещеры, сделав непроходимыми сифоны (затопленные до потолка участки галереи). И тогда остается только одно — пережидать большую воду в безопасном месте.

Спелеологи — люди серьезные, а потому и задачи перед экспедицией были поставлены серьезные и вполне оправдывающие недельное отсутствие дома. Во-первых: исследовать потолочную часть южного притока на предмет неизвестных ходов и попытаться пробиться дальше в «клоаку». Во-вторых: произвести фотосъемку в районе пятого сифона и каскада Космонавтов.

Красная пещера относится по типу к пещерам-источникам — в ней имеется постоянный водоток. Поэтому большая часть пути до подземного базового лагеря (ПБЛ) проходила по руслу подземной реки по пояс в воде. Первый сифон был открыт сантиметров на 5 и позволял поддерживать голосовую связь, что в психологическом плане облегчало его проныривание. Далее — череда водных участков, обвальных залов и водопадов. Если уровень воды был выше шеи, приходилось плыть, придерживаясь за транспортные мешки, имеющие положительную плавучесть благодаря гермоизоляции.

Красная пещера поражает своими объемами. В ее галереях вполне можно было бы ездить на электропоезде. А в сочетании с постоянными водными потоками это все представляет фантастическое зрелище. Не говоря уже о натечных образованиях (сталагмитах, сталактитах и т.д.), к которым спелеологи, как правило, относятся весьма прохладно.

Через два часа мы добрались до массивной каменной плиты, расклиненной в галерее. Идеальное место для лагеря! Отсюда примерно одинаковое расстояние до всех уголков пещеры, под плитой протекает речка — всегда вода для кухни. А самое главное — этот ПБЛ не затапливается во время паводков.

Жизнь в лагере текла размеренно. Готовить еду, сушить вещи и обогревать палатку в сырой пещере приходилось с помощью газовых горелок. Под землей круглый год одинаковая температура — плюс 8-9 градусов. Постоянный шум воды оказывает своеобразный эффект на психику человека. Постоянно слышишь голоса, проезжающие автомобили, детский смех, музыку дискотек.

В южном притоке нами была обнаружена пара мест, которые могут стать как «перспективами» для следующей экспедиции, так и «заткнуться», не успев начаться.

Благодаря малому уровню воды в пещере удалось добраться до той части «клоаки» (название хода в районе южного притока), которая обычно затоплена. Однако сама «клоака» нам не поддалась. Видим, что вода проходит, а сами протиснуться не можем. Нужно расширять проход. Но это дело следующей экспедиции.

Фотосъемка прошла успешно. Приятно отметить, что в этот раз ничего из фотоаппаратуры утоплено не было. Говорят, если понырять в первом сифоне, то можно выловить с десяток утопленных сапог, пару подводных фотоаппаратов и другую полезную в хозяйстве утварь.

Во время экспедиции наткнулись на геологический бур — стальную трубу метров 7 длиной и сантиметров 20 в диаметре. Представьте себе, что вы уже на расстоянии двух часов от входа, боритесь за жизнь, уже забыли, что есть «верхний» мир. И тут — на тебе! Дитя индустриальной революции. Пробурив как-то скважину, геологи умудрились попасть в пещеру и уронить бур в ключевое место Кизил-кобы — «Развилку», где несколько притоков подземной реки сливаются в единое русло.

Сюрприз, однако, нас ждал наверху. Уходили — была почти весна, вышли — снега по колено. Через несколько дней он растаял, и бурные потоки смыли под землей отпечатки наших сапог.

Другие статьи этого номера