Без царя в голове

Без царя в голове

Говорят, что внешность обманчива. Действительно, глядя на эту миловидную женщину, вряд ли подумаешь, что она воровка и мошенница. Однако знакомство поближе с теми, кто ее хорошо знает, а также с ней самой никаких сомнений не оставило.Нинка сидела за кражу в челябинской тюрьме, там выучилась шитью на швейной машинке и постигла «премудрости», до которых собственным умом, возможно, недодумалась бы. По выходе на свободу вернулась в родной Севастополь, где и воплотила в жизнь «уроки», полученные на зоне.

Начала с давней знакомой, которая имела неосторожность посочувствовать бедолаге, «ни за что» отмотавшей срок, и приютила ее на пару дней у себя. Не теряя времени, глазастая Нинка присмотрела, где сердобольная держала нехитрый капитал, улучила момент и украла у нее все до копейки. Денег этих было немного, однако хватало, чтобы снять квартиру.

За 150 гривен жилплощадь с частичными удобствами на пр. Героев Сталинграда в полное Нинкино распоряжение предоставила одна из тех бабулек, которую с табличкой «Сдается квартира» можно без труда найти в любое время суток на железнодорожном перроне любого города.

Как и договорились, ровно через три дня старушка пришла на Героев Сталинграда за ключами и обнаружила там… совершенно незнакомых людей, уверявших:

— Все оплачено наперед и в долларах женщине молодой и светловолосой!

А расторопная молодая и светловолосая, провернувшая удачную аферу в Севастополе, уже на железнодорожном вокзале крымской столицы сняла и пересдала одну за другой однокомнатную и двухкомнатную квартиры ничего не подозревавшим симферопольцам, потом вернулась в белокаменный и тут же провернула идентичную махинацию с квартирой на улице Меньшикова. Таким образом, на руках у мошенницы оказалось 2.300 дармовых «зеленых», с которыми она, не мешкая, рванула к сестре под Киев.

«Легкие» деньги тратила легко, не жалея: на себя, сестру, племянников и шурина. Когда от кругленькой суммы осталось всего ничего, Нинка навострила лыжи обратно, к городу у моря.

Нинкина мать продала частный домик в пригороде и разъехалась с мужем. К этому времени ее старшая дочь была уже замужем, а вот младшая Нинка едва-едва закончила девять классов. Родительница попивала, меняла сожителей и дочерью особенно не интересовалась. В общем, ничего не оставалось делать Нинке, как в неполные шестнадцать зажить гражданским браком с парнем, старше ее на добрый десяток лет. И хотя семейная жизнь сразу не заладилась, родила она одну за другой Паше двоих дочерей.

Вскоре Паша увлекся наркотиками. Нинке бы помочь, подсказать, но ее родительнице такая обуза, как дочь и две малышки-внучки в придачу, была совсем не нужна. Стареющую пятидесятилетнюю женщину волновали лишь два вопроса — молодой любовник да веселое времяпрепровождение.

Когда Нинку посадили за кражу, детей, Катю и Светланку, разобрали по домам родственники. Позже они же оформили над ними опекунство. Нинка узнала об этом после тюрьмы, сначала даже собиралась идти скандалить с родней, а потом подумала и решила оставить как есть.

Третью дочь назвала Женечкой.

— Не нужна она тебе! Так и знай, с ребенком в дом не пущу, — сказала, как отрезала, мать, пришедшая к Нинке в родильный дом.

И Нинка… оставила девочку в Доме малютки.

Попробовала даже жить у матери. Днем они вместе собирали в лесу грибы, вечером продавали, а чуть позже на вырученные деньги накрывали стол. И так каждый день. Нинке, никогда не испытывавшей пристрастия к спиртному, такой уклад быстро наскучил, и решила она идти своим путем. От одних знакомых перебиралась к другим: поживет, обворует — и к следующим. Тащила, будто сорока, все, что «плохо лежало»: деньги, золотую цепочку, мельхиоровый кофейный сервиз и прочее.

Нинкой — не иначе зовут ее окружающие. Ей двадцать восемь. Специальности нет никакой. Трое детей. Старшей — Кате — сейчас одиннадцать, средней — Светланке — будет девять. Когда вышла из тюрьмы, узнала, что Катю забрал к себе дядька, а Светланку — тетка. Видеться с ними Нинке разрешают, но нечасто. Поэтому, когда случайно забеременела в третий раз, захотела родить для себя. Отца будущего ребенка знала давно, но любви между ними никогда не было, так — взаимный интерес, и новость эта его не обрадовала.

— Я здесь ни при чем, — сразу предупредил он.

Женечка родилась в тот день, когда должен был состояться очередной суд над ее матерью. Естественно, слушание дела тогда перенесли.

Выписываться с ребенком было некуда — ни жилья, ни денег. Новоиспеченная бабушка посоветовала отдать девочку в Дом малютки, что Нинка и сделала. Сейчас Женечке три месяца.

На вопрос: что заставляет ее воровать и обманывать (ведь сидела уже!), Нинка ответила не задумываясь:

— Непутевая я. Не знаю, как это выразить словами, но если я вижу, что есть возможность украсть и обмануть, обязательно украду и обману.

Выросла она в неблагополучной семье. Рано вышла замуж, рано родила. Муж — алкоголик и наркоман, а она — воровка, мошенница и «кукушка» в придачу: работать и нести ответственность за детей не захотела, раздала их родственникам и бросилась во все тяжкие. Судима: в России познакомилась с молодым человеком, приехала к нему в гости, родители уже планировали свадьбу сыграть, но невеста накануне торжества залезла в квартиру и обокрала будущих свекра со свекровью. Те церемониться не стали — заявили в милицию, и Нинку посадили за кражу. После отсидки вернулась в Севастополь и занялась мошенничеством, входила к людям в доверие, снимала квартиры и сдавала их вновь. Так куролесила почти год, а потом вдруг пришла с вещами и продуктами в райотдел сдаваться, чем всех весьма удивила:

— Надоело, — говорит, — в тюрьму хочу.

Возбудили уголовное дело. Однако по причине «открывшейся» беременности подследственной меру пресечения — содержание под стражей — заменили на подписку о невыезде, а дело приостановили.

Алкоголизмом не страдает. В разговоре общительна и может при желании даже произвести весьма приятное впечатление. Чем, собственно, и пользовалась.

Что будет с Нинкой дальше? Прогнозы неутешительны. О таких обычно говорят: без царя в голове…

Другие статьи этого номера