Бывшей киевлянке Майе Троян за малое время удалось превратить «пустыню» под окнами в райский уголок

«Ой, видимо, вы неместная!» — точно определяют собеседники, слушая пылкие речи Майи Тимофеевны. Поселившись в Севастополе летом прошлого года, женщина сумела навести порядок не только в купленной квартире, но и во дворе дома.До переезда в Севастополь семья Троян прожила в Киеве 30 лет. Их дом стоял недалеко от Крещатика. Привыкшим к зеленым ухоженным улицам и устеленным коврами подъездам с консьержкой у входа пенсионерам поначалу было непросто свыкнуться с нашей реальностью.

— В Киеве за состоянием домов и улиц следят соответствующие службы, — рассказывает Майя Тимофеевна, — и там нет таких неухоженных подъездов, дворов, фасадов зданий, «благоухающих» мусорных контейнеров. Пока занимались ремонтом купленной квартиры в доме 32 по ул. Николая Музыки, особо задумываться над этой проблемой было некогда. А когда ремонт завершился, то я поняла, что дальше жить в такой грязи не смогу!

К решительным действиям женщину подтолкнуло происшествие: 13 января один из водителей не заметил открытого люка во дворе и машина въехала в него колесом.

— Мне было больно видеть, как мучился этот человек, пытаясь освободить из «ловушки» автомобиль, — продолжает рассказ Майя Тимофеевна. — А потом попала в беду и я сама. В темноте пыталась обойти открытый люк, угодила в выбоину в асфальте и сломала ногу! Два месяца провела в гипсе и размышлениях.

Майя Тимофеевна взялась за дело. Выяснив, что часть дома, в которой расположена их квартира, принадлежит РЭП-7 (вторая половина дома находится в ведении РЭП-1. — Прим. авт.), она позвонила в рэп, а когда это не помогло, обратилась в редакцию газеты. В итоге злополучный люк во дворе все же был накрыт крышкой, но остался нерешенным еще ряд проблем. Над окном квартиры семьи Троян продолжает нависать поломанная ржавая сточная труба, течет крыша, держится «на честном слове» ветхая входная дверь в подъезд, остались нетронутыми выбоины в асфальтовом покрытии двора. Устав сигнализировать в различные инстанции об этом безобразии, Майя Тимофеевна взялась за дело сама.

Побелила бордюры и цоколь дома, наняла мужчину, который за десятку и бутылку ликера помог вскопать клумбу во дворе (пенсионерам было не под силу взрыхлить утоптанную землю). К благому начинанию подключились соседи. Один помог посадить цветы на обработанной клумбе и сделать скамейку, другая соседка весь день носила мусор в баки. Озадаченные («Боже мой, здесь раньше никто в жизни ничего подобного не делал!») и вдохновленные их примером на субботник вышли жители соседних домов. Теперь во дворе радует глаз прохожих своеобразный «оазис среди пустыни».

— Когда я начинаю говорить людям, что нельзя жить в такой грязи, на мои слова они реагируют одинаково: «Ой, видимо, вы неместная!». Мне непонятно, как можно жить в городе и не пытаться его облагородить? Я сама подметаю участок двора напротив подъезда, потому что у нас нет дворника. Я заштукатурила стены подъезда и побелила цоколь дома. Но заменить коробку двери подъезда, залатать крышу и выбоины во дворе мне не по силам. А достучаться до тех инстанций, которые обязаны решать эти проблемы, не удается…

Другие статьи этого номера