говорит известный севастопольский художник Анатолий Шорохов, более сорока лет занимающийся спортивной подводной стрельбой

Спортивная карьера его затянулась на десятилетия. Только два года назад он впервые отказался от участия в соревнованиях. Но с морем не расставался. Как он сам говорит, перешел в связи с приближающимся семидесятилетием в разряд подводников-любителей.- Анатолий Федорович, когда же вы «заболели» подводным плаванием?

— Знакомство с ним состоялось у меня… в поезде. Было это в 1963 году. После завершения учебы в Московском художественном училище ехал я по вызову в редакцию газеты «Слава Севастополя» (там я потом проработал 33 года). Попутчиками моими были москвичи, каждый год отдыхавшие летом в Крыму. Везли они с собой маски и ласты, о которых я тогда понятия не имел, так как вырос в Сибири, вдалеке от теплых морей. И настолько были увлекательны их рассказы о подводном плавании, что по приезде в Севастополь тотчас же приобрел необходимое снаряжение и в первый выходной день погрузился в недра воды. Впечатление было потрясающим. Я «заболел» этим видом спорта, и увлечение им сохраняется до сегодняшнего дня.

Затем поступил на курсы областного спортивно-технического клуба ДОСААФ. Вместе с другими энтузиастами выполнял заказы Института биологии южных морей АН УССР. Летом и зимой, причем, конечно же, бесплатно, добывали мидии, отлавливали крабов. Ученые исследовали наличие в них радиации.

Сложилась у нас дружная группа. Стали устраивать соревнования по подводной стрельбе. Ружья изготовляли сами, потому как фабричные нас не устраивали. Были они как бы игрушечными. Вот тогда я на базе харьковской конструкции «изобрел» свое пневмогидравлическое ружье, над которым работал долгие месяцы. Скажу только, что в нержавейке мне пришлось просверлить 800 отверстий диаметром 0,3 мм. Потом оно принесло мне много неприятностей и радостей.

— Начните с неприятного, чтобы хорошее оставить на потом.

— Первые Всесоюзные соревнования по подводной стрельбе состоялись в Ласпи. По существу, мы, украинцы, а я входил в состав сборной республики, были новичками. В программу включались стрельба из пистолета в тире, подводная стрельба по неподвижной и подвижным целям (рыба). «С охотой» что-то у нас не заладилось. В стрельбе под водой по мишеням у меня с москвичом оказался одинаковый результат. Назначили перестрелку. Я вышел вперед. И в итоге занял в этом виде упражнений второе место в Союзе (общее оказалось по сумме троеборья шестым). Прибалтийцы и москвичи подали протест, мотивируя тем, что у моего ружья большая сила боя, оно представляет опасность для окружающей среды и т.д. После судейских долгих дискуссий протест был отклонен, а на очередных соревнованиях в Тарханкуте ружье было представлено на выставке как образцовое.

— После Всесоюзного первенства успех пошел по нарастающей?

— Занял общее второе место в розыгрыше Кубка СССР, был абсолютным чемпионом Крыма, показывал неплохие результаты на других состязаниях. Но не в медалях и дипломах дело. Ведь всегда главным для меня оставалась живопись, работа над картинами. Она отнимала основное время. А подводное плавание было как бы разрядкой. Но совершенно необходимой. В том числе и для здоровья. Стало высоким глазное давление. И помогли мне погружения на большие глубины. Ведь это и массаж всех сосудов. Плавал я круглый год, а сейчас — начиная с мая и до декабря. Причем в гидрокостюме только тогда, когда температура воды доходит до 12 градусов тепла. И выхожу из моря здоровым.

— В подводной спортивной стрельбе присутствует какой-то азарт, ведь вы выступаете в роли охотника.

— Азарт есть даже у коллекционеров марок, монет, спичечных этикеток. В моем же хобби главное — поддержание хорошей спортивной формы. Да, мы охотники, если речь не идет о соревнованиях. Да и в состязаниях добыча не самое главное. Ведь в них включено троеборье. А с рыбой выходят курьезные случаи. В Бердянске перед стартами я проверил отведенную крымчанам зону. Смотрю, сплошные подводные заросли. Но есть проходы, как тропинки в лесу. Без особого труда добыл несколько крупных лобанов. Принес их в лагерь. Сбежались все. А ночью местные жители прошлись по нашей зоне на «казанках» с подвесными моторами. Конечно же, всю рыбу распугали. В результате наша добыча оказалась ничтожно малой. Хорошо, что судьи были осведомлены о происшедшем и меня все-таки оставили в сборной Украины по предварительному отстрелу. Конечно же, иногда гордишься и трофеями. В Днепре подстрелил щуку на 9600 граммов, была пеламида под 4 килограмма, лобаны по 3,5 килограмма. А однажды на гарпун попался морской ерш весом 960 граммов. Но добыча — не самоцель. Да и достается она огромным трудом. Сидишь в засаде, преследуешь рыбу на глубине 15 и больше метров. Проводишь в море, не выходя на берег, четыре-пять часов, проплывая многие километры. И иногда приходишь ни с чем. Но разочарования нет. Время не убито попусту.

В море всякое бывает. Случаются и курьезные случаи. Однажды, когда только стал погружаться, в поле зрения попался совершенно непонятный «зверь». Несется по направлению ко мне, весь в «серебре», работает бешено лапами. Увидев меня, резко свернул в сторону. Сказать по совести, стало мне не по себе. Вынырнул на поверхность, а там качается на волне баклан. Просто напугали мы понапрасну друг друга. Бывали и опасные ситуации, но выручал многолетний опыт. Вообще без предварительной подготовки подводникам-любителям далеко от берега отплывать не стоит. Это мой совет, и хорошо если им воспользуются.

— Есть у обывателей мнение, что подводные охотники наносят большой урон рыбьему поголовью в Черном море.

— Все это пустые домыслы. Я уже говорил о том, как достается нам добыча. Любительский спорт — это состояние твоих легких. Ведь ты держишься под водой только за счет набранного воздуха. Настоящий спортсмен не унизится до того, чтобы стрелять в мелкую рыбешку. Вся наша добыча — уха для друзей. Другое дело — профессионалы с аквалангами. Это «труженики» моря в самом плохом понимании такого хорошего слова. Они собирают не-выращенный ими урожай. Обдирают со скал мидии до самого последнего моллюска, собирают рапаны, которые поставляются в бары и рестораны. На Днепре я встретил таких добытчиков. Кстати, севастопольцев. Они вытаскивали на берег мешки с раками. И борьбу с подобными браконьерами вести труднее, чем с турками и болгарами, ведущими незаконный лов рыбы в водах Украины.

А для нас, спортсменов, рыба не самоцель. Каждое мое погружение — встреча с необыкновенной обстановкой. Особенно в ночное время. Такое впечатление, как будто ты в космосе. Словно паришь над землей. Внизу горы, леса, трассы. И совершенно необычна их раскраска. Да еще фосфорицирующие сполохи. Краски неописуемые. Пробовал воспроизвести все увиденное на полотне — не получается. Там живая красота в движении, а здесь мертвая. Как не впечатляют и отснятые под водой киноленты. Возможно, найдется мастер, которому удастся воссоздать подводный мир, открывшийся ему. Я же художник жанровый, у меня на первом плане психологический портрет. И хотя часто обращаюсь к пейзажу, он только фон в моих работах. Хотя у каждого дерева есть психологический подтекст, но это уже другая психология. Как и морского подводного мира.

— Со спортом вы уже расстались…

— Не совсем так. Выступать на соревнованиях перестал два года назад. Но как судья республиканской категории обслуживаю их. Жалко, что этот вид спорта утратил свою значимость. Теперь он у нас пропагандируется лишь благодаря руководителю севастопольской фирмы «Атолл» Е.Ф.Хорошуну. Приезжают к нам в Севастополь спортсмены из ближнего зарубежья. Но все это уже не под эгидой государства. Денег сейчас не хватает даже на олимпийцев. Немного грустно от этого. Сам же я скоро начну свой сезон, хотя мне уже без малого семьдесят лет. Но дружба с морем помогает поддерживать здоровье и дает дополнительные силы заниматься творческой деятельностью — живописью.

Другие статьи этого номера