Что с Петровым?

Встречает как-то зимой Коля Рубацкий Авраама Петрова:

— Здорово, Авраам! Давненько не виделись, зайдём в одно местечко, впустим по сто грамм за встречу!

— Не пью я. Давно и совсем.

— Да ну? Кажется, на днях тебя видел, ты был великолепен! Как свинюка!

— Это ж когда было! Летом ещё.

— Как время летит? Кажется, совсем недавно у Барбосова ты надрался до полного восторга, как полный свинюкевич!

— Мне твои слова режут слух. Это еще в августе было.

— Что-то в тебе сломалось, Авраам, надорвалось. А ведь будто на днях выпивали я, ты и Ямищев, он придумал отметить наличие уходящего кислорода в атмосфере. Нехватка его, загрязнение воздуха глобальное, выпьем, говорит, и глубоко подышим. Надышались. Ты первый напился до нечеловечья, как босяк, как свинючара! На неделю было впечатлений от того, что ты вытворял! У тебя язва большая открылась? Нет? Может, орган какой выпал?

— Нет, зачем же, не выпал пока ни один…

— Может, болезнь Альцгеймера? Есть такая, нынче свирепствует, отшибает навыки всякие и память. Или ушиб мозга, упал где?

— Нет, зачем же ушиб… Пошел я, от тебя только голова заболела!

Звонит Рубацкий приятелю:

— Алло! Бесоглазов? Петрова встретил. Ага. Не пьёт. Заболел, наверное. Не может быть, чтоб не заболел, звать его на день рождения не станем, зачем осуждающий глаз. Я с ним теперь, как говорится, в разведку не пойду. Но пусть он у нас в памяти останется своим парнем. Ты позвони семье, может, чего надо.

— Алло, — звонит Бесоглазов, — это Распневич? Слушай, мне звонили, Петров при смерти. У тебя ж известный врач у знакомых, пусть узнает степень запущенности дела, только тактично!

— Алло! — звонит Распневич. — Витюша Вакханалиев нужен. Привет! Помер вроде некий Петров. Или не помер. По твоему ведомству не проходил? Ты ж патологоанатом!

— Петров… Фамилия недостаточно редкая. Что-то было вроде. На работе уточню. Как звали? Авраам? А, моя и его жёна знакомы!

— Алло, Лилечка? Это Эля. Какая? Вакханалиева! А что ж ты о своём горе молчишь? Я как узнала, поседела наполовину, такой мужик был! Кто? Да твой Авраамчик! На некролог в газете не хватило? Мне бы позвонила. Такое дело, и никто не в курсе. Всё не так? Так что, люди врать станут? Может, при вскрытии открылся диагноз неприличный? У кого он вскрывался? Мой муж поможет! Ты откройся подруге, как же можно скрывать такое, я не понимаю! Кто мозги все пропил?! Не умер Авраам, как святой сидит? Просит не дергать его, трубку бросила. Ну, мужики, как бабы, ей-богу!

Встречает назавтра Рубацкий Петрова, обнимающего телефонную будку.

— О! Здорово, Авраам! — радостно кричит. — Ну, где ты так надрался, родной? Ну, чисто свинюка лежишь! Небось, в одиночку, подлец? Идем, я тебя отнесу. Ну хорошо, что выздоровел. Вот теперь я с тобой в разведку пойду. А то ведь черт-те чего люди навыдумывали!

ОТ РЕДАКЦИИ: книга Э.Угулавы «До смешного дошло» поступила в книжные магазины!

Другие статьи этого номера