Не та мать, что родила …

По двору, бойко лая, мечется лохматая собачонка. Дверь открывает мужчина средних лет. Заходим в дом. Белокурый двухлетний карапуз, из-за которого мы, четверо взрослых, собственно, и приехали в село Фруктовое, сидит на кровати. Появление незнакомых людей его явно настораживает, но от предложенного печеньица малыш не отказывается.Безусловно, и вышеупомянутого главного специалиста по охране детства, и ведущего специалиста службы по делам несовершеннолетних, и старшего оперуполномоченного криминальной милиции по делам несовершеннолетних Нахимовского района, и меня, корреспондента «Славы», заглянуть в дом, где проживает семья Н., заставило не праздное любопытство, а тревожная информация, поступившая от одного из местных жителей. По данному адресу, сообщил заявитель, родители беспросветно пьют, а малолетние дети полностью заброшены и ведут бродяжнический образ жизни.

— Вот это да! — удивляется мама. — Кто же такое мог вам сказать? Наш старший сын Саша приезжает из интерната только на выходные, младший Валера, как видите, при мне. За калитку стараемся детей не выпускать, они либо дома, либо во дворе, в котором места погулять вполне хватает.

Да мы и сами с глазами: несмотря на бедность обстановки, в доме чистота и порядок, и неопровержимого доказательства употребления хозяевами алкоголя — бутылок — не видно. Единственное, к чему можно действительно придраться, — оба родителя нигде не работают.

— Я всю весну в огороде возилась, сейчас к частнику устраиваюсь, торговать. Обещает платить побольше, чем в колхозе на виноградниках, — объясняет женщина. — Муж потихоньку ремонтом занимается: жилье купили, в общем-то, недавно — дел хватает.

После проверки документов просим родителей принять к сведению наш визит, ведь дыма без огня, как известно, не бывает, и сделать соответствующие выводы об их образе жизни, поведении в быту и воспитании детей. Откланявшись, садимся в машину.

— Впустую съездили, — вздыхает Н. Абрамова. — Ну и слава Богу, а бдительного соседа, дабы проверить реальность изложенных им фактов, придется пригласить на профилактическую беседу в администрацию.

Тем не менее в большинстве случаев, рассказывают мои собеседники, подобные сигналы не беспочвенны. И если они действительно подтверждаются, ребенка изымают из семьи безоговорочно и помещают в инфекционную больницу или горбольницу номер 5, откуда после обследования определяют в детское государственное учреждение. Процедура эта довольно сложная, занимает не один день. Чтобы оформить ребенка в Дом малютки или детский дом, нужны правовые основания, которыми являются смерть родителей или одного из них и лишение родительских прав другого или же лишение родительских прав обоих. Такое «резюме» выносит суд. Однако оно не является необратимым: в течение последующего месяца одумавшийся отец или мать решение суда вполне может оспорить. Естественно, свое желание им придется подкрепить не слезными мольбами, а выполнением принципиальных требований со стороны ряда державных служб.

К великому сожалению, отдать ребенка в руки государства или приемных родителей подчас лучше, чем оставить у кровных отца с матерью. Так, буквально на днях из инфекционной больницы выписали полуторагодовалого Ярослава. В лечебное учреждение мальчика доставили 24 января. За это время его восемнадцатилетняя мама так и не дала о себе знать. Ярослава она подбросила дальним родственникам. Сказала, что выйдет на минуточку в магазин, и не вернулась. Родня, будучи в полном неведении, забила тревогу. Поиски непутевой мамаши привели работников милиции в с. Вилино Бахчисарайского района, где проживает ее родная бабка. Как выяснилось, Катерине не до сына — в данный момент она привлекается к уголовной ответственности за кражу. Да и вряд ли тогда еще несовершеннолетняя мать была рада рождению ребенка: появление малыша на свет она не зарегистрировала. Благо в родильных домах исправно фиксируют родившихся.

В ближайшее время Ярослава приютит Дом малютки, кроме того, анкета по усыновлению мальчика с подробнейшими о нем данными (начиная от имени, даты рождения, заканчивая цветом глаз и привычками) будет отправлена в Киев. Хочется надеяться, что в отличие от грустного настоящего будущее этого ребенка сложится гораздо удачнее.

Неизвестно, что могло бы произойти и с малолетними брать-ями Максимом и Сашей, если бы при отработке оперативно-следственных мероприятий случайно не наткнулись на них нахимовские правоохранители.

Дело происходило зимой. Голоса детей раздавались из полузаброшенного дачного строения, двери которого были закрыты наглухо, а окна находились на уровне второго этажа. Милиционерам пришлось воспользоваться лестницей. Фонарик выхватил из темноты по- истине жуткую картину: на куче грязного тряпья привязанное за ножку веревкой ползало дитя, рядом таращил глазенки малыш годом постарше. Сложно представить, но именно таким садистским способом мамаша и папаша, лишенные судом родительских прав, пытались удержать возле себя малолетних сыновей…

Статистика констатирует: число лишенных родительских прав в стране неуклонно увеличивается. Социологи Украины связывают это, в первую очередь, с затянувшимися социально-экономическими невзгодами. При всем при том такое положение вещей логике не поддается: неужели родительские чувства наших сограждан находятся в прямо пропорциональной зависимости от инфляции или рыночной экономики? Почему же тогда во времена лихолетья, и примеров тому немало, у отцов и матерей хватало душевных и физических сил не только на собственных, но и на чужих детей, когда спасали, вскармливали на скудных хлебах, поднимали и ставили на ноги детей-сирот военного времени?!

На востоке говорят: горе несведущему, разум которого не предвидит старости. Не нужно обладать особым даром предвидения, чтобы спрогнозировать: лет эдак через …надцать никому ненужные одинокие старики, сознательно бросившие детей в пору расцвета собственных жизненных сил, переполнят дома престарелых, а может быть, и того хуже — окажутся немилосердно выброшенными на помойку. Стоит ли тогда удивляться?

Другие статьи этого номера