Их называют… холодными хирургами

Факт, что ремесло это древнее, подтверждают отдельные случаи, дошедшие до человечества из глубины веков. Например, в 44 году до нашей эры исследование трупа Юлия Цезаря произвел в Древнем Риме придворный врач Антистий. Из 23 ран, обнаруженных на теле убитого консула, лишь одну эскулап признал смертельной. Приоткрыть «секреты» своей редкой профессии редакция попросила зам. заведующего Севастопольским отделением Крымского бюро судебно-медицинской экспертизы Александру ВЕРБИЦКУЮ.- Роль врача-эксперта в судебном процессе весьма значительна. От его теоретических знаний и практических навыков зависят не только ход следствия, но и людские судьбы. Какие «тайны» может сегодня открыть судмедэксперт?

— Наверное, сначала следует уточнить, что объектами нашей деятельности являются живые лица, трупы, вещественные доказательства и материалы следственных и судебных дел, по которым возникают вопросы медицинского характера.

— Живые лица — это, видимо, потерпевшие? В каких случаях они обращаются за экспертизой?

— Вообще-то потерпевшие обращаются в милицию, а уже оттуда их официально направляют к нам определить, например, тяжесть телесных повреждений, утрату трудоспособности, половую неприкосновенность, насильственное половое сношение и т.д.

— Как часто приходится освидетельствовать жертв половых преступлений?

— Большее число изнасилований приходится на лето — этот вид преступлений носит сезонный характе°. В прошлом году освидетельствований по поводу половых преступлений было больше 50-ти, с начала текущего года их 30. Учтите также, что нам приходится констатировать лишь те случаи, когда потерпевшие, обращаются в правоохранительные органы.

— Подскажите, как нужно вести себя пострадавшему от сексуального домогательства, чтобы судмедэкспертиза смогла сделать правильное заключение?

— Во-первых, нужно как можно быстрее обратиться в ближайший райотдел милиции, а затем уже пройти освидетельствование. Для сохранения доказательств не следует принимать душ, выбрасывать одежду или менять что-либо на месте преступления.

— Можно ли сравнить судэкспертов с патологоанатомами?

— Нет. Патологоанатомы занимаются больничными случаями, т.е. людьми, наблюдавшимися в стационарах, смерть которых наступила в результате какого-либо заболевания. Наши случаи связаны с ДТП, скоропостижными и насильственными смертями, как то: убийства, самоубийства и несчастные случаи.

— На какие вопросы может ответить судмедэксперт при исследовании трупа?

— На многие: время и причина наступления смерти, наличие телесных повреждений, их локализация, механизм образования, степень тяжести, прижизненность, идентификация орудия, которым могло быть причинено повреждение, наличие алкоголя, наркотических средств и отравляющих веществ в организме.

— Значит ли это, что для врача-эксперта не существует никаких неясностей и загадок?

— Так однозначно утверждать нельзя. Однако даже при разрушении, расчленении трупов и т.п. эксперт может высказаться о причине смерти в предположительной форме. Огромное значение здесь играют данные лабораторных методов исследования. В нашем распоряжении медико-криминалистическая, токсикологическая, гистологическая, иммунологическая и цитологическая лаборатории.

— А скажите, пожалуйста, правда или вымысел, что на сетчатке глаза жертвы насильственной смерти запечатляется убийца?

— Слухи об оптографии — именно так назвали явление возможной фиксации изображения глазом — научно не подтверждены. Это, скорее, легенда.

— Сколько времени требуется, чтобы стать профессионалом и какими качествами должен обладать судмедэксперт?

— Готовят судмедэкспертов на интернатуре после получения высшего медицинского образования, а дальше, как и в любой другой области, все зависит от способностей и желания. Необходимо уметь держать себя в руках и быть жестким — иначе просто не сможешь работать.

— Если я правильно понимаю, жесткий — значит хладнокровный. Однако жизнь есть жизнь, всегда ли удается удерживать барьер между собой и чужим горем?

— К смерти вообще нельзя привыкнуть. Одинаково тяжело вскрывать и ребенка, и взрослого человека. Ответственность помогает подойти к делу профессионально: ставишь перед собой задачу узнать истинную причину смерти и ответить на вопросы, заданные милицией, и работаешь. Самый тяжелый момент — общение с родственниками, когда они получают свидетельство о смерти. Очень трудно объяснить человеку, что уже все — возврата нет. Но кому-то надо выполнять и эту работу…

— Да, но, кроме работы, есть еще семья, дети. Насколько сложно переключаться на бытовые проблемы после напряженного трудового дня?

— Тяжело сначала. Потом, со временем, все становится на свои места: работа — это одно, личная жизнь — другое.

— Но поле деятельности у вас все же мрачное, чем-то его надо компенсировать. Вы люди веселые?

— А как иначе? У всех нас достаточно благополучные семьи и, что немаловажно, полное взаимопонимание среди коллег.

— Так ли уж все прекрасно? Наверняка существуют и сложности?

— Конечно, не отрицаю. Во всем мире судмедэксперты — одни из самых высокооплачиваемых работников. В Америке, например, врач-эксперт с пятилетним стажем получает около 17 тыс. долларов в месяц, а у нас — 300 грн, плюс неоплачиваемые выезды на происшествия (что не вполне нормально, учитывая теперешнюю жизнь ). Обеспечение службы тоже оставляет желать лучшего: четверо лаборантов и пятеро экспертов ютятся в двух небольших кабинетах, вся аппаратура изношена, компьютеры часто выходят из строя, а видеокамера и вообще не подлежит ремонту. Раньше мы снимали трупы неизвестных в разных ракурсах и «забивали» их в компьютерную базу данных. Теперь такой возможности нет. Как следствие — сокращение процента опознанных. Из-за специфики работы на спонсоров рассчитывать не приходится: дело-то мы имеем либо с людьми, озабоченными личными проблемами, либо, простите, с мертвыми телами. Хотелось бы получить помощь от наших постоянных партнеров — следственных органов.

— За вредность вашей работы льготы предусмотрены?

— Особых льгот не имеем, и это учитывая, что работать приходится с ВИЧ-инфицированными и прочими трупами… Единственное, получаем 25% к окладу за вредные условия труда.

— Наверняка в рабочей копилке каждого судмедэксперта найдется масса интересных случаев и даже курьезов. Поделитесь!

— Жертвой дорожно-транспортного происшествия стал некий пешеход, в кармане которого обнаружили удостоверение «чернобыльца». Тело погибшего милиция направила к нам в отделение по фамилии, указанной в этом удостоверении. Курьез в том, что за свидетельством о смерти приехал… сам покойник. Как выяснилось, чужое льготное удостоверение погибший использовал для проезда в общественном автотранспорте, а настоящий хозяин удостоверения утерял его двумя месяцами раньше и на момент ДТП в городе отсутствовал. Путаница произошла и на работе, где трудился бывший «чернобылец». Коллектив, уведомленный о его смерти, полным ходом вел приготовления к похоронам. Готовы были уже и гроб, и памятник с табличкой.

Что касается интересного, то могу рассказать следующий эпизод. Молодые люди баловались огнестрельным оружием, в результате произошло убийство по неосторожности одного из членов этой компании. Приехала я на осмотр тела: лужа крови есть, а входного отверстия нет. По миллиметрам просмотрела убитого и только потом заметила по пояску осаднения, что пуля прошла строго через ноздрю. Запомнился и другой случай. Тело убитой девушки нашли не сразу, из-за этого опознать ее было крайне трудно. С помощью определенной методики нам все же удалось восстановить подушечки пальцев убитой, криминалисты в свою очередь смогли снять с них отпечатки и установить личность. Благодаря этому преступление было раскрыто.

К сведению:

В Севастопольской службе судмедэкспертов работают 7 врачей-экспертов, 4 лаборанта и 2 санитара. В год судмедэксперты освидетельствуют до 2,5 тыс. живых лиц и около 1,5 тыс. трупов. За 5 месяцев текущего года на место происшествия они выезжали примерно 90 раз. Кроме того, эксперты входят в состав летальных комиссий, участвуют в судебных заседаниях и клинико-морфологических конференциях.

Другие статьи этого номера