Место встреч — на Приморском…

3 июля 1942 года особый день в истории города. Он считается датой окончания героической обороны Севастополя. Шестьдесят два года назад в те раскаленные зноем июльские дни на севастопольской земле произошла величайшая в истории города трагедия. Германский вермахт сообщил тогда о захвате десятков тысяч военнопленных на мысе Херсонес. Но кто подсчитывал рабочих оборонных предприятий, бойцов и подразделений МПВО, да и просто жителей города, бежавших к Казачьей и Камышовой бухтам в надежде на спасение?Сердце жгут строки из телеграммы адмирала Ф.Октябрьского, посланной 1 июля 1942 года в Москву: «Вместе со мною в ночь на 1 июля на всех имеемых средствах вывезено 600 человек руководящего состава армии, флота, гражданских организаций. В Севастополе остались невывезенными госпитали… Захватив Севастополь, противник никаких трофеев не получил: город как таковой уничтожен и представляет груды развалин… Бойцы продолжают ожесточенную борьбу с врагом и, как правило, в плен не сдаются…»

Да так было. У войны свои суровые законы. Действовал приказ: «В плен не сдаваться! Последнюю пулю — в себя!» И многие шли почти с голыми руками на танки в последние отчаянные атаки, пытаясь выполнить отданный командованием приказ — прорываться в горы к партизанам. Другие отстреливались в окружении врага до последнего патрона, которым сами обрывали свою жизнь, или бросались в море, чтобы утонуть, но не сдаться. Трагедия еще и в том, что люди тогда теряли не только жизни, но и имена. Ведь были уничтожены документы полков, дивизий. И сегодня, 62 года спустя, неизвестны до конца судьбы многих последних защитников черноморской твердыни, а против фамилий большинства — холодные строчки из приказа: «Числить пропавшим без вести 3 июля 1942 года в Севастополе» или еще более конкретно — на мысе Херсонес.

Никто точно не знает, сколько человек покоится на этом берегу. Говорят о тысячах, десятках тысяч. Мыс Херсонес стал огромной братской могилой. Шестьдесят два года назад здесь сражались и умирали под бомбами и снарядами, от жажды, от ран последние защитники Севастополя.

И многие из них остались здесь навсегда — непохороненными по-человечески, пропавшими без вести. Для родных и близких.

4 июля 1942 года газета «Правда» опубликовала сообщение Совинформбюро «250 дней героической обороны Севастополя», в котором сообщалось, что 3 июля 1942 года советские войска оставили Севастополь. На самом деле Севастополь никто не оставлял, отходить было некуда, не было никакой и плановой эвакуации.

Сегодня мы знаем, какая трагедия разыгралась в те страшные июльские дни — известно, что еще почти полмесяца после официального сообщения о падении города на скалах Херсонеса, в лесах и балках пригородной зоны дрались с врагом почти безоружные, голодные люди, многие из которых вдобавок были раненными.

Десятки тысяч из них погибли, а остальные испытали горькую чашу плена. Но те и другие не опозорили своих боевых знамен, ни одна ратная святыня не попала в руки врага. Знамена поглотили земля, огонь и Черное море.

По существующей традиции 3 июля, в субботу, в восемнадцатый раз в шесть часов вечера на Приморском бульваре для проведения часа Памяти собрались члены клуба любителей истории города и флота, пришли сюда и ветераны войны, и оставшиеся в живых участники тех трагических событий, родственники последних защитников Севастополя. Пришли те, кому памятен и бесконечно дорог тот страшный июль сорок второго. Пришли, чтобы вспомнить всех тех, кто отдал жизнь за наш город или не смог покинуть раскаленный от боев, крови Херсонес — последний оплот обороны. Рядом с летней эстрадой Приморского бульвара на обозрение севастопольцев и гостей города были представлены фотовыставка «Город сражается», отражающая период военного лихолетья, и все шесть томов севастопольской Книги Памяти.

С каждым годом все меньше остается живых участников той трагедии, которые собирались вместе с нами на Приморском бульваре.

Нет, например, с нами и Героя Советского Союза Марии Байды, которая в июле 1942 года раненой попала в плен на мысе Херсонес. Нет полковника в отставке Ивана Величенко, который, будучи начальником шифровальной службы, старшим лейтенантом, уходил на Большую землю на подводной лодке Л-23 вместе с командно-политическим составом войск СОР и руководством города.

Своими воспоминаниями о незабываемом поделились участники тех трагических событий. Лидия Калугина — санинструктор 427-го медсанбата 345-й стрелковой дивизии, которая 16-летней девчонкой оказалась в армии и с начала обороны города получила направление в Инкерманские штольни в хирургическое отделение медсанбата. Всю оборону провела под землей. Перед подрывом штолен вместе с ранеными оказалась в Камышовой бухте, а затем в районе 35-й береговой батареи пленена утром 3 июля 1942 года на мысе Херсонес. Судьба забросила ее в далекую Голландию. Сегодня осталась единственной живой из состава своего медсанбата.

Елена Семеновна Якушечкина — одна из тех, без кого невозможно себе представить облик участника обороны Севастополя 1941-1942 гг. с первого и до последнего дня. Она работала в подземном спецкомбинате N 2 и по вечерам ухаживала за ранеными в госпиталях, стирала бинты и гимнастерки. Елена Семеновна поведала, как раненая и обгорелая в последние дни обороны города не смогла эвакуироваться и разделила участь молодых участников обороны: плен, концлагерь, тюрьма, побег.

В большом концерте-реквиеме памяти последних защитников Севастополя, в котором чередовались информация ведущего вечера о массовом героизме воинов-приморцев и моряков-черноморцев, стоявших насмерть на последнем клочке севастопольской земли, с песнями и стихами о флоте, о море, о стойкости и мужестве наших воинов, о любви к нашему городу, приняли участие творческие коллективы города и флота.

Среди них народный хор ветеранов войны и труда ГДК «Красная гвоздика» (художественный руководитель заслуженный работник культуры АРК Татьяна Новикова), мужской вокальный ансамбль «Морская душа» Севастопольского Дома офицеров Черноморского флота (художественный руководитель Николай Охрименко), актер драматического театра Черноморского флота им. Лавренева, народный артист России Виктор Васильев-Юмин, солист ансамбля «Голос России» заслуженный артист России, АРК Владимир Липский, автор и исполнитель песен Людмила Невская. Той трагической дате свои стихи посвятили севастопольские поэты Майя Лобова и Виктория Иванченко.

Эмоциональным было выступление члена Союза писателей Украины Виталия Фесенко. В последние месяцы обороны города в составе одной из эскадрилий 9-го авиационного полка на Херсонесском аэродроме оказался капитан Фесенко Федор Спиридонович. В годы войны он вел краткий дневник, и последние дни обороны нашего города нашли свое отражение в его записях. Контуженный, он покинул мыс Херсонес на одном из последних самолетов. Уже после войны, а точнее после смерти отца, этот дневник попал к сыну. Так появилась документальная поэма «Херсонесский маяк», отрывок из которой, а также свою новую песню исполнил сын одного из последних защитников города.

Участники акции высказали обеспокоенность тем, что сегодня политая кровью земля мыса Херсонес вместо того, чтобы стать священным своеобразным памятником обороны Севастополя, интенсивно застраивается дачами и огородами, тем, что по-прежнему не хватает средств на завершение строительства мемориального комплекса в честь героических защитников Севастополя 1941-1942 гг. на мысе Хрустальном. Сегодня этот недостроенный объект является болью и незаживающей раной для оставшихся в живых защитников города, родственников погибших в его обороне.

Два с половиной часа продолжался вечер, и в завершение его как дань светлой, никогда не угасающей памяти павших за Севастополь легли на легкую черноморскую волну и к Вечному огню у Мемориала гирлянды Славы из зелени и живых цветов, любовно свитые здесь же на бульваре членами клуба.

Другие статьи этого номера