Граф Апраксин из Балаклавы

Многие здания в Балаклаве построены в конце ХIХ — начале ХХ века, во времена становления городка как курорта. Виллы возводили себе здесь вельможи, артисты, инженеры, врачи.К сожалению, до наших дней не дошло одно из красивейших зданий — дача графа Николая Апраксина — потомка известного сподвижника Петра I — Ф.М.Апраксина. Николай Евгеньевич строил дом в 1903-1905 годах по проекту академика Краснова — автора Ливадийского дворца.

Дача располагалась на западном берегу. От посторонних глаз была скрыта причудливым изгибом бухты. Она первой встречала входящие в бухту суда.

Белокаменное здание врезалось в скалу. Его большие колонны были увиты плющом, виноградом. Росли также кипарис и самшит. Живы остатки еще тех пальм. Все три этажа имения окружали подвесные сады. В доме была прислуга, шикарная обстановка, помещения обогревали несколько каминов.

По бокам здания находились подсобные помещения, линию берега украшали скульптуры львят. К морю вела красивая лестница. Были также изогнутый причал для лодок и маленький пляж, напротив которого современные листригоны и сейчас ставят рыбацкие сети.

В начале ХХ века здесь прошли молодые годы графа Апраксина. Однажды с ним произошел курьезный случай. Известный своей скандальной репутацией писатель М.П.Арцыбашев вызвал его на дуэль. Видите ли, Апраксин, не желая себя компрометировать, не принял писателя у себя дома.

«Как я потом узнал от нашего городского головы, — вспоминает М.Е.Аспиз в своем «Балаклавском альбоме», — Апраксин поехал к севастопольскому градоначальнику и просил его, чтобы Арцыбашева выслали из Севастопольского градоначальства. Но тот убедил графа в том, что высылка только добавит популярности писателю и что просто нужно игнорировать его».

В 1918 году Н.Е.Апраксин эмигрировал за границу. Его дачу стали сдавать приезжим советским писателям. На этой даче, в частности, отдыхал однажды Константин Паустовский, о чем может напомнить рассказ «Морская прививка».

Перед Великой Отечественной войной и в период осады Севастополя на вилле размещался штаб артдивизиона. В 1944 году, уходя из Балаклавы, фашисты взорвали виллу. От нее остались лишь фундамент и подпорная стенка с замурованными арками.

Необычно и трагично сложилась судьба владельца дачи, о чем мне рассказала известный краевед и знаток старины, коренная жительница Балаклавы, В.А.Вилкова. Николай Апраксин сначала уехал в Турцию, где он встретил правнучку А.С. Пушкина Анну Быкову. Затем они переехали во Францию, где обвенчались. А в 1932 году граф Апраксин с женой и двумя детьми переехал в Марокканский порт Касабланка.

Там в 1965 году их встретила Валентина Александровна. Тогда она работала медсестрой рефрижераторного судна «Тайфун». Совершая заграничное плавание, оно зашло в Марокко для пополнения запасов воды и продовольствия.

На борт «Тайфуна» наняли переводчика, которым оказался граф Апраксин — инженер по холодильным установкам. «Я — граф Апраксин из Балаклавы», — с достоинством отрекомендовался он, поднявшись на борт судна.

Земляки быстро нашли общий язык. «Как там моя дача?» — был один из первых вопросов графа. «К сожалению, здание разрушено, остались только виноградники и подвесные сады», — ответила В.А.Вилкова. В разговоре участвовала Анна Николаевна — супруга Николая Евгеньевича. Все сразу заметили ее большое сходство с великим прадедом.

После обеда, сфотографировавшись со свободной от вахты командой, Анна Николаевна по просьбе экипажа рассказала о своем великом предке. Она очень волновалась и говорила не столько о Пушкине, сколько о своей тяжелой судьбе вдали от Родины…

В.А.Вилкова побывала у Апраксиных дома. Видела почти нищенскую обстановку, маленькую лавку «1000 мелочей», старенький автомобиль, который, казалось, развалится за первым поворотом, маленькую обезьянку, любимицу внучек Елены и Анны. Между Анной Николаевной и Валентиной Александровной состоялся долгий разговор по душам.

Семья Апраксиных подходила к каждому русскому кораблю, заходившему в Касабланку, разговаривала с матросами, интересовалась жизнью в России. До самой смерти граф добивался разрешения вернуться домой, но ни он, ни Анна Николаевна в то время его не получили.

Осенью 1969 года Николая Евгеньевича Апраксина не стало. После смерти мужа Анна Николаевна переехала во Францию, где одиноко дожила свой век в доме престарелых эмигрантов в местечке Ганьи под Парижем. Умерла она в возрасте 89 лет в 1986 году.

Печально ошибался Александр Сергеевич Пушкин, когда писал, что «потомки будут уважены за имя, нами им переданное».

Автор выражает благодарность краеведу В.А.Вилковой за оказанную помощь в подготовке этого материала.

Другие статьи этого номера