2. Дома.

Группа севастопольцев — служащих госучреждений — совершила поездку в Федеративную Республику Германию. В ее составе был и председатель Балаклавского районного совета Н.А.КОЗЛОВ.- Два года, — говорит он, — мы учились дома, в Деловом и культурном центре, по программе немецкого фонда Ганса Зайделя. Ежеквартально на 4-5 дней мы садились за парты, чтобы послушать лекции приезжих через переводчиков и привлеченных наших преподавателей.

— Среди них, наверное, были и такие, чьи выступления пользовались особым успехом.

— Я бы выделил Юргена Вальсхефера. Для многих из нас он был коллегой, ведь в течение 12 лет избирался бургомистром небольшого, подобного нашей Балаклаве, городка. Было интересно услышать из его уст о том, как функционирует в немецкой провинции власть, как формируется бюджет города, как расходуются средства из его казны, как строятся отношения чиновников с населением, отдельно — с представителями бизнеса.

— Что явилось итогом столь полезных занятий?

— Мы писали дипломные проекты. Авторы лучших из них вошли в группу, которую пригласили в Федеративную Республику Германию на практику. Моими спутниками по совместной поездке были юрист Гагаринской районной госадминистрации Александр Гребар, заместитель председателя Ленинского районного совета Татьяна Алиева, специалист орготдела городского совета Мария Росенко, начальник управления экономики Гагаринской райгосадминистрации Анна Костюшина и другие товарищи. Нас принимали в Мюнхене. Здание центрального офиса фонда Ганса Зайделя построено на деньги, завещанные состоятельной немкой. Естественно, нас сводили в огромную, монументальную и мрачную пивную, стены которой помнят бесноватого Гитлера и его молодчиков. Здесь обратили на себя внимание шкафы со множеством ячеек. В них под замками хранятся личные кружки состоятельных как немецких, так и зарубежных постоянных посетителей отмеченной историей пивной.

— Очевидно, программа практики включала не только посещение достопримечательностей, пусть даже и очень интересных?

— В профессиональном плане полезным было посещение Динкельсбюля, что приблизительно в 140 километрах от Мюнхена. В этом городке, как и в моей родной Балаклаве, проживают 12 тысяч человек. Нам не попадались на глаза дворники. Может, там они машут метлами глубокой ночью, когда все крепко спят, но важен результат: на улицах, во дворах — везде идеальная чистота. Вокруг ни соринки. Где-то в 22.00 под окнами нашей гостинички звучал рожок. Это обряженный в баварскую национальную одежду с зажженным фонарем в руке приходил так называемый ночной поющий сторож. Отведав предложенный нами глоток сухого вина, сторож исполнял песенку, желая нам спокойной ночи…

— Вы снова об экзотике.

— Но ведь я говорю не столько об экзотике, сколько о функционировании коммунального хозяйства. Если вас чем-то не устраивает поющий ночной сторож с рожком и фонарем, расскажу о посещении городской свалки.

— Тем более, Николай Александрович, как мне стало известно, свою дипломную работу вы посвятили как раз санитарной очистке города. И предыдущая ваша зарубежная поездка в Польшу была посвящена вопросам утилизации всевозможных отходов.

— Свалка Динкельсбюля — уникальный объект. Она занимает девять гектаров, и, представьте себе, ни одной мухи, ни запаха. Прежде чем свалить мусор, из него отбирают для дальнейшей переработки случайно попавшие пластмассу, бумагу, стекло. Все плотно накрыто сплошной пленкой. По дну свалки проложен туннель. За его стенами при температуре 60 градусов перегорает бытовой мусор, в процессе которого образуется метан. Его подают на котельную. Вырабатываемого ею тепла хватает на обогрев школы, детского сада и крупного бассейна. Бассейн, кстати, построен после того, как власть тщательно изучила общественное мнение. Большинство населения высказалось в пользу сооружения бассейна. Днем его бесплатно посещают дети, а вечером — взрослые на коммерческой основе. Свалка приносит ежегодно в пределах 150 тысяч евро прибыли. Нам еще показывали котельную, где в качестве топлива используют древесные отходы. Должное впечатление произвели на нас очистные сооружения, где бытовые стоки проходят химическую, биологическую очистку.

— Наверное, было и неформальное общение с хозяевами.

— Юрген Вальсхефер наступил на мою любимую мозоль. «Вы, — сказал он, — планируете развивать туризм, рекреационный бизнес, но ведь пока у вас цивилизованных туалетов нет». При всех плюсах немецкого сервиса Юрген признал, что у его земляков не в чести сфера обслуживания. Сам Вальсхефер ездит отвести душу в соседнюю Австрию. Он выбрал тихий уютный городок в Альпах. Искушенный Юрген был ошарашен во второй его туда визит, когда в холле гостинички его встретила новая сестра-хозяйка… назвав его по имени, справилась, желает ли гость поселиться в прежнем номере гостиницы. Все оказалось просто. Пока немец парковал машину, что было видно из окна, сестра-хозяйка прошлась по клавиатуре компьютера. По номеру авто он выдал досье на его хозяина. Там даже было обозначено, что Вальсхефер не ест или почти не ест бананы. Ежедневно заменяются фрукты в вазе на столе в номере. На сей раз его и не пытались угощать бананами. «К организации такого сервиса должны стремиться севастопольцы, если хотят преуспеть в туризме», — заключил Юрген.

— Неужели повсеместно царит идиллия?

— В одном месте мы услышали отборную русскую брань. Наши немецкие друзья сказали, что это советские немцы колобродят. Некоторые из них не желают ни работать, ни учиться. В шайки сбились. В Германии подумывают о том, чтобы на законных основаниях ограничить въезд репатриантов в страну.

— Зерна положительного опыта падали на благодатную почву. Видимо, в ходе поездки вы, Николай Александрович, и ваши спутники накладывали немецкую действительность на складывающуюся дома обстановку.

— Точно. И не всегда она выглядела хуже. В Украине принят закон «Об органах самоорганизации населения». В соответствии с его положением районным советом отдельным решением утверждено положение «Об органах самоорганизации населения в Балаклавском районе», выработаны методические рекомендации по их образованию и регистрации в качестве юридических лиц.

— У нас много принимают хороших решений, но часто ли мы доходим до их реализации?

— Здесь не тот случай. В течение осуществления своих полномочий депутатами районного совета нынешнего ХХIII созыва образовано 16 общественных участковых комитетов. В десяти случаях переизбраны руководители уличных комитетов.

— Но и на этом этапе мы сталкиваемся с фактами формализма.

— Общественные формирования Балаклавы получают признание за пределами региона. В свое время наши земляки были признаны победителями в числе 115 претендентов на право выполнения демонстрационного проекта МЭП — местной экологической программы. Этот проект воплощался на зарубежные гранты. Балаклавская власть была склонна направить эти деньги в одном направлении. Но общественность высказалась за очистку Балаклавской бухты. Так мы и поступили.

— «Слава Севастополя» освещала состоявшиеся акции.

— В них участвовали школьники, военнослужащие, граждане других категорий. На средства от полученного гранта был по существу, восстановлен родник в Орлином. Конкретные дела побудили сформировать группу заинтересованных сторон во главе с предпринимателем Татьяной Лобач. Решением сессии райсовета этой группе делегированы полномочия по подготовке плана местных экологических действий. Они сориентированы по четырем главным направлениям — это очистка бухты, наведение порядка на пляжах, оздоровление рек и родников и озеленение территорий. Закладка новых скверов и парков носит самый массовый характер. У нас отмечаются сокращение стихийных свалок и рост числа засаженных деревьями и кустарниками вчерашних пустырей. В этом деле преуспевает орган самоорганизации населения — комитет микрорайона старой Балаклавы во главе с Н.В.Косминой. Его опыт стал достоянием общественных формирований всего Севастополя. Мы отмечаем активизацию передовой части населения в поселках и селах района. Это не только усилия, направленные на благоустройство территорий. Так, в Орлином получило развитие волонтерское движение. Его участники дежурят в оборудованном кабинете физиотерапии, где ветераны имеют возможность измерить артериальное давление, снять кардиограмму, бесплатно получить лекарства. Спущенная «сверху» инициатива может заглохнуть, но то, что пошло от людей, имеет большие шансы на жизнь.

Другие статьи этого номера