Герой радиоспектакля — драматург А.П.Чехов

Вышел очередной, 23-й по счету, номер литературно-исторического альманаха «Севастополь». В своей публикации, посвященной этому событию, мы сообщили читателям нашей газеты о помещенной на страницах данного номера популярного издания пьесы Валентины Фроловой «Мой Антуан, или Последняя любовь Чехова». Тут же с неменьшим интересом мы узнали еще одну новость. Оказывается, на пороге лета началась работа по этому произведению — создание радиоспектакля — первого на Севастопольском радио. С большим энтузиазмом за это дело взялись ведущие актеры драматического театра имени Луначарского, титулованные артисты Ю.Б.Нестранская (Ольга Леонардовна Книппер-Чехова), Н.Ф.Белослудцева (Мария Павловна Чехова) и Е.И.Журавкин (Антон Павлович Чехов, он же режиссер).- Нам, Евгений Иванович, известна большая ваша, Юлии Брониславовны и Нины Федоровны занятость в спектаклях театра. По этой причине мы с трудом нашли «окошечко» во времени для беседы. Тем не менее вы выкраиваете часы и для репетиций, записи «Моего Антуана…» Чем привлекла вас эта пьеса, работа над ее воплощением на радио?

Н.Ф.Белослудцева:

— Вы верно отметили большую нашу загруженность, а Евгения Ивановича в особенности. Недавно, например, он дебютировал в роли Арбенина в спектакле по пьесе «Маскарад». И на сей раз Евгению Ивановичу сопутствовал крупный творческой успех. Об этом говорят и коллеги, и зрители.

Е.И.Журавкин:

— Сначала я не понимал, зачем я это делаю. Когда же работа катится к финалу, она приносит удовольствие. Во-первых, тема великая, вечная, во-вторых — Чехов, в-третьих — это радиоспектакль, необычный жанр, в котором никогда не работал. Иногда не хочется расставаться с материалом. Это настолько интересно, что досадуешь на нехватку того же времени, чтобы растянуть удовольствие пребывания в мире Чехова.

Н.Ф.Белослудцева:

— С Михаилом Егоровичем Кондратенко, царство ему небесное, обсуждалась возможность постановки пьесы на сцене. (Об этом, кстати, хорошо и полно рассказано в последнем номере «Севастополя». — Авт.) Но, по понятным причинам, не вышло. Валентина Сергеевна Фролова как-то обратилась ко мне: «Может, по радио прочитаете». Я — к Юлии Брониславовне, а она — к Евгению Ивановичу. Очнулись, когда пошли репетиции, не предполагая, что это колоссальный труд.

Ю.Б.Нестранская:

— Пьеса посвящена жизни Чехова, и не просто жизни, а ее сокровенной части — любви. Это на самом деле история чеховской любви. Как интересно было прикоснуться к продиктованному ею материалу и осторожно, деликатно изучить его.

— Евгений Иванович одним словом уже обозначил: радиоспектакль существенно отличается от сценического воплощения пьесы. В радиоспектакле повышенное требование к слову.

Е.И.Журавкин:

— Если чувствуешь, что сегодня в спектакле недоиграл, можешь наверстать упущенное в следующий раз. Здесь сложнее. Чтобы максимально передать заложенное в материале содержание, делали до восьми дублей, из них монтировали один, с нашей точки зрения, самый удачный.

Н.Ф.Белослудцева:

— Раз мы хотим, чтобы получился ра-ди-о-спек-такль, то чувства, взаимоотношения персонажей, их характеры должны проявиться посредством единственного изобразительного средства — произнесенного слова, чтобы оно было осязаемо. Нет, сцена театра и радиосцена несравнимы. Правда, есть еще одно мощное средство воздействия на слушателя — музыка.

Е.И.Журавкин:

— Это Скрябин, Шопен…

Ю.Б.Нестранская:

— Я давно интересуюсь чеховской темой. Меня занимает Чехов — личность. Представление о нем, полученное в школе, в вузе, весьма и весьма общее. Творчество такого человека не может исходить от личности ординарной, непротиворечивой, приглаженной. Чехов — интеллигентнейший, Чехов — тишайший, Чехов — добрейший, Чехов — честнейший… Я понимаю: для того чтобы литературное произведение было заряжено страстями большого накала, их, как минимум, надо содержать в себе. Долгие годы личность Чехова изучала по переписке, по воспоминаниям. Писала конспекты. Почему? Потому что на один и тот же факт из жизни писателя многие близкие к нему люди смотрели по-разному.

Н.Ф.Белослудцева:

— В ходе нашей совместной работы над радиоспектаклем нам пригодились конспекты Юлии Брониславовны. Иногда она лекции читала, чтобы открыть побудительные мотивы того или иного события, нашедшего отражение в пьесе.

Ю.Б.Нестранская:

— Мне очень хотелось сыграть в пьесе, где героем был бы Антон Павлович. Пьеса Валентины Сергеевны выгодно отличается от известных мне драматических произведений о нем.

— Каким вы представляете слушателя своего радиоспектакля?

Е.И.Журавкин:

— Убежден, что в Севастополе есть люди, которым небезразличен этот материал. А это главное.

Ю.Б.Нестранская:

— Я хорошо представляю себе этих людей — слушателей-друзей, которые глубоко интересуются тем, чем интересуемся мы. Мы же работаем честно, с полной выкладкой, с полным пониманием того и с надеждой и верой в то, что нас поймут. Никаких поддавков, никакого снижения уровня, никакой примитивизации, никакого приглаживания. Говорим со слушателем так, как говорят с ближайшим и понимающим другом.

— Это ваша не первая встреча с Чеховым?

Е.И.Журавкин:

— Я играл роль Астрова в спектакле по пьесе Чехова «Дядя Ваня». Это первая встреча с драматургом, может, не последняя.

Н.Ф.Белослудцева:

— Я также была занята в «Дяде Ване».

Ю.Б.Нестранская:

— Нина Заречная из «Чайки» — моя первая роль. Мечтаю играть чеховских героинь. Но не было в мечтах сыграть Ольгу Леонардовну. У нас перед глазами ее классический образ. Ни внешне, ни внутренне не вижу совпадений с этой женщиной. Но сыграть другого, абсолютно другого человека — задача чрезвычайно интересная для актера, актрисы. Большую свободу мне дает формат радиоспектакля. Никто не говорит: Ольга Леонардовна была внешне не такой, слышен только мой голос. И если мне удастся передать все то, что я чувствовала при работе над этой ролью, я буду просто счастлива.

— Где вы работаете над радиоспектаклем?

Н.Ф.Белослудцева:

— Образно говоря, мы переводим наши драматические навыки на язык другого вида искусства. Репетируем за столом, глядя друг другу в глаза. А потом надо было стать к микрофону. Рядом с ним вскрылось новое обстоятельство: оказалось, мы разного роста. А студию оборудовали здесь, в театре.

Е.И.Журавкин:

— Бывает, записываем, вдруг технический брак. Остановка. Начинаем заново, великолепно идет материал, не нарадуешься, но опять же вдруг где-то наверху что-то стукнуло. Все — следующий дубль. Мы полагаем, что радиоспектакль будет транслироваться два дня. Сейчас одно скажу: в работе мы добивались лучшего исполнения, предельной искренности.

— Это ваша первая режиссерская работа?

Е.И.Журавкин:

— Небольшой опыт имею за плечами. Но каждый актер — сам себе режиссер, каждый человек — театр. Моя задача — создать условия для полного самовыражения.

Ю.Б.Нестранская:

— Мы немножко трепещем. Как уважаемая Валентина Сергеевна Фролова, которая предоставила нам полную свободу, отнесется к нашему прочтению пьесы? Но нами двигала глубокая любовь к Чехову. Чехов и Крым — это мощно. О Чехове в Крыму говорить интересно и нужно. Все мы крепнем в убеждении в том, что, работая над спектаклем, сделали шаг вперед в творчестве. Мы прикоснулись к личности Чехова, которая развивает и обогащает. Мы считаем, что и слушатели, которым осталось ждать совсем немного времени, будут солидарны с нами в своих ощущениях.

* * *

— Мне, — говорит автор пьесы В.С.Фролова, — отдельные читатели повести «Анна и Николай» задавали вопрос: «Откуда вы знаете, что в жизни говорили герои вашего произведения? Вы же не являетесь их современницей». Я отвечаю читателям, что каждое слово, произнесенное героями повести, — правда, документ. Это слово либо из воспоминаний современников, либо из эпистолярного наследия. Изданные письма А.П.Чехова и письма к нему — настоящий кладезь, мощный источник вдохновения. В письмах находим описание событий, которые послужили основой для литературных произведений. В то же время письма — документ, в нем бьется живая чеховская мысль. Очень жаль, что телефон, другие средства коммуникации сегодня заменили письма, которым можно доверить самое сокровенное, как это делали Чехов и его корреспонденты. Я с нетерпением ожидаю премьеры — выхода в эфир «Моего Антуана…», в чем я вижу заслугу не только группы талантливых актеров, но и сотрудников Севастопольского радио, в первую очередь редактора Светланы Цыпалевой. Она проявила большой интерес к нашей общей работе.

Другие статьи этого номера