Морское дно археологии

В седую глубину веков ведут в Причерноморье трудно вообразимые по объемам и количеству объекты подводной археологии, науки, которая в Украине, по сути, еще не вышла «из ползунков». «Шелковые» морские пути исстари пролегали в наших местах. Греки начали пристрелочно селиться на берегах гостеприимного моря — Понта Эвксинского — еще в VIII в. до н.э. И первой их заметной колонией стал Трапезунд. Затем в нынешней Румынии появилась Истрия. В VI в. до н.э. античные правители Эллады получили первые отчеты экзархов Пантикапея, Фанагории, Горгиппии, в устье Днепра — Оливии. И, наконец, в конце VI в. до н.э. был заложен сигнальный камень в основание величественного полиса — Херсонеса, одного из красивейших городов-колоний, нашей с вами, севастопольцы, гордости.
Мореходы Эллады абы где не селились. Картографы метрополии выбирали наиболее выгодные места, удобные для якорных стоянок и строительства международных торговых портовых узлов. И сегодня, кстати, Украина по коэффициенту морской транзитности занимает второе место в Европе (данные института Рендел, Англия). В наших акваториях проходит VII панъевропейский Международный транспортный коридор, по которому ежегодно следует 40 процентов судопотоков Евразийского пространства.

"ВОДОЛАЗЫ ИЩУТ КЛАДЫ…"

…Чем дальше в Лету уходит история международных мореходных контактов, тем больше в глубинах моря остается беспощадно отобранных стихией сокровищ. На дне морском, по примерным прогнозам ученых-археологов, таится до 45 процентов бесценных артефактов от их, так сказать, общей массы.

В нашем регионе первые скромные попытки наблюдений над античными подводными памятниками были сделаны 170 лет назад, около северных берегов Черного моря. В конце 20-х годов ХIХ века на дне Керченского пролива у косы Чушки ученые обнаружили 6 мраморных колонн из античного храма — святилища Ахиллеса.

Далее последовало длительное затишье, и лишь в 1905 году гидроархеология стала, как выражаются порой местные любители раннего (апрель-май) купания в море, "греть волну". Водолазы в Феодосийском порту случайно обнаружили древний мол и сделали более или менее подробное научное описание находки.

…Вообще начало ХХ века — это, по сути, золотая пора первых предметных шагов гидроархеологии. Известный энтузиаст подводных исследований Л.Колли с 1902 года ввел в оборот такое понятие среди научных кругов, как использование подводного ковша и "машины для добывания золотых вещей".

Весом и до сих пор не оценен по достоинству вклад зачинателей советской экспедиции подводных работ особого назначения, базировавшейся в Балаклаве с 1923 г. Ученые с помощью специально обученных водолазов ЭПРОНа подтвердили факт существования в прибрежных морских глубинах затопленных частей античных городов. Ровно 75 лет назад именно в Херсонесе, кстати впервые в мире, при подводных раскопках была использована кинофотосъемка…

Но настоящие работы в водах Причерноморья развернулись лишь полвека назад. В 1957 году была официально сформирована первая в стране подводная археологическая экспедиция под руководством профессора-антиковеда Института археологии АН СССР В.Д.Блаватского. В акватории древней Фанагории им были апробированы т.н. опускные ящики — подобие кессона, а также землесосные установки для подъема некрупных предметов, которые с помощью эжектора всасывались и транспортировались на палубу судна-носителя.

…Под Севастополем на дне Карантинной бухты экспедиция Блаватского на глубине 3 метров выявила развалины затопленных домов, портовых сооружений, а также остатки керамической продукции Синопы и Гераклеи эллинского, римского и средневекового периодов, иные артефакты сильно поврежденных грузов затопленных кораблей.

В 1964-1965 годах в районе Донузлава профессор В.Д.Блаватский в 180 метрах от берега обследовал 7 тысяч кв. метров подводной площади. Землесосная барка в изобилии выдавала "на-гора" артефакты Гераклеи Понтийской: гвозди, фрагменты судовой обшивки, куски листового свинца и смальты, амфоры, датируемые III веком до наших дней. Здесь очень часто разбивались корабли…

С той поры, то замирая, то оживляясь, отечественная гидроархеология маленькими шажками, по сути, лишь приближается к началу большой системной работы. Во многих музеях Причерноморья открываются специальные мини-экспозиции даров подводного царства. Это золотые и свинцовые вещи (серебро, увы, в морской среде превращается в черную сульфидную массу); это башмаки мачт, носовые штевены; это деревянные якоря, сделанные из прикорневой части фисташкового дерева, тонущего в водной среде, а также каменные и железные якоря. Это, наконец, целые холмики чаще битой античной посуды, предметы корабельного быта…

С давних давен охотники за подводными сокровищами делали попытки точной рекогносцировки обнаруженных мест кораблекрушений и затопленных жилых построек античного мира. На расстоянии 10-30 метров от того или иного морского порта это оказывалось делом простым. Гораздо сложнее ситуация с выявленными локального порядка местами кораблекрушений в водах Черного моря за сотни метров от современных портовых стоянок. И все те печатные бредни, периодически всплывающие на книжном рынке относительно "точных координат" с обозначением широты и долготы "кладов", — не что иное, как если бы вы назначили деловую встречу… просто на ул. Большой Морской. Как говаривал как-то в 70-х годах один из журналистов "Славы": "Непонятно, но волнует…"

…И КОЕ-ЧТО НАХОДЯТ

Разумеется, некоторые заповедные места, до которых еще только должны по-настоящему дойти руки ученых-археологов, известны. А иные из них — еще с гомеровских времен. Например, на траверзе пионерлагеря "Артек" есть две "блуждающие" скалы Адалар. Гомер указывает четко: "Все корабли, к тем скалам подходившие, гибли…" ("Одиссея", 12-я глава).

Возле пос. Новый Свет на дне покоятся останки итальянской галеры (1277 г.). Здесь находят фрагменты обшивки, позеленевшие гвозди, венецианское стекло, граффити на горлышках амфор, в коих древние везли масло, ладан, а чаще — вино.

В севастопольском регионе также немало разведанных заповедных мест. На глубине 18,5 м у пос. Учкуевка в 1200 м от берега находится остов средневекового корабля. В Карантинной бухте, как мы уже упоминали, идентифицированы средневековый квартал и пирс.

Между Михайловским и Константиновским равелинами целое "кладбище" средневековых амфор типа Саркел.

В Песочной бухте шурфовка донной поверхности позволила обнаружить корабль I в. новой эры. В предскальной глине лежит несколько тысяч Косских амфор…

В западной части Стрелецкой бухты в 70-х годах были зафиксированы амфоры IV в. до н.э., среди них краснолаковый кубок с граффити — посвящением Зевсу Димеранскому.

В б. Круглой (пляж "Омега") в самом ее центре в 1993 г. группой археологов "АЖИО" выявлены остатки античной усадьбы.

Радует гидроархеологов и наша двойная бухта (Камышовая и Казачья). Здесь обнаружены заиленные руины средневекового монастыря.

На траверзе м. Херсонес идентифицирована якорная стоянка. В Балаклавской бухте — следы нескольких пиратских стоянок, многочисленные подводные островки сильно побитых амфор III в. н. э. Что же касается знаменитого "Принца", то его археологическая легенда, первая главка которой была "написана" в Балаклаве, возле Белых Камней, еще французами в 1870 году, ждет своего звездного часа…

А он — на подходе. ХХI век уже оснастил гидроархеологов ценнейшим современным оборудованием. В распоряжении ученых — подводные миноискатели, гидролокаторы бокового обзора, позволяющие оконтурить силуэт лежащего в объятиях ила древнего судна; акваланги с компенсаторами (облегчается передвижение исследователя по вертикали); гелиокислородные смеси помогают водолазам покорять глубины до 100 метров и находиться под водой до 20 минут без боязни бремени декомпрессии…

Свои решительные шаги делает и телевидение: фрагменты сетки морского дна позволяют сегодня добиться стереофотографического эффекта.

И, наконец, на вооружении современных гидроархеологов теперь имеются прекрасные подводные аппараты: "Лангуст", "Риф", "Омар". Некоторые из них позволяют добраться до глубины 540 метров. И там открывается порой весьма захватывающая дух панорама…

"ГРЕЧЕСКИЙ ЗАЛ"… ПОД ВОДОЙ?

Несколько лет на научной базе Национального заповедника "Херсонес Таврический" работает группа гидроархеологов кандидата исторических наук Виктора Викторовича Лебединского, сотрудника Института востоковедения Российской АН. Некоторое время назад удалось с ним встретиться и взять блиц-интервью относительно того, что разведано его коллективом в наших "территориальных водах". Вот его короткое сообщение:

— На производство подводных исследований в акватории Севастополя у нас имеются разрешение и лицензия Института археологии АН Украины. Готовится к завершению интересная научная работа: "Развитие мореплавания и морской торговли в Средиземноморском бассейне и бассейне Черного моря".

Мы "ныряем" вот уже седьмой год в составе подводной археологической экспедиции под руководством заместителя директора Национального заповедника "Херсонес Таврический" Галины Михайловны Николаенко. Составлена карта "Глобус и памятные места кораблекрушений". Выявлено несколько таких мест с артефактами в районе прибрежной полосы (до 60 метров в длину). Найдены, например, интересный каменный или свинцовый якорь, который еще предстоит поднять, фрагменты деревянной обшивки, грузы, датируемые III веком до или I-II веками нашей эры.

Нами обнаружены и четко зафиксированы по месту три корабля IX века нашей эры. Я выдвигаю гипотезу, что их гибель связана с осадой средневекового Херсонеса князем Владимиром. Со стороны моря блокаду тоже пытались прорвать. И вражеские корабли поджигались. Во всяком случае на двух из трех — следы пожара.

В свете итогов проведенных довольно успешно нескольких наших экспедиций возникла идея организации подводного музея на базе Национального заповедника "Херсонес Таврический" в рамках создания в Севастополе Археологического парка. Причем не формально "подводного", а фигурально, ибо артефакты, многие столетия пролежавшие под водой, лучше сохраняются все-таки в родной среде. Как первый шаг выглядит пока еще скромная экспозиция обнаруженных античных якорей (каменных, свинцовых, железных), некоторые из которых просто уникальны.

Предполагается в недалеком будущем на внешнем рейде Херсонеса на глубине 12 метров, в 150 м от берега, оборудовать такой подводный "античный зал" и всех желающих "погружать" туда, разумеется, в аквалангах и с соблюдением полной безопасности.

Наша работа, кстати, была бы куда более результативной, если бы не вредоносная деятельность цивилизации, в том числе и изыскания "черных археологов". Многое ими уже растащено, а воздействия взрывов при испытании радиобуев плюс многолетние волновые разрушения медленно, но верно сдвигают уже достигнутые позиции гидроархеологов на вторую линию подводных раскопок.

ЧТО МЫ ИМЕЕМ?

В Крымском регионе Причерноморья к проблемно-охраняемым объектам ученые относят примерно 150 выдающихся памятников архитектуры. Из них 15 мы уже имеем все шансы потерять навсегда до 2010 года — так вот государство "печется" о культурном наследии…

Что же тогда говорить о еще только разведанных подводных археологических объектах, которые лишь в очень далеких с точки зрения перспективы планах, — цели для археологических исследований? Между тем море — куда более "въедливая" среда, нежели дождь, ветер, снег и град…

А потому выводы неутешительны. В мире, увы, не существует сводной гидроархеологической науки и, как следствие, соответствующей карты Черноморского бассейна. Картографирование подводных памятников осуществляется на весьма слабой, порой просто кустарной основе. И посему весьма современным выглядит сегодня фрагмент из аналитической работы профессора Блаватского: "…основные усилия должны быть направлены на изучение древних и средневековых кораблей, затопленных в Черном море на глубинах свыше 200 метров, там, где обилие сероводорода позволяет надеяться на хорошую сохранность не только дерева, но и… костей, тканей и, что особенно важно, папируса, а также пергамента… Свидетельство Ксенофонта (античный автор "Греческой истории" в 7 книгах. — Л.С.) позволяет заключить, что в начале IV века до н.э. произведения древнегреческих писателей были одним из товаров, ввозимых морским путем в города Причерноморья… Это делает возможным находку трудов древних авторов. Столь же важным могут оказаться и находки средневековых рукописей".

Право слово, дерзкое, но чертовски интересное допущение! И как знать, может быть, наши дети, а то и внуки, которым сейчас еще лишь предстоит пойти в первый класс, осуществят голубую мечту профессора Блаватского. Пока же надо спасать и консервировать то, что найдено в глубинах, не превышающих высоту наших "хрущевок"…

Другие статьи этого номера