Белые пятна

Прошло достаточно много времени с тех пор, как в «Славе Севастополя» от 18 и 20 сентября 2005 г. было опубликовано интервью Ирины Каратаевой в связи с выполненным мною по предложению местной организации Национального союза архитекторов Украины заключением по генеральному плану Севастополя на период 2005-2006 годов. Проект тогда еще не был утвержден, и этот материал в газете для жителей города представлял определенный интерес. И совершенно неожиданными для меня явились многочисленные отклики на этот материал с обращениями ко мне и по телефону, и через редакцию, и прямо через газету. Тематика обращений (а это наряду с положительной оценкой заключения, в основном были вопросы) была самой разной и зачастую касалась начавшейся реализации генплана. Самые неожиданные вопросы: «Когда будет продолжение опубликованного материала?» или «Почему вырубили деревья рядом с павильоном «Хрустальный» и что там начинают строить?» Называются многие адреса сомнительного строительства с вопросом: «Почему?» Многие звонят (а бывают и визиты домой) после безрезультатных обращений в органы, ответственные за строительство и благоустройство в городе.
Мой полувековой творческий багаж по созданию в городе новых районов, микрорайонов (Камышовая бухта, проспект Генерала Острякова, Корабельная, Северная, Инкерман, Балаклава и др.), генеральный план на 1983-2000 гг., варианты развития центра города и т.д., и т.п. позволяют мне профессионально оценивать те или иные архитектурно-градостроительные моменты, возникающие в городе.
Разумеется, с моей стороны это ни на что не претендующее мнение одного из архитектурных «аксакалов» Севастополя. Так сказать, «мысли вслух», которыми я охотно поделюсь с теми, кто на этом в своих вопросах настаивал.
— Правильно ли осваивается территория, предназначенная для организации парка Победы?

— Нужно признаться, что парк с таким именем у нас не состоялся. Прошло много лет с начала его основания, и нужно честно сказать, что на территории с такой "начинкой" он не может быть. Самое смелое воображение не может представить себе, к примеру, Трептов-парк, Сталинградский мемориал и многие другие подобные места с пляжами, полуобнаженными людьми.

Разве о таком парке Победы мечтали ветераны войны, в честь которых изначально он был задуман? Похоже, что лица, причастные к созданию парка, совсем "забыли" о его назначении и сознательно (а может, и нет) организовывают здесь грандиозный прибыльный развлекательный центр.

В свое время на высоком берегу, где сейчас находятся металлоостанки "матроса и солдата", тоже намечалось создание мемориальной зоны с парком, объединяющим территорию с обелиском "Штык и парус", музеем, памятным венком на воде, связанным пешеходной эстакадой с площадью Восставших и бастионами времен Крымской войны. Это предложение было закреплено во всех вариантах развития ядра центра города, в том числе и в победившем на Всесоюзном конкурсе варианте наших авторов И.Е.Фиалко, И.И.Медникова, В.Н.Фуклева.

Именно здесь намечалось создание сравнительно небольшой (легкоуправляемой, ухоженной) территории и характерными для парка атрибутами, создаваемого в честь Великой Победы (а может быть, и всех севастопольских побед).

И пока не поздно, не следовало бы планировать здесь размещение тургостиниц, концертных залов и прочего в этом роде.

— Каково ваше отношение к памятнику «Матрос и солдат» и его дальнейшей судьбе?

— Мне всегда не нравился этот памятник. Очень беспокойная, неторжественная композиция. Видимый со многих точек, он имеет раздробленный нечеткий силуэт из направленных в разные стороны рук, ног, оружия.

Всегда считала, что фигуры людей в скульптуре большей частью уместны, если они посвящены конкретным персонажам. Значительным событием обычно соответствуют какие-либо символы в виде обелисков разной формы, колонн, стел и даже зданий. Поскольку поблизости уже существует одна вертикаль — обелиск "Штык и парус", любая другая высотная композиция на этой территории будет только мешать восприятию их обеих.

На мой взгляд, это мог быть музей торжественной выразительной архитектуры, зрительно подчиняющей и объединяющей все пространство этой зоны.

Окончательным признаком этого здания, конечно же, должен быть синтез архитектуры, скульптуры, живописи и других видов искусства.

— Нужен ли нашему городу зоопарк и в каком месте? Например в парке Победы.

— В принципе, в городе — будущем туристическом центре — вполне уместно размещение и зоопарка, и дендропарка, и даже еще одного аквапарка (последнего, конечно, в удаленном от моря районе).

Но там, где большую часть года "гуляют" сильные ветры, обитателям зоопарка не выжить. Правда, нас убеждают, что там будут только птицы. Шурик из кинофильма "Кавказская пленница" наверняка сказал бы: "Птичек жа-а-лко". Да и людей, живущих в примыкающих к парку микрорайонах, тоже. Птички вон как "разбушевались" по всему свету. Не зря же в сельской местности фермы с разной живностью, в том числе и птичьи, размещают на почтительном нормативном расстоянии от жилья.

И где гарантии, что инициаторы этого предложения в будущем ограничатся только птицами? Лиха беда начало!

Логика подсказывает, что лучшим местом для зоопарка может быть защищенная лесом территория вблизи обводной магистрали, обеспечивающей к нему удобные подъезды за пределами жилой застройки.

— Как вы относитесь к возведению сегодня в нашем городе памятника Екатерине II?

— Я не историк и не политик, поэтому к этому событию подхожу с других позиций. Такой памятник расцениваю как красивую малую архитектурную форму, которая, несомненно, украсит город. Но почему сегодня?

Как могут депутаты принимать положительное решение о строительстве памятника за 100 тыс. долларов пожертвований жителей, не спросив последних? Уже один житель (он же депутат и он же богатый предприниматель) закупил 1,5 тонны бронзы. В последнее время звучат призывы о сооружении (срочном) еще ряда памятников в то время, когда город нуждается в серьезнейшем обновлении (текущие крыши, до предела изношенные подземные и другие коммуникации, разбитые дороги, разрушающиеся архитектурные детали центра). На все это нет достаточных средств, но, оказывается, для полного счастья сегодня городу нужны дополнительные памятники. Хоть бы собраться с силами да отремонтировать и привести в порядок существующие памятники.

— Что можете сказать о создании подвесного монорельсового транспортного перехода через Севастопольскую бухту?

— Несомненно, это прогрессивное решение, имеющее неоспоримые преимущества перед тем, что мы имеем сегодня. Нужно только, чтобы 60-метровые башни с разворотными площадками наверху не выглядели этаким еще одним "чудом света" и своими железобетонными объемами не задавили бы зрительно изящный, масштабный образ нашего города. Особенно его южной стороны с такими доминантами, как панорама, Матросский клуб, штаб флота, Владимирский собор, административное здание на площади Нахимова, и другие.

Следует также помнить, что это нововведение решит только часть проблемы, то есть облегчит переправу пешеходов, а для автотранспорта переправа по-прежнему останется проблемой, и тема моста (надводного или подводного) останется актуальной.

— Нельзя ли подробней о сооружении подземного туннеля, связывающего улицы Пожарова и Генерала Петрова?

— Идея сооружения туннеля для кратчайшей связи улиц Пожарова и Генерала Петрова возникла еще в период восстановления города и принадлежит она авторам первого послевоенного генерального плана, в числе которых очень популярный в Севастополе архитектор В.М.Артюхов. Затем к этой теме возвращались в последующих генпланах. Она также подробно прорабатывалась как отдельными проектами, так и во всех вариантах развития центра. И всегда рассматривались сравнительные варианты (в отличие от сегодняшнего обоснования), в том числе вариант открытой врезки с мостовым переходом сверху в направлении пл. Восставших — Мартынова бухта. Этот вариант имел ряд преимуществ по сравнению с протяженным подземным глухим туннелем.

— Чем объясняется появление странной пристройки на ул. Б.Морской, 52? Ведь было решение горсовета о запрещении по городскому кольцу не только мансард, но и любого другого нового строительства.

— Этот вопрос, который с возмущением задавали особенно много раз. Страсти не утихают и по сей день. Люди требуют ответа на появляющиеся изменения (ухудшения) фасадов зданий городского кольца (особенно на "кастрирование" уникальной аркады "Черноморочки".

Мне этот "объект" тоже не дает покоя. Еще бы! На углу Большой Морской с видом на площадь Ушакова и вдруг такая абракадабра (чтобы не назвать хуже).

Здесь в оригинальном решении угла дома по вогнутой кривой, кстати, единственной в городе, вообще ничего нельзя было пристраивать. Это была своего рода интересная архитектурная достопримечательность. Но и на нее подняли руку!

На узких участках тротуаров углы домов бывают или вогнутыми по кривой, или скошенными по прямой, или в виде проема, с одной стороны опирающегося на столб с проходом через него.

В нашем примере сузившийся до предела тротуар увеличили за счет… уменьшения ширины проезжей части (и это в довольно сложном транспортном узле).

Архитектура этого приземистого, выполненного с претензией на что-то сооружения противоречит канонам этого вида искусства. Автор посчитал, что он применил благородную классику. Но ведь в ней надо разбираться не понаслышке (хотя бы в пределах учебника И.Б. Михаловского).

Давайте разберемся. Три остекленных проема, разделенных столбами (вернее, пилястрами) с капителями ионического ордера. Между ними проходит широкая балка (архитрав), завершенная ограждением с балясинами. Все это провисло между столбами, почему-то опираясь на переплеты остекления. А что же поддерживают столбы с капителями? Оказывается, всего-навсего маленькие вазочки (извините за сравнение), которые выглядят как слоники на комоде. Во всем решении нет логики. Узкий серый цоколь выглядит придавленным всем этим "великолепием".

Интересно, ради какой великой цели испорчен фасад отличного здания?

И это еще не все. Это только видимая часть "айсберга", которая, как остроумно выразился известный журналист, проросла метастазами через здание и безобразно пристроилась на уровне 3-4-го этажей дворового фасада, опираясь на высокие столбы, затеняя окна нижележащих квартир, так сказать, высотный вариант подвешенной пристройки. И надо же было до такого додуматься!

Ирина Каратаева в "Славе Севастополя+" за 10 ноября спрашивает: "Не пора ли озвучить всенародно, чья же это "вилла в бетоне"? Но мне интересней знать другое: кто же это все разрешил, согласовал, утвердил и кто это запроектировал. Авторов принято представлять, чтобы знать, кого награждать цветами, а кого — тухлыми яйцами. Ответом на этот вопрос управление градостроительства и архитектуры никого не удостаивает.

Заданных вопросов накопилось много, на все не ответить. Это — о продолжающемся, ничем не обоснованном уплотнении и так плотно застроенного центра, в том числе центрального городского кольца. Это — о продолжающемся беспрецедентном расширении "Диалога". Это — о застройке ул. Терещенко многоэтажными домами, своими объемами, этажностью разрушающими образ, масштаб и силуэт центрального ядра исторического центра. Один дом построен, второй там же усиленно рекламирует "Консоль".

В общем-то, эти красивые дома могли бы внести разнообразие и украсить любой из новых районов, застроенных типовыми домами, а наш центр давно сложился и в этом не нуждается.

Много суждений вызывает положение в городе фирмы "Консоль", которой для ее "элитных" домов, в которых будут проживать "элитные" жильцы, отводятся самые престижные участки: в центре, в 300 метрах от моря (см. рекламу "Консоли"), на ул. Гоголя и т.п.

К сожалению, таких примеров много, но на вопросы читателей "Славы" о причинах их появления я не могу дать ответ.

Наконец, утвержден новый генеральный план города, и многие надеются, что теперь в строительстве все будет упорядочено. Правильно, так должно быть, если генпланом не будут спекулировать в неблаговидных целях. И уже появляются "первые ласточки". Так, на предупреждение жителей трех улиц, расположенных на склоне холма в центре (ул. Дроздова, спуск по Б.Морской, 3), об отводе участка для строительства частного жилого дома практически на подпорных стенах, входящих в систему укрепления крутого склона над имеющимся подземным сооружением, засаженного многолетними деревьями, СГГА без тщательного изучения этого важного в наших сейсмических условиях вопроса оправдала это решение, ссылаясь на генеральный план города.

Но ведь даже непосвященному в азы градостроительства ясно, что генплан — это не та стадия проектирования, которая решает вопросы отвода участков под отдельные жилые дома, тем более частные коттеджи. В масштабе этого документа решается зонирование городской территории, в том числе определяются границы индивидуальной застройки, где и место спорному дому.

Один начинающий олигарх, советуясь со мной о месте размещения еще одного из своих новых объектов, на мои возражения о вопиющем несоответствии этого решения нормативам наглядно продемонстрировал силу "презренного металла", благодаря которой он на это место уже имел все согласования и даже готовый проект.

И пусть сегодня это так, но все-таки, я думаю, что последнее слово, наконец, будет за законом. И я верю в его силу.

Другие статьи этого номера