Поэтический спринт

Заметным событием в культурной жизни последних дней стало представление в Морской библиотеке новой книги члена Национального союза писателей Украины Виктора Ингерова. Название сборника — «Глубина резкости» — дало повод вспомнить пришедшиеся на 60-е годы жаркие дискуссии между «физиками» и «лириками».

Севастополец Виктор Ингеров эпиграфом для книги "стихов разных лет" избрал определение "Физического энциклопедического словаря" термина "глубина резкости" — это наибольшее расстояние, измеряемое вдоль оптической оси, между точками в пространстве, на котором изображаемое оптической системой достаточно резко. Мудрено, но понятно. При чем, однако, здесь поэзия?

Виктор ИНГЕРОВ: — Мы смотрим и вспоминаем, оглянувшись назад, то, что было с нами. И что-то мы видим ярче, а что-то тускнее, что-то для нас важно, что-то менее важно. Глубина резкости в моих стихах — в памяти, в душе.

В названии книги сконцентрированы ее тема, содержание. Выступивший на представлении сборника поэт Виталий Фесенко был солидарен с автором:

— Глубина резкости — глубина души, которая высвечивает прожитое. И в этой жизни находим дорогие моменты и для автора, и для всех нас.

Еще было сказано, что Севастополь богат на поэтические таланты. В их стройном хоре голос Виктора Ингерова не спутать ни с каким другим.

Шепнуть уходящему дню:

— Помедли немного!

Как воздух, губами ловлю

Твой привкус, дорога.

Это — Виктор Ингеров. Однажды на поэтическом фестивале "Крымская альгамбра" стихи старших товарищей для эксперимента дали на "растерзание" молодым и задиристым коллегам и просто студентам — любителям поэзии. Произведения Виктора Ингерова, а это были характерные для его творчества восьмистишия, попали в руки по-хорошему въедливому парню. "Почему такая форма — восьмистишие?" — упрекнул он севастопольского поэта.

Не желая того, оппонент вызвал в памяти Виктора Ингерова воспоминания поры юношества — время серьезного увлечения легкой атлетикой.

— Моим амплуа, — сказал залу поэт, — был спринт — бег на короткие дистанции. На стометровке, например, необходимо было выложиться в течение считанных секунд полностью. Я спринтер по жизни.

Не здесь ли истоки любимой поэтом поэтической формы?

— Небольшое стихотворение, — убежден Виктор Ингеров, — это развитие одной мысли.

Открываю книгу наугад:

…Быть может, потому

Друзей нам не хватает,

Что сверстники отцов

Погибли на войне.

На представление книги Виктора Ингерова пришли коллеги по поэтическому цеху, друзья. Приехали и представители других городов. Евпаториец Сергей Овчаренко был предельно искренен. Его личный критерий высокой поэзии — прикроватная тумбочка. На ней пара-тройка любимых книг. На исходе дня хорошо взять в руки одну из них.

— Виктор, — обратился он к нашему поэту, — в последнее время — это твоя книга. Как рукопожатие до завтрашнего дня.

Журналистам "Славы Севастополя+" очень дорого стихотворение, которое Виктор Ингеров посвятил нашему собрату по перу Анатолию Марете. Оно, вошедшее в книгу, было прочитано в зале. Он небольшой, уютный, этот зал. Виктор Ингеров и поэтесса Тамара Дьяченко вспомнили, что некогда именно в его стенах собирались члены флотского литобъединения. И собирал их не кто-нибудь, а именно Анатолий Марета. Сколько по-настоящему талантливых поэтов и прозаиков выпорхнуло из этого гнезда! Здесь регулярно проходили представления общественности их книг. Нынче им дано являться публике и в других залах. Но Виктор Ингеров, автор трех поэтических сборников, остался верен залу Морской библиотеки, где молодым флотским офицером под опекой доброго, мягкого, предельно внимательного Анатолия Мареты делал первые шаги в поэзии.

Стихи Виктора Ингерова органично перемежались с замечательными музыкальными произведениями. Их исполнили преподавательница первой музыкальной школы пианистка Ольга Рубина и ее дочь Светлана — скрипачка, первокурсница Российской академии музыки. В их исполнении прозвучали сочинения Генделя, Рахманинова и других композиторов.

Другие статьи этого номера