Ноев ковчег открыл счет морским трагедиям

Тысячи кораблей спят на дне Черного моря. Но их вечный сон тревожат «черные археологи».
Как свидетельствует Библия, одним из первых судов, потерпевших кораблекрушение, был Ноев ковчег. Ковчег, по мнению некоторых ученых, после схода воды оказался на мели на склоне Арарата. Вроде бы и до сих пор на Арарате хранятся останки корабля. Так это или не так, документально подтвердить не удается. А вот на дне Черного моря нашли свой вечный покой сотни и тысячи судов. И места многих захоронений занесены на карту.
По подсчетам бывшего начальника Гидрографической службы ЧФ контр-адмирала Л.И.Митина, который посвятил долгие годы своей жизни созданию Атласа охраны природы Черного и Азовского морей, в этом регионе за все время судоходства (а это свыше 30 столетий) произошло порядка 50-60 тысяч кораблекрушений. При жизни Льва Ивановича мы много говорили с ним об этих фактах. Как составитель атласа, Л.И.Митин комментировал карту "Затонувшие суда и экология". На ней отражены места 1150 погибших судов и наших, и других государств. Предположительно всего на дне Черного моря реально могло сохраниться около двух тысяч затонувших кораблей преимущественно трех последних столетий. Естественно, они представляют серьезную опасность как для судоходства, так и в экологическом плане.

А вот друг и научный соратник контр-адмирала Л.И.Митина академик НАНУ Е.Ф.Шнюков, который провел вместе с ним не одну научную экспедицию и опубликовал не одну книгу, приводит примеры самых древних черноморских катастроф. Так, в Керченском проливе, близ Тузлы, на площади около трех гектаров аквалангистам удалось поднять около 70 древних якорей. Из них два каменных, и датируются они второй половиной II тысячелетия до нашей эры. Еще более удивительную находку обнаружили болгарские ученые в 1975 году у мыса Калиакры: каменный якорь критского корабля, затонувшего около 3,5 тыс. лет назад, то есть за несколько веков до путешествия аргонавтов.

Есть немало свидетельств оживленного античного судоходства у берегов Крыма. Естественно, что войны за господство на море и на побережье сопровождались гибелью многих кораблей. А сколько было катастроф из-за природных катаклизмов!

— Что же касается морских войн Киевской Руси во княжение Владимира, то данные о морских потерях того времени скупы, — рассказывает Е.Ф.Шнюков. — Широко известен факт взятия Херсонеса князем Владимиром (989 г.), но мало свидетельств о том, что войско Владимира было доставлено в Херсонес морем, на судах, которые стали на якорь скорее всего в Стрелецкой бухте. По некоторым источникам, общее число судов у князя Владимира достигало 350-ти!

Однако не будем вдаваться в столь древнюю историю. Приведу лишь данные Л.И.Митина и Е.Ф.Шнюкова: в соответствии с анализом кораблекрушений XIX века в среднем ежегодно погибало около 25 кораблей. Естественно, далеко не все затонувшие корабли сохранились и далеко не все доступны для обследования.

Вспомним самое таинственное крушение времен Крымской войны 1853-1856 гг., когда во время страшного шторма у берегов Балаклавской бухты разбилось о скалы и затонуло более 60 судов. Впоследствии многих искателей приключений будоражила судьба судна "Принц", которое якобы везло жалованье английским офицерам. Кто только потом не испытывал здесь судьбу! Ныряли норвежские, итальянские, американские водолазы. Для поисков золота был даже специально создан ЭПРОН. Однако лишь японским ныряльщикам удалось найти золотые монеты с профилем королевы Виктории — всего семь монет. И больше ничего!

Впоследствии эпроновцы пытались поднять транспорт "Цесаревич Алексей", который был потоплен в начале XX века около Тарханкута. Как считал Л.И. Митин, это была замечательная идея: создать на нем музей русского кораблестроения. Еще бы для создания экспозиции добавить флагманский корабль турецкой эскадры "Капудание", разбитой Ф.Ушаковым у острова Тендра. А также воссоздать русскую лодку "М-13", потопленную англичанами в 1919 г. при уходе из Севастополя. А еще бы восстановить и парусники… Вот был бы музей! Но эти замыслы все еще не находят своего воплощения.

А пока на высоком уровне не принимаются решения, самодеятельные охотники за историческими и мемориальными ценностями, а подчас и просто за металлом уничтожают легендарные корабли. С того же "Цесаревича Алексея" "черные археологи" подняли массу ценных предметов, которые можно сбыть как антиквариат. Не так давно некая фирма из Николаева разрезала и вывезла лежащий на 10-метровой глубине у Тендровской косы эсминец "Фрунзе". Этот огромный, 98-метровый корабль, сделанный из высококачественной стали, затонул в августе 1941 года. На нем было много медных, латунных, бронзовых деталей. Погромщиков не остановило даже то, что эсминец стал братской могилой экипажа.

Причем это было сделано как раз в то время, когда сотрудники Института археологии НАН Украины вели исследования для постановки на учет погибших в этом регионе кораблей. К сожалению, 478 затонувших судов, которые занесены в список, составленный в институте, не имеют официального статуса объектов подводного наследия Украины. А значит, не защищены законом.

Перечень этот гораздо шире. В него входят обнаруженные во время экспедиций Л.И.Митиным неизвестные прежде места гибели лидеров "Харьков", эсминцев "Беспощадный" и "Способный", потопленных немецкими самолетами возле Феодосии в октябре 1943 года. Трагичной была гибель под Ялтой 7 ноября 1941 г. санитарного транспорта "Армения". Горькая правда о числе погибших долгое время скрывалась в секретных архивах вплоть до 1991 г. — погибло около 5 тысяч человек. И об этом молчали! А вот для сравнения: на "Титанике" в 1912 г. погибло 1503 человека. На "Лузитании" в 1915 г. — 1198 человек.

В период обороны Севастополя 1941-1942 гг. практически в самой бухте или вблизи базы погибли крейсер "Червона Украина", эсминцы "Свободный", "Дзержинский", "Быстрый", "Безупречный", "Совершенный", танкеры "Апшерон", "Михаил Громов", пароходы "Ленин", "Ленинград", "Ураллес", "Георгий Димитров", транспорты "Чапаев", "Коммунист", санитарные корабли "Абхазия", "Грузия", "Сванетия", "Белосток", теплоход "Работник"…

На карте, составленной Л.И. Митиным, а также в его монографии "Братские могилы в глубинах Черного моря" отмечены и места вечного покоя вошедших в историю пароходов "Петр Великий", "Пугачев", теплохода "Рот-Фронт". Здесь же координаты гибели английских, немецких судов, например итальянского танкера "Суперга", немецкого транспорта "Зальцбург" и сотен других.

Эти трагические захоронения постоянно притягивают к себе всевозможных любителей истории. Случается, что ценности, обнаруженные поисковиками, попадают по назначению. Редко, но бывает. Так, лет десять назад группа крымских водолазов подняла с затонувшего в водах Керченского пролива греческого теплохода "Дожа" сейф капитана. В нем было 7 тысяч долларов. Вернули, как и положено. Чаще картина иная, о чем уже было сказано. Обычно, когда потеплеет, поиски подводных сокровищ активизируются, аквалангисты и водолазы обшаривают черноморское дно в поисках сокровищ со старых кораблей — античных амфор, золота и серебра. Поднимать же затонувшие суда не позволяют затраты. Так, подъем судов с глубины свыше 40 метров просто нерентабелен. Другая проблема — консервация поднятого корабля, которую необходимо провести сразу же после подъема, в противном случае на воздухе он просто рассыплется. А стоит консервация десятки тысяч долларов.

Вот и лежат погибшие корабли на дне моря. И притягивают к себе любителей наживы.

Мало кого останавливает тот факт, что подводные захоронения чреваты многими опасностями: металл ржавеет, топливо вытекает. В корпусе могут быть и химические вещества, которые попадают в воду. Всего же на дне Черного моря несколько сот тысяч тонн железа, десятки тысяч тонн боеприпасов. Что уже говорить о минных полях! Известно, что многие мины еще "живые". Всего же, по данным Л.И. Митина, за две последние войны было поставлено 37407 мин, из них еще сейчас находится на грунте половина — 19313. Некоторая часть сорвана с якорей и плавает по морю. Естественно, это представляет опасность. К сожалению, нет точных данных по свалке химических боеприпасов и отравляющих веществ и неожиданно они обнаруживаются то в одном, то в другом месте.

Лев Иванович Митин, чье имя по решению правительства Украины носит Севастопольское государственное гидрографическое предприятие, всеми силами старался привлечь к этой проблеме внимание специалистов. Его размышления вошли в карту морских захоронений в Черном и Азовском морях, получили свое развитие в книгах "Катастрофы на Черном море", "Это опасное Черное море" (в соавторстве с его ближайшим другом и соратником Е.Ф.Шнюковым). В настоящее время атлас находится в работе в Главном управлении навигации и океанографии МО РФ. Остается надеяться, что когда он выйдет из печати, проблема погибших судов хоть как-то будет сдвинута с места.

Другие статьи этого номера