Виктор ПОЛОГОВ: «Чтобы не было кризиса кадров, необходимо коренное реформирование здравоохранения»

7 апреля отмечается Всемирный день здоровья. В этом году Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) предложила к обсуждению тему кризиса кадров в здравоохранении. Насколько эта проблема актуальна для Севастополя, как ее можно решить? Об этом наш разговор с начальником городского управления охраны здоровья В.И. Пологовым.- Предложенная к обсуждению ВОЗ тема кризиса кадров в здравоохранении касается многих стран, — говорит Виктор Игоревич. — Данная проблема обусловлена прежде всего низкой заработной платой и тяжелыми условиями труда медицинских таботников. Отсюда — нехватка врачей, медсестер прежде всего в развивающихся странах, в странах Африки. А наши медики сегодня уезжают в ту же Африку, чтобы там зарабатывать деньги, настолько низок уровень оплаты труда в Украине. В бюджетной иерархии наша отрасль занимает одно из последних мест. К 1 января 2006 года уровень средней заработной платы медработников еле-еле сравнялся с прожиточным минимумом. Разве может такая работа быть престижной? Сегодня молодые специалисты не едут в Севастополь, потому что на оклад в 504 гривны врачу бы только прожить. А ему ведь и квартиру снимать надо, так как у нас нет возможности предоставить жилье молодому специалисту. В итоге первичная медико-санитарная сеть — участковые терапевты, участковые педиатры — укомплектована лишь на 80%. То есть каждый пятый участок у нас свободен, там нет врача, который может и должен оказывать людям медицинскую помощь. Сейчас мы вынуждены организовывать перекрестные приемы, когда в поликлинике принимает один врач, а по вызовам ходит другой. Половина участковых врачей — это лица пенсионного возраста. И продолжают они работать не только потому, что медицина им нравится, но и потому, что на одну пенсию не прожить.

На сегодняшний день законодательство Украины в плане выплаты заработной платы медикам не выполняется. Согласно статье 77 закона Украины "О здравоохранении", уровень заработной платы в медицинской отрасли должен быть на уровне среднего по отраслям промышленности. А реально он у нас в 2,5 раза меньше. И никто, к сожалению, не обращает внимания на это несоответствие.

— И что же делать?

— Есть несколько вариантов выхода из кризиса. Первый — это внедрение закона об обязательном медицинском страховании, который уже сам по себе является механизмом приведения в соответствие имеющихся средств и имеющихся сил. Другой вариант — введение контрактной формы труда в отрасли здравоохранения, чтобы повысить экономическую мотивацию качественного труда. Это необходимо, чтобы медик получал деньги не за то, что он отсидел рабочее время или принял и померил давление у определенного количества пациентов, а за качество и эффективность такого труда. Заинтересовано лечебное учреждение в таком специалисте, значит, оно будет ему выплачивать деньги на основании контракта. А если специалист не устраивает, значит, контракт с ним никто не подпишет.

Мы — бюджетная организация, и в 2006 году будем профинансированы всего лишь на 55% от потребностей. Если отнять от этой суммы фонд заработной платы и коммунальные расходы, то на все остальное останется всего лишь 20% средств. В итоге приходит в негодность медтехника, а новая не закупается, даже халаты медики вынуждены стирать дома. Ни достойной зарплаты, ни квартиры, ни надлежащих условий труда… Может такая профессия быть привлекательной? Вряд ли. Сегодня здравоохранение нуждается в коренном реформировании. И принимать такое решение должно само население через своих депутатов. Семь проектов законов об обязательном медицинском страховании в Верховной Раде уже побывало. Однако изменений пока никаких. То ли некогда, то ли некому этими вопросами заниматься — трудно сказать.

— Медработников каких специальностей не хватает в Севастополе?

— В первую очередь мы испытываем дефицит врачей общей практики — участковых терапевтов, участковых педиатров. На сегодняшний день у нас начинает формироваться дефицит хирургических специальностей: уже не хватает травматологов, хирургов, офтальмологов. Молодые специалисты приходят, отрабатывают положенные три года, получают необходимые практические навыки и уходят в коммерцию на низкоквалифицированный, но высокооплачиваемый труд. Во всем мире очки подбирает средний медработник либо обученный специалист техперсонала. У нас это делают офтальмологи. Уходят молодые специалисты также плавать судовыми врачами или в качестве обыкновенных стюартов, но со знанием основ медицины. Сегодня лечебные учреждения испытывают огромную потребность в медицинских сестрах, которые после выпуска до нас просто не доходят. И их можно понять, потому что трудиться за 350 грн и при этом нести тяжеленную ответственность за больных вряд ли кому в радость. И у меня нет аргументов, чтобы людей переубедить.

Сегодня медики, чтобы прожить, вынуждены работать фактически на двух работах. Все эти полторы ставки, совмещения, замещения есть не что иное, как попытка заработать на жизнь. Почему медики работают на полторы ставки? Потому что на ставку есть не на что, а на две ставки есть некогда. И этот своеобразный черный юмор отражает нашу действительность. Врач, медсестра, которые из года в год работают сутки через двое, постоянно испытывают нервное напряжение. Поэтому возможны в работе и сбои, и ошибки, чего быть не должно. Выход один — обеспечить людям нормальную зарплату, чтобы не было необходимости брать дополнительные смены, появилась возможность выписывать специальную литературу, повышать свою квалификацию. И сегодняшнее интервью — это попытка обозначить данную проблему. Молодых специалистов можно заинтересовать либо высокой заработной платой, либо какими-то иными путями, например предоставлением квартиры либо ведомственного жилья. Ни того, ни другого у нас, к сожалению, нет. Или же необходимо, как я уже говорил, перейти к контрактной форме оплаты труда медицинских работников, для чего требуется внести изменения в экономические взаимоотношения медицинского работника с лечебным учреждением. Для этого необходимо дать максимальную самостоятельность коммунальным заведениям здравоохранения, перевести их в статус неприбыльных коммунальных предприятий, и тогда они станут единственными распорядителями кредита и смогут использовать как бюджетные, так и небюджетные средства совершенно законным путем и у них появится возможность вводить контрактную форму оплаты труда.

— Виктор Игоревич, в условиях недофинансирования медицинской отрасли, кроме низкой заработной платы медработников, есть и другие проблемы. Люди жалуются, что даже в экстренных случаях, когда человека в больницу привозит «скорая», например с аппендицитом, при отсутствии денег врачи не берутся делать операцию. Насколько обоснованны эти жалобы?

— Это то, о чем мы говорим уже лет пять. Да, врач обязан сделать операцию. Но если у хирурга хватает средств только для того, чтобы усыпить пациента и разрезать, а ниток для проведения операции у него уже нет и лекарств, чтобы разбудить больного, уже не осталось, то он не может проводить операцию. Да, сегодня при недостатке финансирования основные средства у нас аккумулируются на неотложную помощь. Если несчастье с пациентом случилось ночью, когда он даже при наличии денег просто не сможет нигде купить медикаменты, без неотложной помощи он не останется. Но после этого бюджетных денег, выделенных на его дальнейшее лечение в стационаре, все равно не будет. Это проблема, и выход здесь один — необходимо адекватно финансировать отрасль здравоохранения. Врач не виноват в том, что у пациента нет денег и что на лечение этого пациента государством также не выделяются средства. Ведь когда мы подаем бюджетную заявку, то всегда пишем, сколько нам нужно лекарств, ниток, иголок, чтобы производить среднестатистический объем работы. А нам потом говорят: "Извините, денег нет, на все не хватит!"

Есть постановление Кабинета министров, согласно которому около 20 категорий населения имеют право на льготное лекарственное обеспечение. Определено тридцать семь групп заболеваний, при которых лекарственное обеспечение должно проводиться на льготных условиях, то есть за счет бюджета. Льготами пользуются дети до года, дети-инвалиды до 16 лет, ветераны войны, люди, получающие минимальную пенсию по возрасту или по инвалидности… Когда мы всех посчитали, оказалось, что льготников у нас порядка 160 тысяч. То есть практически половина населения имеет право на безоплатные или льготные с оплатой 50% стоимости медикаменты. Спасает то, что не все болеют одновременно и что один человек нередко является льготником по двум категориям, с учетом чего имеют право на льготы около ста тысяч севастопольцев. Если посчитать те деньги, которые нам выделены из бюджета на льготную лекарственную программу, получается чуть больше одной гривны в месяц на одного человека. А теперь попробуйте лечить больного на одну гривну в месяц. Перед нами ставят такие задачи, а потом с любопытством наблюдают, каким образом мы будем выкручиваться из этой ситуации, каким образом будем гарантировать выполнение статьи об оказании населению бесплатной медицинской помощи, хотя нигде не сказано, что медики выступают гарантом этого права. Это обязанность государства, для чего необходимо достаточное финансирование медицинской отрасли. Но об этом почему-то никто не вспоминает. Исполнения законодательства требуют только от медицинских работников. И это в большой степени сказывается на престижности нашей профессии. Потому что работать постоянно под таким гнетом, между молотом и наковальней, между требованиями законодательных органов и возможностями бюджета, между проблемами пациента и необходимостью его лечения очень сложно. Ведь пациенты высказывают свое неудовольствие по поводу невозможности получить адекватное лечение опять же медицинскому работнику. Мало того, что медик вынужден сегодня работать за нищенскую зарплату, он еще и обязан все это выслушивать. А равнодушным он оставаться не может. Поэтому эмоциональная нагрузка очень велика. Люди уходят, не хотят так работать. Этого быть не должно.

— Спасибо за беседу.

Другие статьи этого номера