«Жил-был доктор, и он был добрый…»

Так начинается сказка про Айболита. В жизни, конечно, бывает по-разному. Слишком непростой становится наша жизнь.

ШТРАФБАТ? ЭТО ПО-НАШЕМУ!

В кабинете Валерия Григорьевича Овсюка, заместителя главного врача первой городской больницы по лечебной части, стоит обычный канцелярский стол, городской телефон в стиле "а-ля 80-е", полированный шкаф. На шкафу — портрет Ленина. Ничего такого, чтобы говорило о том, что здесь работает хирург — один из лучших в городе. Невольно вспоминается: в США (есть такая страна, на которую мы иногда ориентируемся) профессия хирурга — одна из самых высокооплачиваемых: около 300 тысяч американских долларов в год. Но, кстати, и не самая популярная: всего лишь 30-е место в рейтинге профессий. И можно понять этих американцев. Я бы никогда, ни за какие деньги не стала бы хирургом. Как говорится, не из того теста.

У нас, например, есть такая статистика. У отечественных хирургов самая короткая продолжительность жизни — в среднем 54 года. И это при том, что профессиональный "расцвет" приходится на 40-45-летний возраст.

— Я иногда говорю, что к терапевту желательно попасть пожилому, а к хирургу молодому, — шутит Валерий Григорьевич, — когда уже и опыт есть, и не пропало желание рисковать. Конечно, все эти высказывания условны, так как в списке любого врача есть перечень и побед, и неудач.

Валерий Григорьевич окончил Крымский медицинский институт в начале 60-х. Немного поплавал судовым врачом на кораблях, работал в поликлинике в Камышовой. Но вот уже более тридцати лет он трудится в первой городской больнице, по его личному убеждению, на самом передовом рубеже городского здравоохранения. И то ли в шутку, то ли всерьез он называет отделения неотложной хирургической помощи своей больницы "штрафбатом", имея в виду, что здесь у врачей самый тяжелый труд. Судите сами. За сутки в больницу поступают со всех районов города около 150 человек. Примерно 75 процентов из них — по "скорой помощи". Не случайно в хирургии в основном трудятся мужчины, им такая работа больше по плечу.

"ЕСЛИ ТЫ НЕ БУДЕШЬ БРАТЬ ДЕНЬГИ С ЛЮДЕЙ, — ГОВОРИЛА ВАРВАРА, ЗЛАЯ СЕСТРА АЙБОЛИТА, — МЫ УМРЕМ С ГОЛОДУ". — "НЕТ, — ОТВЕЧАЛ ДОБРЫЙ ДОКТОР, — МЕНЯ ПРОКОРМЯТ ЗВЕРИ"

Сегодня в отделениях хирургии трудятся молодые специалисты. Их средняя заработная плата 700 гривен.

— Вы думаете, почему в медицинских вузах Украины мужчины составляют всего 15-17 процентов? Да потому, что уважающий себя будущий глава семьи на такую зарплату не согласится, — переживает опытный хирург. Он убежден, что сегодня в больницах работают те, кто истинно любит медицину. Но ведь нельзя же спекулировать на таких чувствах! В качестве пояснения приводит такой пример:

— Не так давно я разговаривал с одним нашим сотрудником. Он хирург, ему тридцать шесть лет. Талантливый. Есть семья, нет квартиры. И что самое страшное — перспективы на жилье нет. Город, если вам известно, ничего не выделяет. Заработать, сами понимаете, при такой зарплате нереально. Вот и собрался он на заработки в Америку на рыбообрабатывающий завод.

Я, конечно, с таким решением не могу согласиться. Ведь для хирурга это крах. А сколько таких случаев уже было? Например, в поисках заработка сегодня многие наши специалисты мечтают уйти в море. На некоторых судах даже должность такую ввели: "буфетчик-врач". Дескать, и кушать подаст, и аппендицит в случае чего вырежет.

"НЕ ПЕЧАЛЬСЯ, МОТЫЛЕК, ТЫ ЛОЖИСЬ-КА НА БОЧОК. Я ПРИШЬЮ ТЕБЕ ДРУГОЕ, ШЕЛКОВОЕ, ГОЛУБОЕ КРЫЛЫШКО"

А между тем севастопольским врачам есть чем гордиться.

— Нам бы деньжат побольше, а интеллекта хватает, — так и говорит Валерий Григорьевич.

Оказывается, здесь у нас, в Севастополе, была впервые в Украине разработана технология перфузии крови через селезенку при септических заболеваниях. (Для этих целей в дальнейшем использовалась плацента рожениц с большим лечебным эффектом).

В свое время планировалось открыть центр по лечению хронического сепсиса для всего юга Украины, столь высококвалифицированные специалисты работали у нас в городе в этой области медицины.

Десять лет назад В.Г.Овсюк при сотрудничестве с Московским институтом трансплантологии и искусственных органов проводил операции по пересадке бета-клеток на поджелудочной железе. 68 человек, больных диабетом, смогли избавиться от тяжелых осложнений, вызванных болезнью. Донорские клетки и тогда стоили очень дорого, но первой севастопольской больнице при поддержке других городских структур удалось договориться с москвичами: путевка в Ласпи стоила примерно две спасительные дозы. По такому же принципу в те годы приобретались донорские клетки предстательной железы. Их пересадка проводилась здесь, в городе. Если бы эта практика продолжалась до сих пор, десятки, а то и сотни севастопольцев избежали бы инвалидности. А некоторые были бы живы…

Увы. Не по воле наших врачей расстроились связи с Россией. Подскочили цены не только на мясо и хлеб. Население обеднело. Что толку, что у В.Г.Овсюка есть патент на проведение уникальных операций, если у государства закон о трансплантации еще несовершенен. В Киеве в Министерстве здравоохранения как-то посоветовали создать экспериментальную базу: дескать, поработайте в этом направлении какое-то время, а мы сравним… Так и заглохло.

ГДЕ ВЗЯТЬ ТЯНИТОЛКАЯ?

Тянитолкай в сказке Корнея Чуковского — это лошадь, у которой было две головы — спереди и сзади. Позволю себе пошутить: у нас тоже есть свои тянитолкаи. И тянут они отечественную медицину, и толкают, потому что сама по себе эта отрасль, кажется, уже еле жива. Например, заведующие тем или иным отделением — это не просто хорошие врачи, а еще и неплохие завхозы. Как сделать ремонт, починить сантехнику, где достать новый инструментарий? Все это текущие вопросы рабочего дня. При этом желательно еще уметь хорошо отбиваться от руководства, пациентов, всевозможных проверок.

Это, как говорится, было бы смешно, если б не было так грустно. Ну не смешно мне, когда узнаю, что у нас в городе (в той же первой городской больнице) только одна барокамера, причем ее эксплутационный срок уже продлевался не раз. А это единственный способ сохранить человеку жизнь при отравлении угарным газом.

У нас до сих пор нет должного хирургического комплекса. Многоэтажное здание, что на площади Восставших, было построено в 1976 году как терапевтическое, что совсем не одно и то же. И только крайняя нужда заставила разместить в нем хирургию. Неудивительно, что это здание не выдержало такой нагрузки, "расползается по швам".

— Если удастся построить новое здание, хирургическая ситуация в городе улучшится на 40 процентов, — убежден В.Г.Овсюк. Кстати, уже обещали помочь Л.Кучма, В.Янукович, Л.Супрун…

Список того, что надо, и того, чего нет, может быть очень длинным. Причем свой у каждого лечебного учреждения. Но ведь не для себя же просят! Тянуть и толкать наше здравоохранение надо вместе, и желательно в одном направлении. Ведь на самом деле и у врачей, и у пациентов одна цель — крепкое здоровье. Хочется, чтобы это было нужно не только нам, но и стране, в которой мы родились.

Другие статьи этого номера