Другая жизнь медресе: каникулы не заканчиваются, потому что не начинались

Первое сентября и начало учебного года для 14-летнего Хабибуллы Шаматова не наступит — он не ходит в школу уже четвертый год да и каникул для него не существует. Однако его узбеки-родители уверены, что мальчик получает достойное образование: он занимается в медресе при севастопольской мечети. Это мусульманское учебное заведение, которое готовит имамов (священнослужителей) или преподавателей ислама для крымских поселков, существует уже два с половиной года.

Правила здесь строгие: подростки живут в режиме интерната без контактов с внешним миром. О многом говорит тот факт, что с момента основания в медресе набрали 15 юношей, половину со временем отчислили за нарушение правил или недостаточную набожность.

Полный курс обучения длится четыре года, причем каждые полгода начинается новый уровень. Здесь делают акцент на исламских дисциплинах, и лишь немногие из общеобразовательных предметов входят в программу. Главный учебник в медресе — Коран.

Студенты — в основном турки-месхетинцы и крымские татары — учатся премудростям ислама бесплатно. По окончании обучения заботы об их трудоустройстве или продолжении учебы за границей возьмет на себя община. Студенты гордятся уготованным им будущим и считают, что им определена высокая миссия. "Я хочу вернуться домой грамотным и начитанным, чтобы противопоставить знания тому влиянию, которые оказывают на моих ровесников экстремистские религиозные направления, — полагает один из студентов. — Ведь многие не знают Коран или неверно его толкуют, а в арабском языке даже неправильно поставленная точка или запятая может полностью исказить смысл цитаты".

ОТ РАССВЕТА ДО ЗАКАТА

Встают в медресе в пять утра, совершают утренний намаз, затем ложатся снова и только после завтрака приступают к учебе, которая вновь прерывается молитвой: для правоверных пятиразовый намаз — обычное дело. Студенты изучают арабский и английский языки, арабскую, турецкую, крымскотатарскую литературу, историю народов Востока, арабскую письменность, а более всего — Коран. Обучение длится до вечера, когда приходит время повторять пройденное за день.

Русский или украинский здесь не преподают, и если по-русски свободно разговаривают и пишут все студенты, разве что кроме самого младшего Шаматова, то украинского языка они не знают вообще.

Шаматов в медресе самый младший: средний возраст студентов — 17 лет. Они живут здесь в закрытом режиме, по вечерам в город не выходят и домой уезжают только на большие мусульманские праздники, а тех, кто живет неподалеку, в селах Бахчисарайского района, отпускают раз в месяц.

Контакты вне медресе запрещены, и с девушками студенты не встречаются. Однажды это правило было нарушено: один из ребят убегал по ночам к любимой, которая жила неподалеку. Преподаватели учебного заведения, в основном граждане Турции, посчитали такое поведение недопустимым и отчислили пылкого влюбленного.

"Я категорически запрещаю студентам самостоятельные прогулки, потому что по вечерам возможны любые инциденты, — утверждает Энвер Ресульев, глава мусульманской общины Севастополя. — Подвыпившая городская молодежь ищет приключений, и парни с ярко выраженными признаками восточного происхождения могут в любой момент вызвать неоправданную агрессию".

Он рассказывает, что с его студентами подобных инцидентов не было, но турецких строителей, которые работали на реконструкции мечети, однажды избили местные жители, причем только за то, что они не смогли ответить по-русски. "Вместо работы им пришлось лежать в больнице довольно долгое время", — вспоминает Ресульев.

Кроме того, утро в севастопольской мечети нередко начинается с вызова стекольщика: ночью неизвестные бьют окна, и прихожанам остается только догадываться, чьих рук это дело. Они предполагают, что, возможно, это дело рук жителей соседних домов, которых раздражает зовущий к намазу голос муэдзина. На праздник курбан-байрам правоверные охотно угощают освященной говядиной всех местных жителей без исключения.

Еще одна проблема медресе — государственные чиновники считают, что образование здесь далеко от государственных стандартов. "У нас одно жесткое требование, которое поддерживает закон: школьники должны посещать общеобразовательную школу независимо от того, получают они духовное образование или нет, — утверждает Галина Кунцевская, заместитель начальника управления образования и науки в Севастополе. — Режим воскресной школы, принятый в православии, — это самый приемлемый вариант".

Однако поскольку часть студентов медресе уже получила среднее образование, а в самом курсе обучения некоторые общеобразовательные дисциплины все же есть, мусульманской общине удается обходить острые углы. Тем более что сами студенты и их родители образованием довольны.

Обстановка здесь спартанская: тем, кто собирается стать проповедником, много не надо. Раньше студенты спали на кроватях из матросских кубриков рыболовецкого траулера — до тех пор, пока мебель для медресе не закупил турецкий бизнесмен. "Мы не держали наличными в руках ни одного доллара, — утверждает Ресульев. — Медресе живет за счет помощи коммерсантов из числа крымских и турецких мусульман, которые регулярно привозят продукты и одежду для студентов, большинство из которых из небогатых крестьянских семей. В среднем содержание одного студента обходится общине в $ 1000 в год".

КАРЬЕРНЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ

Приблизительно так же в Крыму обучаются 240 студентов. По данным Крымского муфтията, всего в Крыму действует шесть медресе и одно высшее духовное медресе в Симферополе. В ближайшее время откроется еще одно мусульманское учебное заведение в поселке Хошкельды под Симферополем, где почти все жители — крымские татары, исповедующие ислам.

Обучение в духовной школе дает право отсрочки службы в армии: глава общины выдает каждому студенту справку для военкомата. Также община определяет, где по окончании медресе будет работать выпускник или отправляет его учиться дальше, в Турцию или Арабские Эмираты. В общине сожалеют, если после зарубежного обучения кто-то из студентов не возвращается на родину, но понимают, что этого не избежать: перспектива работы преподавателем ислама в татарском поселке в Крыму почетна и уважаема, но карьерой ее не назовешь.

Кроме медресе для юношей, мусульманская община организовывает подобные учебные заведения и для девушек. В поселке Азовское расположено женское медресе для девушек, там учатся 40 человек, и в планах мусульманской общины — открытие своего духовного университета в Симферополе и строительство медресе для девушек, студенток медицинского университета. Они смогут совмещать учебу в вузе с духовным образованием и жить не в общежитии, а в медресе.

О духовной школе для юных мусульманок в Севастополе мечтает и Ресульев: он рассчитывает на здание местного кожно-венерологического диспансера, которое до войны принадлежало мечети. Ресульев считает вполне вероятным, что город вернет его общине. Пока же ислам и арабский язык молодые севастопольские мусульманки учат дома у жены одного из турецких преподавателей медресе для юношей. По словам Ресульева, желающих немало — с утра девочки учатся в школе и вузах, а вечерами приходят в дом турецкой ханум.

Но в отличие от юношей девушкам имамами не стать — в исламе это невозможно. Зато уже первокурсники севастопольского медресе имеют право читать намаз и немало гордятся этим. "Это огромная ответственность, когда около ста человек от 15 до 90 лет стоят и слушают каждое твое слово, — говорит первокурсник Мусфер Сеттеров. — Для нас это не просто практика, это приобщение к тому, что было забыто много десятков лет назад, — истинной духовной культуре своего народа".

Другие статьи этого номера