Просто я умела ждать…

И тогда была осень, и синее небо, и желтые листья на голой земле. Они шли рука об руку, обсуждали планы, немножко спорили и тут же мирились, как это бывает всегда и у всех влюбленных. Прошел год как закончилась война.Геннадий Иванович Юферов в те годы по праву считал себя самым счастливым человеком на земле. Он вернулся живым с войны и теперь был влюблен в самую прекрасную на земле девушку. В ней все ему казалось необыкновенным: и внешность, и характер, и даже имя — Виталина. В первые дни знакомства Виталина предупредила его: она дочь "врага народа", а в те годы это было клеймо, накладывающее определенную печать не только на нее, но и на всех, кто с ней общался. Уже несколько раз друзья-офицеры отводили Геннадия в сторонку и, понижая до шепота голос, предупреждали: мол, парень, ты что? Может, не понимаешь, чем это "пахнет"? Разве не знаешь, такие знакомства не самое лучшее для перспективного офицера. Да только он, командир взвода автоматчиков, закончивший войну на окраинах Берлина, не привык быть трусом ни перед людьми, ни перед собой. Он поверил девушке, что ее семья была в свое время незаслуженно оклеветана. Ему, наоборот, хотелось, заступиться, защитить ее. И, кстати, он не ошибся. Спустя годы, уже в начале 50-х, отец Виталины был реабилитирован. Посмертно.

Итак, они были знакомы пятнадцать дней, а потом была свадьба. И напрасно мама Виталины лила слезы, прятала паспорт да убеждала дочь поостыть, подождать. Вита считала, что знает Гену уже целую вечность. И недоумевала, как это мама не может понять ее.

Зато первое, что поняла сама Виталина, став женой офицера, — отныне и она в некотором смысле на воинской службе. Теперь так же, как и муж, она должна уметь посреди ночи подняться по тревоге, помочь быстро собрать вещи. Так же, как и он, она должна быть готовой в короткий срок собраться в дальний путь на противоположный конец земли. И самое главное, так же, как и он, она не должна задавать лишних вопросов. Никаких "почему?", "до каких пор?" и уж тем более "за что?" Всего за период службы Геннадия Ивановича им пришлось переезжать 13 раз.

Например, во время службы на Тихоокеанском флоте на острове Русском в гарнизоне на мысе Жидкова их, жен офицеров, было всего пять. Просто другие женщины не рискнули приехать в этот забытый Богом и людьми медвежий уголок. Ее же не пугало отсутствие благ цивилизации даже во время беременности. Когда подошло время рожать, она села к мужу на мотоцикл, и они, как ветер, неслись до ближайшего медпункта все 27 километров…

А потом был Северный подводный атомный флот. Среди лысых сопок возле холодного Баренцева моря, обдуваемый всеми ветрами, расположился городок подводников. Тогда еще в нем не было улиц. Городком гордо назывались несколько домов. Здесь Виталина Васильевна научилась чувствовать дату выхода мужа в море интуитивно. Точной даты расставания не знал никто.

В один из таких походов заместитель командира подводной атомной лодки Геннадий Иванович Юферов был награжден орденом Красного Знамени, а командир Ю.А. Сысосев стал Героем Советского Союза. Это потом их опыт ляжет в обучающую программу курсантов высших военно-морских училищ, тогда же они были первопроходцами. Атомоходу предстояла задача совершить всплытие среди ледяных толщ Арктики.

"Первыми начали ходить подо льдами американцы, — вспоминает сегодня свою боевую молодость Г.И. Юферов. — Но всплытие им не удавалось. Сложность была в том, что лед на самом деле постоянно находится в движении. Находясь на глубине, "вслепую", при помощи только навигационной системы нужно было со скрупулезной точностью рассчитать место полыньи, как район предполагаемого всплытия. Такое подходящее место мы нашли в районе земли Франца Иосифа. Удифферентовали лодку и начали всплытие. Полметра льда в полынье продавили рубкой, затем подперли корпусом и вышли на лед".

Вот удивились белые медведи, когда среди вечной мерзлоты, где духом человеческим даже и не пахло, вдруг выросла черная металлическая гора, из которой появились странные двуногие пришельцы. При этом неизвестные существа чему-то радовались и смеялись. Откуда было знать косолапым, что таким образом люди скидывали со своих плеч многочасовое сильнейшее напряжение, ведь теперь они знали точно, что вернутся домой, а ведь могло быть и по-другому…Это был предварительный поход. А в сентябре 1961 года АПЛ-181 впервые в истории всплыла на Северном полюсе.

Конечно, до поры до времени Виталина Васильевна не могла знать о подвигах мужа. В это время она, склонившись над кроваткой крошечного сына, растирая замерзшие ручки (с отоплением было плохо), совершала свой подвиг. Может, не столь героический, с точки зрения Генштаба, да и не в тех масштабах, но все же не менее значимый. Ее муж был нужен флоту, а она — мужу.

Это сегодня, уютно устроившись в кресле, в домашней обстановке она может с интересом послушать рассказы супруга о том, как советские атомные подводные лодки бороздили моря и океаны, обеспечивая безопасность страны. Но даже ей в те времена и в голову не приходило, через какие испытания проходил ее муж, отправляясь в очередную "автономку".

"Однажды на боевой службе мы получили информацию о том, что из Средиземного моря выходит американское авианосное ударное соединение, — вспоминал еще один интересный случай из своей службы Геннадий Иванович. — Авианосец "Саратога" охраняли пять фрегатов и штабной крейсер. Мы рассчитали курс и вышли на него. Командир так вывел подлодку, что мы пристроились авианосцу в хвост и под его же шум шли до самых берегов Америки, оставаясь необнаруженными. При этом команде пришлось прямо по ходу решать самые неожиданные, сложные задачи. Например, когда соединение разделилось на две части, мы ошибочно пошли за большей, "потеряв" сам авианосец. Искали и догоняли его вновь. Для этого было необходимо увеличить скорость корабля. Но как? Пошли на риск. Завалили носовые рули, отключили одну испарительную и холодильную машины. От последовавшего резкого повышения температуры матросы даже падали в обморок. Но задачу полностью выполнили".

Остается добавить, что после службы на Северном флоте Геннадий Иванович был направлен в Севастополь в Высшее военно-морское инженерное училище, где был преподавателем и начальником кафедры. Защитил кандидатскую диссертацию, получил ученую степень доцента. И не его вина, что сейчас уже нет в нашем городе этого училища, как нет в украинских Военно-Морских Силах ни одной подлодки. Зато его сын, Владимир, рожденный когда-то на острове Русском, пошел по стопам отца. Более двадцати лет он проплавал на атомных подводных лодках, став командиром, и тоже дважды побывал на Северном полюсе.

Что было, то было. Юферовы свой долг выполнили. И перед Родиной, как были воспитаны, и перед детьми. 10 сентября они отметили очередную, 60-ю годовщину свадьбы.

— В чем секрет, на ваш взгляд, столь долгого и крепкого брака? — спросила я, оставшись наедине с Виталиной Васильевной.

Красивая даже в преклонном возрасте женщина смущенно пожала плечами:

— Просто я умела ждать.

Другие статьи этого номера