Структуры «профессиональных соотечественников» выявили свою неэффективность

Владимир КАЗАРИН об итогах Всемирного конгресса соотечественников.
На прошлой неделе в Санкт-Петербурге прошел второй Всемирный конгресс российских соотечественников, проживающих за рубежом. Своими впечатлениями о прошедшем форуме делится его делегат — депутат Верховного Совета Крыма, первый заместитель председателя Севастопольской городской государственной администрации, известный филолог-русист В.П. Казарин.- Владимир Павлович, как вы оцениваете итоги второго Всемирного конгресса соотечественников?

— Я думаю, что у него есть очень важное и отрадное отличие от форума, который состоялся пять лет назад. К сожалению, тот конгресс провозгласил ряд очень важных и серьезных целей и задач, но реально на практике не очень продвинулся в деле их реализации. На втором конгрессе разговор носил более практический, более конкретный характер. Я рад тому, что составы делегаций, в частности украинской, в которую вошло 60 человек, включают в себя не только так называемых профессиональных соотечественников, т.е. людей, которые состоят в различных общественных организациях и ничем другим не занимаются, кроме как защитой кого-то. На этот раз делегация состояла из реальных людей, работающих в сферах театра, книгоиздания, литературы, школьного и вузовского образования, библиотечного дела, музыки, т.е. тех, кто профессионально занят теми или иными сферами и для которых поддержание и расширение контактов — это вопрос профессионального становления, а не просто некоего общественного призыва. Это очень важное отличие. Я убежден, что до тех пор, пока Россия не начнет работать с элитами тех стран, где есть российские соотечественники, элитами в самом широком смысле этого слова (образовательными, культурными, предпринимательскими, властными и др.), наши взаимоотношения будут спорадическими и не очень эффективными. Ну, например, та же история взаимоотношений России с Грузией или Украиной показала, насколько неэффективно мы используем имеющиеся у нас рычаги налаживания хороших отношений для преодоления существующих проблем.

Есть опасность, что и на этот раз все может уйти "в свисток". Но, например, работа секции под руководством А. Кокошина и В. Лукина, в которой я участвовал, и характер разговора представителей с мест меня отчасти настраивают на оптимистический лад. Я услышал речи людей, которые, во-первых, независимы, во-вторых, не стоят в очереди за какой-либо финансовой "пiдтримкой", как говорят в Украине, а которые ставят инициативные задачи, масштабом и конкретностью своей удивляющие российских чиновников.

— Как вы относитесь к прозвучавшей во время работы конгресса идее создания Координационного совета соотечественников? Может ли он, по вашему мнению, быть основан на базе Международного совета российских соотечественников?

— Во-первых, я думаю, что Координационный совет нужен. Во-вторых, при его создании есть вполне конкретная опасность превращения этого органа в очередное собрание чинуш отдела защиты соотечественников, в том смысле что в него могут опять войти те самые "профессиональные соотечественники", а этого допустить нельзя. В-третьих, я не думаю, что здесь нужно сохранять какие-либо старые структуры, потому что, на мой взгляд, они выявили свою полную неэффективность, превратившись за время своего существования в чиновничий, сугубо "фасадный", неработающий, недеятельный орган.

— Ваша оценка активно обсуждаемой на конгрессе госпрограммы переселения российских соотечественников. На ваш взгляд, насколько эта программа актуальна для Украины?

— Выступающий в первый день работы конгресса представитель Казахстана внес, на мой взгляд, очень важную коррективу в эту программу. Он выразил сожаление по поводу того, что ее авторы не обсудили эту проблему с самими соотечественниками из Казахстана и предлагают им переселяться в сельские районы, даже не зная того, что абсолютное большинство российских соотечественников в Казахстане — городские жители. То есть они даже не знают, какова демографическая структура местных русских. По моему мнению, Украина могла бы участвовать в этой программе, но в очень сдержанных и осторожных формах. Я убежден в том, что, во-первых, основное русское население Украины является коренным для страны, оно должно остаться в Украине, потому что это наша земля и никому мы ее не должны ни оставлять, ни дарить, ни бросать. Во-вторых, необходимость в программе возникает только в тех случаях, если мы имеем дело с отдельными, абсолютно депрессивными районами Украины или же когда речь идет о неблагополучном существовании русских, например в Западной Украине, где они испытывают определенный, вполне отчетливый дискомфорт. В этих случаях должны иметь место целевые, а не анонимные и безликие предложения. Куда поедут возможные переселенцы? В Комсомольск-на-Амуре? В Тюмень или в Тверь? Еще куда-то? Человек должен знать, что ему предлагают и на что он соглашается. Пока с сожалением должен сказать: такой ясности в этой программе нет.

— Как вы оцениваете последние политические события в Украине, связанные с очередной сменой власти? Какова сегодня ситуация в Крыму и Севастополе?

— Сегодня у украинского общества есть опасения, что Партия регионов, которая получила большую поддержку избирателей, проявляет определенную инертность при выполнении своих предвыборных обещаний. К сожалению, никто уже не говорит о федерализме. О государственном или официальном статусе русского языка говорят только ритуально, а на практике в сторону решения этой проблемы мы не движемся. О вступлении в ЕЭП тоже говорят намного меньше, чем о вступлении в евроатлантические структуры, в Евросоюз. В этой связи у нас в Крыму, в Севастополе имеет место отчетливое разочарование избирателей в первых результатах деятельности новой власти. Я надеюсь, этот негатив, накапливающийся у избирателей, станет звонком для победителей, что надо исполнять то, что было обещано.

Если говорить уже конкретно применительно к Автономной Республике Крым и Севастополю, то мы отчетливо осознаем, что тесные интеграционные связи с Россией для нас не благотворительность, а единственный способ поднять тот промышленный блок, который в Крыму был создан и который десятилетиями ориентировался исключительно на наше общее экономическое пространство. В частности, трагическая судьба всех судостроительных заводов восточного Крыма и Севастополя связана с тем, что заказы ранее все были российскими. Мы в Севастополе настойчиво и последовательно защищаем интересы Черноморского флота РФ, потому что, помимо политического аспекта, — это заработная плата нескольких десятков тысяч севастопольцев, которые работают на предприятиях ЧФ. И мы в Севастополе сегодня не имеем противостояния по поводу флота на уровне властей. В этом вопросе сегодня однозначную позицию занимают и администрация, и городской совет.

Другие статьи этого номера