Севастопольский «Нострадамус-2006»

Такое почетное признание получил наш земляк С.П. Ушаков от «Комсомольской правды». Оказывается, Сергей Петрович — единственный в Украине, кто по изобретенному им методу анализа правильно определил расположение политических сил после выборов и почти точно угадал полученные ими голоса избирателей. В то же время С.П. Ушакова никак нельзя отнести к разряду политических «болельщиков». Сам он представляет себя мастером по системному анализу, искусственному интеллекту и иррациональной математике. Сфера, честно говоря, мудреная, но есть в его деятельности вполне земное практическое приложение.
Об этом свидетельствует еще одно недавнее, теперь уже международное, признание: за участие в выставке изобретений и новых технологий, которая сопровождала заседание Международного трейд-клуба в Украинском культурном информационном центре, С.П. Ушаков был удостоен золотой медали. В дипломе, подписанном президентом международного жюри профессором Пьером Фюмьером (Бельгия) и главой наградной комиссии профессором Василием Гочем, говорится, что золотая медаль вручена Ушакову за разработку нового электробура. А всего наш севастопольский «Нострадамус» представил на этой выставке 17 своих изобретений — и прежде всего в надежде, что кто-то заинтересуется его разработками и возьмется за воплощение их на практике.Родом Ушаков из затерянной в глуши деревушки. Отец был председателем колхоза. Воевал. С фронта вернулся инвалидом. Мать родила десятерых. В военные годы выжили семеро. Голодные, босые. Младшие донашивали то, что оставалось после старших. В школу Сергей, как и его братья, ходил за 15 километров. Поезд впервые увидел в 15 лет. Однако в советское время мать, хотя сама была неграмотной, сумела дать всем детям высшее образование, а один из братьев дослужился даже до должности замминистра СССР.

С малолетства Сергей освоил работу на плуге, сеялке, комбайне. Приученный к деревенскому труду, он в курсантские годы не тратил времени зря, не увлекался походами в город в часы увольнений, не пропадал на танцах и даже не занимался спортом. У него было одно хобби: машины и механизмы. В свободные часы пропадал в училищных мастерских, в результате чего приобрел третий разряд по всем металлорежущим станкам — токарному, фрезерному, долбежному, строгальному. Он вышел из Черноморского высшего военно-морского училища им. П.С. Нахимова военно-морским специалистом и вдобавок рабочим высокой квалификации. Смеется: "Токарь, пекарь по металлу, по хлебу и по салу".

И в дальнейшем при всех своих изобретениях Ушаков все делал своими руками. Он по-мужицки умел принимать решения в доли секунды: еще тогда, когда его, мальчишку, "намотало" на шнек комбайна, и много позднее, когда в Балаклавских штольнях при обслуживании термоядерного оружия от короткого замыкания загорелся аккумулятор — он упал на него, чтобы потушить, ни о чем больше не думая. Обошлось. Никто об этом так и не узнал.

Но уже в годы учебы проявились поистине компьютерные возможности его памяти. Он готов был все изучить и принять — с жадностью дорвавшегося до знаний смышленого сельского мальчишки. Служба оказалась самой обычной, без взлетов. Юг — Камчатка — опять юг. До больших чинов не дослужился. Зато многое освоил. Сергей Петрович перечисляет: "Знаю минно-торпедно-артиллерийское, термоядерное, оперативно-тактическое оружие, приборы управления ракетным оружием, вычислительные машины ВМФ, гидроакустические станции, боевые информационные системы и, конечно, палаш, винтовку Мосина, автомат Калашникова и пистолет Макарова".

Еще с курсантских времен голова Ушакова была забита разными проектами. Одержимый страстью выдумывать и изобретать, он поражал окружающих неожиданным ракурсом мысли, неординарным решением сложной задачи.

Всевозможных идей и расчетов у него масса. Мне, человеку, далекому от точных наук и техники, они кажутся нереальными. Ушаков же ищет возможности переводить свои проекты в практические дела. Вот он разработал систему машинного перевода с английского языка на русский. Потом прочитал: Матильда Ракунзафи из Мадагаскара способна научить компьютер делать перевод одновременно на несколько языков. "И мы так можем", — уверен Сергей Петрович. Подобные программы он готов разработать для всех желающих. Или вот японские специалисты взялись за проект автоматического перевода телефонных разговоров жителей разных стран. А почему бы нам не попробовать?

Его заявкам на изобретения в области машинного распознания образов разные рецензенты противопоставляли американские и японские патенты. "Многие ориентируются на заграничные разработки, — сокрушается он. — Думают, выйдет дешевле. В результате нет ни своей, ни иностранной техники".

— Помните, несколько лет назад все газеты писали о феномене Мэри Кемпф? Немецкая девушка разработала и изготовила автоматический распознаватель речи. Но ведь в СССР такие работы велись с 1937 года. И я подавал свою заявку на изобретение.

В его тетрадке изобретений и предложений — свыше полусотни оригинальных разработок. Все обозначено: содержание авторского предложения, вид образца, технико-экономическое обоснование, организация, куда направлено предложение. С этими проектами могли ознакомиться посетители той самой международной выставки, которая сопровождала заседание трейд-клуба в Севастополе. Там, например, была представлена "безлюдная самоговорящая, обучаемая, дообучаемая и самообучаемая справка "09" на 10 млн номеров"; русскоалфавитная русскоязычная операционная система "Рублея" вместо ОС "Windows"; человекоподобный робот универсального применения по типу "автомобиль без водителя"; перевод "живой речи" с одних языков на другие в реальном времени без переводчиков; резонансное самовзлетающее крыло; изоморфная электронная постоянная память; самоговорящий компьютерный оповеститель начинающегося землетрясения.

Возможности электронных приборов, уверен Ушаков, безграничны. Во всех сферах жизни. Свою дочь, например, он научил читать в три года с помощью обучающего устройства Гордона Паска за три недели, играючи. Машина изумительная! Сергей Петрович предлагал сделать подобные в виде школьных тетрадок, насытить любыми знаниями.

О том, что сам Ушаков, его дочь и внуки с электроникой на ты, свидетельствует тот факт, что в их двухкомнатной квартире, где проживают пять человек (в том числе прикованная к постели жена), в постоянно востребованном состоянии находятся пять компьютеров, собранных самим Сергеем Петровичем.

— В городе полно игровых автоматов. Я предложил: давайте сделаем их обучающими. В Америке такие стоят на каждом шагу. Захотел доказать теорему Пифагора — пожалуйста. Знания языка нужно проверить — давай. А у нас же примитив: копейки в автомат сдаешь, копейки получаешь. Зачем мозги?

Однако при неуемности характера, при руках, которые "чешутся" в поисках работы, Ушакову трудно найти свое место: идей масса, но никто не торопится их воспринимать. У него же, одиночки, нет средств, чтобы изготавливать свои механизмы и внедрять в практику идеи. Он ищет людей, которые бы поверили, предлагает свои неординарные разработки, которые — уверен в том! — были бы оценены там, за рубежом, где превыше всего ценятся "мозги", но он натыкается на нерешительность, примитивность и медлительность. "Абсурдная экономика!" — возмущается он.

Идеи С.П. Ушакова хоть сегодня могут быть внедрены на практике. Вот пример: еще в 1985 г. в подъезде 9-этажного дома по ул. Геловани Ушаков сделал автоматические выключатели. В восемь раз уменьшился расход электроэнергии! Он готов был поставить такие выключатели во всех подъездах, но горжилуправление эта идея не заинтересовала. Домофоны постигла та же участь, что и выключатели. Но разве не нужны были бы и другие его разработки? Взять тот же электробур, который был отмечен золотой медалью на международной выставке. Этот бур способен без дополнительных приспособлений проникать на глубину до 250 метров. Можно производить? Конечно, нашлись бы желающие. Или другие элементарные вещи: приспособление, предотвращающее падение троллейбусных штанг, утилизация бытовых промышленных отходов в оставленных карьерах Балаклавского рудоуправления, механизм поиска угнанного автомобиля, компьютерные охранные устройства для складов, гаражей, дач, всевозможные обучающие тренажеры, самоговорящие термометры, манометры, тестеры.

Многие проекты, предложенные Ушаковым на той же выставке, поистине глобальны. Это, например, гигантский ветрогенератор карусельного паруса с диаметром в три километра и мощностью в 1 млн кВт. Или сооружение канала Балаклава — Инкерман с целью очистки бухты. Или же подвесная канатная дорога для туристов над вершинами балаклавских гор (в духе "Диснейлэнда"). Или проект захоронения 4-го блока ЧАЭС.

Однако это никому не нужно.

— Количество отписок на мои обращения к столоначальникам можно было бы занести в Книгу рекордов Гиннесса, — считает С.П. Ушаков. — Полный стол отказов, штук 500 набирается, от руководителей всех уровней — от рэпов до президентов.

Так спрашивается: нужно ли всем этим заниматься севастопольскому пенсионеру? Иной раз и он удрученно произносит: "Другие свободное время расходуют по принципу: селедка, водка, молодка. Ну и рыбалка, дача. А у меня все работа и непременно какие-то теоремы".

Кстати, в этом ряду особое место занимает его увлечение загадочной теоремой Ферма. Мало кто вспомнит сейчас ее заданность: "Неизвестные "икс" и "игрек" в сумме и "зет", возведенные в "энную" степень, не сравняются, если они больше нуля, а "эн" больше двух. Все мы, постигшие премудрости школьной математики, привычно повторяли, что доказать это нельзя, потому что доказать невозможно. Повторяли не только мы, но и высокие ученые мужи. Сила авторитета всегда была высока. И все-таки — как быть с припиской Ферма: "Я нашел для этого поистине замечательное доказательство, но поля слишком малы, чтобы оно могло поместиться".

Не имеющий непосредственного отношения к научно-исследовательским учреждениям, Ушаков из природного любопытства взялся за доказательства. Да, утверждает он, решил. Смотрите, как это просто. Он забрасывал своими письмами различные научные учреждения, наивно веря, что кто-то обрадуется его математическим ходам. Но, как потом оказалось, в Академии наук такие письма даже и не читают: "Математический институт имени Стеклова АН СССР никому и никогда не советовал и не советует заниматься данной проблемой. Наш ученый совет постановил не рассматривать материалы, посвященные теореме Ферма".

Ушаков недоумевал: научный мир шумит, мир ищет ответа. Он доказывал, спорил, а в результате вызывал лишь неприятие тех, от кого могло исходить одобрение хотя бы за настырность в постоянстве доказательств.

Недавно Ушаков с удовольствием прочитал сообщение о том, что математику из Санкт-Петербурга Григорию Перельману, доказавшему теорему Пуанкаре, которая 100 лет оставалась неразрешимой, присуждена самая престижная математическая награда — медаль Филдса, подкрепленная солидной суммой в миллион долларов. Эта награда вручается раз в четыре года и приравнивается к Нобелевской премии. Однако Григорий Перельман ехать за премией в столицу Испании отказался, чем вызвал к себе повышенное внимание мировой общественности. Никто не предполагал, что российский гений не станет проявлять никакого интереса к деньгам.

— А сколько еще есть неразгаданных математических задач! — говорит Ушаков. — Эксперты определили, что к началу третьего тысячелетия есть семь таких основных нерешенных проблем. Это значит, что надо браться за их решение, а не говорить, что решить нельзя, потому что решить невозможно.

Кто знает, а вдруг завтра Сергей Петрович возьмется за перечисленные в этом списке гипотезу Римана, или уравнение Янга-Миллса, или проблему Кука. Кому-то же надо стремиться к неизведанным решениям. Ведь что бы там ни говорили, на таких людях держится мир.

Другие статьи этого номера