ЧП с водой: необходимо задействовать потенциал ИнБЮМа

Проходит время, но тревога, вызванная недавней ситуацией с качеством воды, не исчезает. Главный вывод, который предстоит сделать, — как предотвратить, как не допустить подобного впредь. Мы встретились с заместителем директора Института биологии южных морей НАНУ по научной работе старшим научным сотрудником Александром Романовичем БОЛТАЧЕВЫМ.Однако начало нашей беседы было связано не с состоянием нашей воды, а с другой важной экологической проблемой. Мы вспомнили о том, что сотрудники Института биологии южных морей НАНУ, Морского гидрофизического института, как и их коллеги, немало сил положили для сохранения экологического своеобразия озера Донузлав. Некоторое время назад на самом высоком уровне возникла идея строительства в этом месте современного грузового порта. Севастопольские ученые забили тревогу: озеро Донузлав уникально, это рекреационная зона, самой природой предназначенная для отдыха, экотуризма, рыбоводства, создания заповедной зоны. Это Черное море в миниатюре. Здесь нельзя развивать промышленное строительство. Севастопольские ученые совместно со своими коллегами из других институтов предложили комплексную программу рационального использования озера Донузлав.

— И вот благодаря нашим совместным усилиям в мае этого года Президент отменил свой указ о строительстве порта в Донузлаве, — сказал А.Р. Болтачев. — Мы праздновали победу, потому что отстаивали экологическое значение этого озера на протяжении трех лет.

— Александр Романович, ваш институт — старейшее биологическое учреждение страны, которое на протяжении своей 135-летней истории занимается изучением моря и экологическими проблемами. Давайте вернемся к событиям, которые всколыхнули весь город. Как могло произойти, что практически весь город пострадал в связи с плохим качеством воды?

— Самое страшное в этой ситуации — это неопределенность, что всегда пугает людей и порождает всяческие слухи. Было две версии произошедшего. Первая: в водохранилище попали какие-то химические вещества, и вторая: бурное развитие цианобактерий или, как их иначе называют, сине-зеленых водорослей. В любом случае в ситуации, в которую попал сейчас город, нужно было в первую очередь использовать потенциал нашего института. Если речь идет о каких-то химических загрязнителях, то могли бы внести ясность и ИнБЮМ, и МГИ, и Укр-НИГМИ. Что же касается биологической составляющей, конечно, в первую очередь нужно было задействовать Институт биологии южных морей. Но этого не было сделано, несмотря на то, что мы неоднократно обращались в соответствующие структуры, в том числе в водоканал, с предложением о сотрудничестве. Если помните, мы много занимались подготовкой экологической программы города, она была принята на сессии горсовета, но, к сожалению, в полной мере пока не работает. В систему единой экологической защиты города были включены и научные инспектирующие организации. Программа эта долговременная. На каждый год предполагалось выполнение как определенных крупномасштабных мероприятий (например, канализование), так и мониторинговых, т.е.постоянных, не очень затратных экологических наблюдений. Этого сделано не было. И вот, пожалуйста, яркий пример: пока гром не грянет, мужик не перекрестится. В принципе, мы готовы были осуществлять биологический мониторинг водохранилищ, рек, и такие предложения мы давали. Когда развивается такая критическая ситуация, как сейчас, сложно что-то предпринять, и город действительно может пострадать, причем очень серьезно.

— Получается, что научно-исследовательский институт, занимающийся морской биологией, не включен в систему регулярного отслеживания качества воды?

— Получается, так. Тем более что и вода на анализ была направлена в Киев, хотя мы на месте могли бы произвести свои исследования. Когда мы почувствовали запах воды во всем городе, то всем стало понятно, что должного контроля в городе нет. Давайте остановимся на двух моментах. Если произошло химическое загрязнение, т.е. случилось непредсказуемое, где-то что-то размыло, то в этом случае предпринимать заранее что-то трудно. Если же произошло развитие с последующей гибелью сине-зеленых водорослей, т.е. цианобактерий, то этот процесс можно было проконтролировать и вовремя предупредить. Несмотря на то, что развитие их бывает очень быстрым, тем не менее на начальных этапах с помощью биологических и гидрохимических анализов можно было определить: либо это развитие в результате большого количества органики, которое уже скопилось на дне, и потом произошла вспышка гниения сине-зеленых водорослей, либо это смыв удобрений в результате ливней, прошедших накануне, который также мог привести к аналогичному результату. Водная экосистема — это сложный комплекс абиотических и биотических факторов, взаимодействие которых в конечном итоге определяет качество воды. Я напомню, что основными группами более или менее крупного водоема — от пруда до океана — являются микроорганизмы, фито- и зоопланктон, водная высшая растительность, донные живые организмы и рыбы, правда, в морях добавляются еще и морские млекопитающие. А сбой в любом из компонентов может привести к ухудшению условий среды обитания и, как следствие, к ухудшению качества нашей воды. Необходимо проведение мониторинговых съемок для оперативной оценки экологической обстановки в водоемах региона с целью разработки эффективных мер по предотвращению развития либо ликвидации нежелательных процессов в результате различных форм хозяйственной деятельности. Объективная информация о состоянии воды необходима не только для решения проблем водопользования, но и для сохранения уникального биологического разнообразия водоемов Крыма. Незадолго до произошедших событий мы вели переговоры с водоканалом и передали наши предложения о научно-техническом сотрудничестве.

— И то, наверное, по какому-то поводу?

— Водоканал готовился запускать растительноядных рыб, которые поедают и микроводоросли, способные вызывать цветение воды, и высших водных растений, например тростника, чтобы не допустить зарастание водоема. Цветение — очень неприятное явление, когда в массе развиваются водоросли, и после их гибели могут происходить и заморы, и ухудшение качества воды. Для этого запускают определенные виды рыб, которые питаются растительностью, но там тоже сложный комплекс, потому что если запустить только растительноядных, то могут быть и больные рыбы, и тогда нужен определенный процент хищников, допустим, того же судака. Эти мероприятия хорошо разработаны, но для каждого водоема, с учетом его специфики, необходимо рассчитывать соотношение видов и их количество, что могут сделать только специалисты. Мы договорились, что поможем водоканалу. Но при условии заключения договора о научно-техническом сотрудничестве, причем хотя бы на три года. Суть этого договора: хотя бы раз в сезон мы проводим гидробиологическую съемку с целью оценки экологического состояния нашего Чернореченского водохранилища и других водоемов севастопольского региона.

— Значит, разумный шаг был сделан, но действий никаких?

— Этот договор и поныне находится на рассмотрении. В нем мы договариваемся с водоканалом, что он нам выделяет транспортное средство и согласовывает разрешение на исследования, а мы выполняем определенный план научных работ. Но это полностью не снимет проблему. Большинство водоемов в той или иной степени связаны между собой, и негативные явления в одном из них могут распространиться на другие. Примером тому может служить стремительное расселение в прудах и реках севастопольского региона агрессивных видов водорослей и беспозвоночных рыб, например, амурского чебачка, солнечной рыбы и других. Эти исследования требуют определенных затрат, деньги на которые должны выделяться из городского экологического фонда (что вполне нормально). Тогда станет известна полная информация об экологическом состоянии водоемов, что поможет предотвратить развитие чрезвычайных ситуаций. В этом, я полагаю, в первую очередь должны быть заинтересованы городские власти.

— Александр Романович, а что же такое сине-зеленые водоросли?

— Правильное их название: цианобактерии. В принципе, это чрезвычайно развитая на земле форма жизни. Они находятся везде: в гиперсоленых озерах, морях, океанах, водоемах. Часто задают вопрос: опасны они или не опасны? Многие употребляли спирулину, так это — цианобактерии, весьма полезный продукт, профилактический. В Германии его производство поставлено на широкую основу с помощью украинских ученых, в частности доктора наук Лидии Акимовны Сиренко. Сине-зеленые водоросли используются для производства всевозможных кормовых добавок скоту, птице. Они сразу же дают положительный эффект, значительно увеличивая биомассу. Когда процесс управляем, это хорошо. Когда неуправляем, он может причинить много неприятностей. Однако среди цианобактерий есть и потенциально токсичные виды. Но даже неопасные цианобактерии в огромных количествах наносят вред окружающей природной среде, с их отмиранием происходят серьезные загрязнения. Причем не только водной среды. В прошлом году, когда наши сотрудники были в Голландии, стояло очень засушливое лето. Страдала вся Европа, люди спасались от жары в фонтанах. В Голландии тогда значительно обмелели каналы. Здесь как раз началось поступление органики, которая была минерализована в отложениях, что спровоцировало вспышку сине-зеленых водорослей — они буквально плотным ковром покрыли все каналы. При их разложении пахла не только вода, но и воздух. Люди закрывали окна, потому что дышать было нечем. Вот пример бурного развития цианобактерий.

— Какие отделы, какие ученые ИнБЮМа ведут исследования цианобактерий?

— Этими проблемами у нас занимаются, как минимум, три отдела и специалисты, известные не только в нашей стране, но далеко за рубежом. Так, кандидат биологических наук Рудольф Павлович Тренкеншу занимается биотехнологией разведения спирулины и других водорослей. Эти вопросы стоят в центре внимания отдела марикультуры и кандидата биологических наук Валерия Николаевича Иванова, отдела биотестирования и доктора биологических наук Виталия Ивановича Рябушко. Можно назвать и других наших специалистов — кандидатов биологических наук Н.В. Шадрина, Л.И. Рябушко и других. Есть технологии, достаточное оборудование, есть большие наработки по прогнозированию развития ситуаций. Важно только, чтобы потенциал наших ученых был вовремя востребован.

— Я помню, что несколько лет назад вы готовы были предложить свою помощь во время аварии, которая произошла в Румынии.

— Действительно, тогда в результате выбросов цианидов в Дунай попали отходы вредного производства. Произошли заморы рыб, в том числе в устье реки, на украинской территории. Нужно было проследить процесс распространения цианидов, накопления их в фитопланктоне и по всем пищевым цепям, вплоть до рыб. Мы были в состоянии это сделать, но нашей помощью не воспользовались, судя по всему, это было невыгодно в первую очередь Румынии. Но самый яркий пример действенности наших разработок — это участие в ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы. То, что сделали севастопольские ученые — академик НАНУ Г.Г. Поликарпов и член-корреспондент НАНУ В.Н. Егоров, а также их коллеги, — позволило им завоевать широкое признание во всем мире. С тех пор на протяжении стольких лет авторитет этих ученых непререкаем, они ежегодно выполняют несколько съемок под эгидой МАГАТЭ. Благодаря широкой известности Г.Г. Поликарпова и В.Н. Егорова, по международным стандартам сертифицирована лаборатория, в которой проводятся исследования по отслеживанию ситуации с радиоизотопами, полихлорбифинилами, ртутью и другими опасными веществами.

— Это еще раз доказывает, что сотрудники Института биологии южных морей в состоянии решать самые сложные практические задачи. Однако далеко не всегда этот потенциал задействован в городе, даже для восстановления чистоты наших бухт. И вы больше работаете за пределами Севастополя.

— Вот сейчас предпринимается очередная попытка тендера на очистку бухт — Балаклавской и Южной. Мы неоднократно заявляли о своей готовности участвовать в этой программе, но часто бывает, что одни институты работают над проектом, а выполнять поручают почему-то другим, например, из Харькова. Тем не менее мы успешно занимаемся экологическим обследованием Феодосийского залива. Что же касается Севастополя, то мы не раз предлагали свои услуги. Так было, в частности, когда в районе Ласпи село на мель судно "Кристина", произошел разлив нефти. Я обратился к властям с просьбой оказать финансовую помощь, выйти на место и собрать пробы. Но город отказал, помогли частные организации. Удалось заправить нашу фелюгу, взять пробы, определить ущерб. Неоднократно случались нештатные ситуации на очистных сооружениях, сбросы канализационных вод. В таких случаях мы можем определять ущерб, нанесенный окружающей среде. Но понятно, что все должно финансироваться. Тогда мы обязаны раз в месяц или в случае аварийных ситуаций представлять свои данные. Необходимо, чтобы все это было заложено в экологической программе города. Есть определенный экологический фонд, расходовать его надо разумно. У нас есть преимущество перед отраслевыми институтами: мы более независимы, и наши показания объективны. Нынешняя ситуация с водой должна стать уроком. И выводы надо делать незамедлительно. В качестве очередного мероприятия мы предлагаем провести под эгидой городских властей заседание "круглого стола" с участием руководителей научно-исследовательских институтов, представителей экологических служб, практиков. В случае принятия решения о формировании соответствующей экологической программы ИнБЮМ готов быть ее разработчиком и исполнителем в качестве головной организации с привлечением других профильных институтов.

Другие статьи этого номера