Гусиная помощь

Рубрику ведет Леонид СОМОВ.Мой тесть попросил меня обратиться в "Славу" и рассказать в рубрике "Хотите верьте" о случае, который с ним приключился в 2000 году под Феодосией. Тогда он вместе со своим фронтовым другом отдыхал в санатории и решил "взойти" на одну из ближних горок, если так помпезно можно назвать здешние большие холмы.

Конечно, "взойти" — чересчур громко сказано. Обоим мужикам было уже за семьдесят, а мой тесть ко всему еще страдал ишемической болезнью сердца. Но решил рискнуть, и друзья, как говорится в таких случаях, "смехом-дуром" все-таки вскарабкались по пологой штатной тропе вверх метров на триста.

Тут-то и случилась беда: моему тестю стало вдруг худовато. Начал он прерывисто хватать горный воздух большими глотками, побледнел и решил срочно принять нитроглицерин. А ведь забыл, о чем ему весьма настоятельно толковал его лечащий врач, а именно: в горах это лекарство сердечникам принимать ни в коем случае нельзя — еще хуже будет.

Но все было им сделано с точностью до наоборот. Когда приятель Игоря Нестеровича уразумел, что дело — швах, он подхватил моего тестя под белы ручки, и так они, спотыкаясь и отдыхая, с охами-ахами и ручным массажем грудной клетки добрались наконец до долины. Там, в населенном пункте, родитель моей супруги совсем обессилел и буквально свалился кулем на спину на скамейку возле автобусной остановки. Как он вспоминает сейчас, ему стало так плохо, что он начал себя уже готовить к мысли о… том свете…

В этот момент из-за низенькой сероватой хатынки, что вросла в землю через дорогу, покачиваясь, вышел величавый рослый гусак, а за ним — целая стайка гусынь. Гусь повернул голову в сторону скамейки, где лежал мой тесть, что-то гоготнул, и вся эта семейка важно и неторопливо зачапала к человеку, лежащему, почитай, уже без чувств.

Гусыни, опять же по команде своего "султана", расположились в полукруг возле скамейки, а сам гусь подошел к тестю, положил ему свою небольшую головку с изумрудными глазками прямо на грудь и… замер.

Спустя уже четверть минуты Игорь Нестерович вдруг почувствовал, как стала отливать кровь от щек и висков, как ворохнулось сердце и затем забилось ровнее, как потеплели руки и ноги. Он не сводил благодарного взгляда от птичьей головки и, набрав воздуха в легкие, даже попытался сказать что-то теплое, сердечное в адрес своего бессловесного лекаря.

Гусь, кажется, с удовлетворением воспринял человеческую благодарность, опять же что-то в ответ гоготнул и… важно отвалил от скамейки. Гусыни также свернули "оборону" возле тестя и направились за гусаком в сторону канавки, по которой, весело журча, текла хрустальная вода с той самой злополучной горушки…

Что это было — тестю моему и по сей день невдомек. Но гусь однозначно оказал каким-то фантастическим образом первую помощь страдающему от сердечной боли человеку…

Все-таки мы совсем не одиноки в этом мире. Все, что дышит, незримыми нитями связано между собой. Жаль только, что нет в живой природе пока что универсального языка… Вернее, он есть, но, мне сдается, что механизм его запуска людьми давно утерян…

Другие статьи этого номера