Мне крупно повезло! —

считает пятнадцатилетняя девушка, сброшенная подругой с четвертого этажа….

ЛЕЧЕНИЕ ЗАТЯНЕТСЯ НА ПОЛГОДА

Врач городской больницы N 5 Юрий Васильевич Кочуров не скрывает: обычно после таких "полетов" пациенты редко возвращаются к прежней нормальной жизни. Но Ирине С., воспитаннице одного из севастопольских детских домов, очевидно, повезло. На счастье, говорит лечащий врач, у нее нет повреждений спинного мозга. Девочка отделалась множественными компрессионными переломами грудных и поясничных позвонков. И хотя лечение затянется примерно на полгода, пациентка уже сегодня свободно двигает руками, способна самостоятельно поворачиваться на бок. Со временем, если все пойдет хорошо, она сможет полностью забыть о травме.

Упав с четвертого этажа на землю, Ира даже не потеряла сознание. Возможно, смягчили удар бельевые веревки и виноград, что рос как раз на месте падения. Быстро приехала "скорая", и дорогу в больницу девочка уже помнит смутно, так как получила успокоительные и обезболивающие препараты. Но даже при подготовке к операции (необходимо было сделать диагностическую ляпоротомию, чтобы исключить кровоизлияние внутренних органов) Ира говорила окружающим: "Я не просто упала с балкона. С четвертого этажа меня скинула подруга".

ВНИЗ ГОЛОВОЙ

Второй день Нового, 2007 года Ирина С. отмечала в дружеской компании вместе со своим молодым человеком. За праздничным столом собрались сводный отец парня, приятель и некая 27-летняя О., чье имя пока называть не можем до выяснения подробных обстоятельств. По словам Ирины, молодая женщина изрядно "приняла", после чего они поссорились. Ирина не помнит, что стало причиной конфликта, однако утверждает, что эта самая О. набросилась на нее и даже пыталась душить. В женскую "разборку" вмешался парень девушки. Обидчицу он не долго думая ударил в глаз. На какое-то время та закрылась в ванной, а Ира пошла на балкон. Девочка хорошо помнит, как уже в следующий момент О. подбежала к ней и схватила за ноги. Еще мгновение — и она летела вниз головой…

Мы познакомились в больничной палате, куда Ирину 7 января перевели из реанимации. С короткой стрижкой, озорными глазами, она была не прочь развеять больничную скуку за разговором. Мы начали с того, что с ней произошло, а получилось, что поговорили о всей ее маленькой жизни.

…В детский дом Ирина пришла в 13 лет. Тяжело переживала перемену, ведь пришлось поменять не только место жительства, но и школу. С той поры учиться расхотелось. Но и в семье оставаться было нельзя. Пьющую мать лишили родительских прав, и даже младшую сестренку пришлось отдать бабушке.

Детдомовские девчонки приняли плохо. Для них новичок был в первую очередь объектом придирок и унижений. Не один год прошел, а у Ирины так и не появилось близкой подруги. Ведь такие отношения предполагают душевность. Вопрос "Есть закурить?" мог в любую минуту стать поводом к склоке. Очень быстро Ира научилась стоять за себя. Выживает сильнейший, как в стае.

Она не без гордости говорит о том, как заставила некоторых ровесниц с собой считаться. Крепкое словцо да угрозы помогли ей как-то раз отыскать украденный спортивный костюм. Но очень скоро Ире вообще расхотелось жить в детском доме. Она встретилась и подружилась с парнем, у которого есть свое жилье…

Один раз в реанимацию приходила мать. Этой женщине всего 35 лет, а она, по словам Ирины, выглядит в два раза старше. Больше в больнице ее не видели. Наверное, "заливает" беду. Чаще Ирину навещает отец. Когда семья распалась, ей было всего три с половиной года. Некогда глава семьи ходил в загранрейсы и неплохо зарабатывал, но многие ценные вещи в доме давно пропила мать. Так, например, было с музыкальным центром, обменянным на ящик водки. Пришлось после этого случая врезать в дверь комнаты замок.

Но даже за самым крепким, самым надежным замком не спрячешься от неблагополучной жизни. Злая на похмельную голову мать любила предъявлять претензии, нередко подкрепляемые битьем. Особенно больным вопросом были те скудные деньги, что иногда попадали в дом. Вечером их истратят, а утром мать спрашивает: где?

— Неужели она хоть изредка не была с тобой доброй, ласковой? — хочу отвлечь от тяжелых воспоминаний Ирину.

Девочка отрицательно качает головой и отворачивается лицом в подушку. Потом, не глядя в глаза, говорит: "Ну разве когда на кровать рядом сядет и скажет: "Давай выпьем".

"НО ЛЮДИ БОЛЕЕ ВОЗЛЮБИЛИ ТЬМУ…"

Выпивать с матерью Ирина не могла. Зато курить начала с шестилетнего возраста. В редкие минуты просветления мать запрещала и даже ругала за это, но потом, естественно, плюнула.

О своем будущем девочка ничего не может сказать. Скорее всего, пойдет в вечернюю школу. Ее больше волнуют предстоящие отношения с молодым человеком. По крайней мере, он навещает ее в больнице чаще всех.

А еще в палату регулярно заходят представители церкви "Иисус Господь". Это они оставили девочке одиноко лежащую на тумбе брошюрку "От Иоанна святое благовествование. Шаги к познанию". Ира признается, что иногда они молятся вместе, правда, затруднилась ответить, о чем. Открыв первую попавшуюся страницу, я прочитала следующие строки: "Я желаю покаяться и отвернуться от моих грехов".

— Ира, ты понимаешь, что все произошедшее с тобой не случайно? Пьющие друзья, сомнительные компании… Надо делать другой выбор.

Ответом был детский открытый взгляд.

Ирина, поправляйся!

Другие статьи этого номера