Явление тифлисской почтовой марки

Рубрику ведет Леонид СОМОВ.

Известно, что истинные собиратели чего угодно — народ фанатичный, без вредных привычек, целеустремленный и ужасно работоспособный. К примеру, если настоящему нумизмату в Севастополе намекнули, что так давно желанная монета лежит где-то в г. Омске, в коробочке из-под монпансье у древней прабабушки, можете быть уверены: наш герой будет копить на дорогу два года, но в путешествие таки соберется! А вдруг, как говорят коллекционеры, "пруха пойдет"?

…Эту удивительную историю мне рассказал мой дедушка, когда еще был жив, т.е. примерно в середине 70-х годов прошлого столетия. У него в Днепропетровске проживал родной брат Савелий, одной, но пламенной страстью которого были марки, их коллекционирование. Собирал он "периферийную Россию", причем дореволюционного периода. И значительно преуспел в своем страстном деле. Во всяком случае, в центральном журнале страны, кажется, он назывался "Филателия СССР", о его коллекции писали неоднократно.

Как-то мой дед гостил у брата, и тот вечерком поведал ему о своей заветной жизненной мечте номер один. Конечно же, из области марок. В коллекции моего двоюродного деда не хватало главного перла — самой редкой марки Российской Империи — местной марки тифлисской городской почты, которая появилась на свет еще, оказывается, до выпуска первой официальной российской марки, т.е. в ноябре 1857 года. По сведениям журнала "Антикварное обозрение", к 1.01.2000 г. в мире сохранилось всего 8 таких негашеных экземпляров стоимостью 75 тыс. французских франков каждая. А упомянутая первая российская марка стоила около 35 тыс. французских франков в чистом виде и около 5 тыс. франков — в гашеном.

Так что "одну, но пламенную страсть" деда Савелия составлял небольшой квадратик желтоватой бумаги размером примерно 15 на 15 мм. Изготовлена была эта 6-копеечная марка выпукло-вдавленным способом (с двойной рамкой) с изображением в круге царского двуглавого орла и герба г. Тифлиса (плуг и знак бога торговли Меркурия).

…Мой дед вообще по жизни слыл чудаком. Он знал множество притч, поверий и заговоров, наверное, это было некое интеллектуальное наследство от его бабки-сербиянки. Чтобы как-то приободрить брата, он ему шутя посоветовал ежедневно за несколько минут до заката солнца садиться за письменный стол и пятнадцать раз от руки в столбик писать на отдельном листочке такую фразу: "Хочу иметь в своей коллекции тифлисскую марку 1857 года".

Дед Савелий вначале недоверчиво поморщился, а потом спросил: "На кой ляд мне эта писанина?" На что мой дед ответил: "А ты попробуй. Самое главное — срока не загадывай". И уехал.

Потом, по рассказу моего дедушки, он сильно захворал, была операция на щитовидке, так что в течение двух лет братья не виделись.

А когда встретились, Савелий поведал моему деду поистине фантастическую историю. В течение целых семи месяцев он скрупулезно записывал в тетрадку ежедневно 15 раз заветную фразу относительно прихода такой желанной тифлисской марки. Но ничего, увы, не происходило.

Но вот как-то в Днепропетровске состоялась встреча воинов, освобождавших в ходе Великой Отечественной войны Кавказ. Дед Савелий тоже участвовал в этой встрече как почетный ветеран Моздокского 369-го горнострелкового батальона. И почти через три десятка лет он, глянув на одного из гостей, узнал в представительном седовласом грузине бывшего своего взводного Миху Чангвабадзе.

Это был незабываемый миг. Михаил Автандилович потом три дня гостил у деда Савелия и подарил ему на прощание старинный кахетинский кинжал в кожаных ножнах, изрядно уже порепанных, правда.

Так вот, спустя три недели все это чудо (иначе не назовешь!) и произошло. Дед Савелий в тот вечер, когда внезапно по какой-то причине в доме отключили свет, зажег свечку и поставил ее возле лежащего у пепельницы кинжала на своем рабочем столе в кабинете. В течение получаса воск — по неосторожности деда — капал на ножны кинжала, и когда хозяин кабинета спохватился, ему пришлось отскребать его перочинным ножиком.

Лезвие случайно задело потрескавшуюся кожу ножен, кусочек ее завернулся, и глазам деда Савелия предстал уголок какой-то коричневатой бумажки.

Что тут долго рассусоливать — это была его вожделенная тифлисская марка да еще в прекрасной сохранности! Так что, как говорится, чудо все-таки свершилось!

Уже через неделю днепропетровцы — друзья деда Савелия по городскому филателистическому обществу — знали о его чудесной находке. Даже "обмыли" это дело. А спустя полгода квартиру моего дальнего родича элементарно обворовали. Да еще каким способом! У деда на двери и окнах была установлена бельгийская система сигнализации — супертехника, благо было что охранять. Так ворюги изловчились: прорубили лаз в стене из… соседней квартиры, в которой, естественно, ничего не взяли. А бесценную марку увели. Безвозвратно. С напольным сейфиком.

Но весь этот рассказ, разумеется, посвящался не филателистическому раритету, а тому способу, благодаря которому к деду Савелию пришла эта редчайшая почтовая марка. Необъяснимо, но факт!

С. ТОРЧАК, рентгенолог.

ОТ РЕДАКЦИИ:

Теоретически доказано, что бабочка, взмахнув крылышками в одном полушарии Земли, может вызвать цепную реакцию атмосферных вихрей, которые уже в другом полушарии постепенно перерастут в сметающий все на своем пути ураган. На этом принципе основан "метод возмущений", который широко применяется в квантовой механике.

Мысли, как и крылья бабочки, тоже, выходит, изменяют электрическое поле вокруг головы человека. Но может ли столь крошечное изменение электрического заряда "аукнуться" крупными последствиями? Еще как! И тому доказательство — "рецепт" моего родного деда Сергея Федосеевича Торчака, нашего земляка.

Другие статьи этого номера