Об огне и дыме на фоне русского языка

О статье С. Украинца «Нет дыма без огня, или Еще раз о языковом вопросе», напечатанной в газете «Слава Севастополя+» 01.02.2007 года.
Поводом для данной публикации послужило, по сути, враждебное отношение автора упомянутой статьи к деятельности народного депутата Украины В. Колесниченко, активно взявшегося за практическую реализацию мнения подавляющего большинства севастопольцев, программного положения Партии регионов и решения Севастопольского городского совета о статусе русского языка.В статье, опубликованной в газете "Слава Севастополя+", ее автор, назвавшийся Украинцем, желал он того или нет, указал на необходимость серьезного отношения в Украине к русскому языку. Ибо последний — далеко не "предвыборная фишка", как привыкли его оценивать некоторые политики, а масштабная национальная проблема, требующая неотложного решения.

Однако осознание серьезности данного вопроса обернулось у автора стремлением найти врага и обязательно покарать его не иначе как по статье "Измена Родине". До боли знакомая логика: нет человека — нет проблемы!

Врагом N 1 нашим "Украинцем" признан хорошо известный севастопольцам народный депутат Украины Вадим Колесниченко, избранный от Партии регионов.

Причина авторского негодования заключена в стремлении народного избранника повысить статус русского языка до государственного. А это, по мнению "нашего Украинца", якобы грозит разрушением целостности украинской державы.

В связи с этим не может не возникнуть вопрос: а при чем тут отдельные люди, даже в статусе народных депутатов?

Ведь есть утвержденная регламентом Верховной Рады процедура, когда народный депутат, обладая правом законодательной инициативы, разрабатывает и вносит на рассмотрение законодательного органа проект изменений и дополнений в тот или иной нормативный акт страны, а то и целый законопроект. А затем в ходе обсуждения и голосования уже сама Верховная Рада решает, утвердить или отклонить предложенный проект документа. Ибо ей дано право от имени и по поручению народа определять судьбу страны. А для того, чтобы она руководствовалась Конституцией Украины, создан Конституционный суд, призванный контролировать соответствие правовых документов Основному Закону республики.

Правда, у Верховной Рады, может быть, к огорчению Украинца, есть право вносить изменения в саму Конституцию, в том числе и норму, предусматривающую введение второго государственного языка. Тем самым субъектом того или иного нормативного решения является законодательный орган, избранный непосредственно населением. И здесь автор комментируемой статьи сам за отдельными "депутатскими деревьями" не видит "парламентского леса". Поэтому и не на того "бочку катит".

Но чего-то "наш Украинец" все-таки боится. А причина действительно есть. Это нравственная неправда, изначально заложенная в основу принятого решения о придании лишь одному языку статуса государственного. Вписанная в Конституцию норма об одном государственном языке есть одновременно акт кражи и требование отказаться от справедливого протеста. Но нельзя забывать, что духовное достояние, какими являются русский язык и культура, было украдено у миллионов людей. Впору вспомнить библейскую притчу о строителях, положивших во главу угла не тот камень.

Известно, что любой закон в конце концов посрамляет себя, если он ущемляет человеческую потребность. Уверен, что у Верховной Рады хватит мудрости и политической воли исправить ранее допущенную ошибку. И в этом опасения "нашего Украинца" оправданны: нет дыма без огня. Ощущение внутренней неправоты всегда вызывает беспокойство. Ведь избирательные кампании последних лет показали, что в Украине проживает фактически две равновеликие социальные группы: русскоязычных и украиноязычных людей. И политическая сила, которую представляет В. Колесниченко, ставит задачу создать равные условия для их развития, в том числе культуры и языка. К сожалению, сегодня из средства свободного общения и объединения людей украинский язык превращен в инструмент для определения лояльности по отношению к нему же. Поэтому и оказалось, что нет лучшего "кляпа" для русского языка, чем безосновательно получивший монополию на статус государственного без вины виноватый украинский язык.

Сейчас сама Украина начинает осознавать, что подобной мерой русскоязычные граждане, по сути дела, лишаются своей родины. Пришло время увидеть, что русская культура и язык — это духовный чернозем не только для юго-востока Украины, но и для всей страны. И если этого "наш Украинец" не понимает, то ему уже нечем помочь.

Думается, что есть и еще одно основание для опасений. Сознает или не сознает Украинец, но для него украинский язык есть внутренне слабое, несамостоятельное явление, по сути, калека, постоянно нуждающийся в поддержке и защите. Стоит только отвернуться — и его, словно волк несчастную овцу, непременно сожрет русский язык.

Нуждается ли в такой защите украинский язык? Уверен, нет! Это полнокровное средство общения с целым рядом достоинств и с самобытной культурой украинского этноса составляет гордость народа Украины. Зачем его записывать в инвалиды? Сильному защита не нужна!

И, наконец, очень жаль, что "наш Украинец", путая патриотизм с национализмом, забывает, что последний натворил в XX столетии и продолжает тянуть его в век XXI. Думается, это оттого, что душа у "нашего Украинца" не украинская, то есть не "щирая" (широкая и добрая). Она, как у всякого националиста, злая. А зло никогда еще не давало доброго совета. Поэтому прислушиваться к мнению злобствующего автора не стоит. Украина и "украинец" — это, как говорят в Одессе, две большие разницы.

Другие статьи этого номера