О Балаклаве. Для Балаклавы

Идею создать нечто уникальное в штольне бывшего секретного объекта N 825 в Балаклаве Роман Мархолиа вынашивал более десяти лет. Его проект поддержал известный немецкий режиссер и телевизионщик Себастьян Кайзер. Вместе они решили продемонстрировать возможности использования средств современного искусства в необычном подземном пространстве. Фестиваль, в котором приняли участие молодые режиссеры, художники, артисты различных европейских стран, прошел в августе 2006 г. Авторы проекта пообещали, что все происходившее тогда в Балаклаве будет заснято на пленку и в скором времени предстанет перед зрителями.И вот презентация фильма в Балаклавском центре культуры и досуга. Самыми дорогими гостями в этот вечер были ветераны, о которых рассказывает фильм. Командир дивизии подводных лодок в Балаклаве контр-адмирал в отставке Станислав Георгиевич Алексеев, военный инженер, руководивший минно-торпедной частью, полковник Иван Гаврилович Орищенко, Зинаида Ивановна Бойченко, которая работала в семидесятые на военном складе в Балаклавской бухте, их сослуживцы и друзья А.А. Тертычный, Р.М. Черкасский, Б.Д. Копейкин и другие — жители Балаклавы, бывшие военнослужащие и рабочие военных предприятий, служившие на объекте N 825 и обслуживавшие его.

Презентацию случайно запланировали на тот день, когда отмечался праздник подводников. Думали — обычный день. А оказалось — праздник. Приветствуя сидящих в зале, Роман Мархолиа говорил:

— Здесь собрались те люди, без которых фильма не было бы. Мы, авторы, сочиняли проекты, писали сценарии, фантазировали, но все могло бы провалиться, если бы мы не встретили вас. Дорогу к вам искали через властные органы, через знакомых. Бог помог, мы собрали тех, кто необходим. Я уверен: всегда, когда я буду думать о проекте, то прежде всего буду думать о вас.

А вот что сказал Себастьян Кайзер:

— Последний год для меня стал самым важным в моей жизни. Прежде, когда я снимал фильмы, я знал результат. Здесь иное: я находился в чужом государстве, в незнакомой культуре, в сфере незнакомого языка. Но все получилось. И получилось именно потому, что вы помогали мне развиваться и познавать новое.

На презентации было представлено три фильма. Первый — о секретном объекте N 825, второй — о жителе Балаклавы, подводнике Артуре Панчуке, а третий был посвящен самому фестивальному проекту.

Главный видимый образ фильма — штольня, сверхсекретный объект, который был гордостью и олицетворял собой мощь и незыблемость строя. Впервые в истории государства в середине прошлого века в толще горы Таврус было построено уникальное сверхсекретное сооружение по защите подлодок от ядерного удара. Сколько труда, средств, сил человеческих было вложено в его создание! Об этом хорошо знают люди, которые находились в этот вечер в зрительном зале, — созидатели и защитники. Трагедия заключается в том, что в конце ХХ века они стали свидетелями глобального разрушения ими же построенного, краха системы, распада могущественного государства. А значит, краха своей собственной жизни.

— С Себастьяном Кайзером и Ириной Константиновой мы готовили этот проект, чтобы рассказать молодым севастопольцам об истории и штольне средствами современного европейского искусства, — сказал Роман Мархолиа. — Но вот что удивительно: хотя цели наши — прочертить горизонты будущего, оказалось, что без прошлого в Севастополе невозможно ступить ни шагу. Именно оно нас питает, дает силы и воодушевляет. Севастополь — странный город. Он вне времени. И воины этой старой морской крепости со своими идеалами государственности и служения Отечеству с трудом принимают современные идеалы общества потребления. Нечего скрывать — величие прошлого Севастополя не очень вяжется с его сегодня все более создаваемым курортным обликом.

Фильм насыщен кадрами исторических хроник. И теми, победными, героическими, которые хорошо известны. И другими, трагическими и устрашающими, взятыми из архивов, в том числе немецких. Сражающийся, ощетинившийся город 1941-1942 гг. И он же — в мае 1944-го, практически полностью разрушенный.

50-е годы. Чистый, только что отстроенный заново город. Ансамбль флота танцует на крыше гостиницы "Украина", на набережных и в скверах города. В облике Севастополя ничего лишнего, все выбелено и строго. Ни на кого не похожий, романтичный силуэт военно-морской крепости.

Севастополь 60-х. Пионеры дежурят на улицах и следят за пешеходами на переходах, в магазинах отделы саморасчета, на площади Ушакова стоит подиум и при большом скоплении горожан проходит показ модной одежды.

70-е годы. Новейшие технологии. Наукоемкое производство. Военные парады устрашают и восхищают. Севастополь живет в последнем рывке напряжения перед спадом застоя.

80-е. Много политики. Риторика в новостях и фильмы, посвященные 200-летию города, похожи один на другой.

Но все равно пока все еще цельно, собранно. Рваться по швам жизнь начнет позже: в конце восьмидесятых — начале девяностых. Это позже — разграбленные цеха, разворованное оборудование.

Смотришь на представленные фильмы и ощущаешь разность авторского подхода и восприятия Романа Мархолиа и Себастьяна Кайзера. У Романа любовь к городу и севастопольцам, преклонение перед ними прослеживаются подспудно, как главный движущий мотив. Он сопереживает, он вглядывается в лица и пытается запечатлеть отсвет того времени, когда жизнь была наполнена особым смыслом. Он негодует.

— Севастопольцы до сих пор особенные, — делился Роман в период работы над проектом. — Они патриоты. Только патриотизм у них все больше становится надрывным, болезненным. Он так не ко времени. Город живет в конвульсиях перемен. Главное, что я чувствую, — раздражение и досаду. За границей соотечественники смогли сохранить дух и культуру нации, несмотря на изгнание, а величие нашего Севастополя все больше уходит в прошлое. Новое строительство ведется не на мощном фундаменте, а рядом, на пустом месте. И вокруг монолитов времен рухнувшей советской империи лепятся турецкие времянки с бутафорскими белыми колонками.

У другого автора — Себастьяна Кайзера — на первом плане нескрываемое удивление: эти люди, участники грандиозных планов сильнейшего государства, и тогда, и сейчас донельзя скромны, нетребовательны, щепетильны. И тогда, и сейчас они пребывают в убогих, обшарпанных домах и в их душах все еще проскальзывает затаенная боязнь: а не раскроем ли мы в беседе лишнее, за что можно поплатиться свободой? Себастьян, как мне кажется, смотрит словно свысока, с позиций цивилизованной, холодной, надменной Европы. Он констатирует: этим людям, усердно строившим в недалеком прошлом коммунистическое общество, посчастливилось жить в Балаклаве, таком сказочном, райском уголке, но они не чувствуют себя хозяевами, они уже привыкли существовать с опущенными плечами.

Разные, порой противоречивые мысли вызывает кинематографическая часть проекта Романа Мархолиа и Себастьяна Кайзера (оператор Светлана Казарина). Но бесспорно одно: фильмы эти внесли существенный вклад в историю Балаклавы, той ее страницы, о которой прежде не говорили. Именно так оценили представленные фильмы первые зрители — ветераны, представители Балаклавской райгосадминистрации, студенты, артисты, жители Балаклавы.

Другие статьи этого номера