Тендер выиграли американцы

В 1905 году у набережной Приморского бульвара на скале в море был установлен памятник в виде колонны с бронзовым орлом, который держит в клюве венок. На пьедестале надпись: «В память кораблей, затопленных в 1854-1855 годы для заграждения входа на рейд». Этот памятник, отражающий одну из трагических страниц Крымской войны, стал визитной карточкой Севастополя.
О затоплении кораблей и судов на фарватере Севастопольской бухты многим известно, а вот о том, как после Крымской войны осуществлялся их подъем, знают немногие. Чтобы выяснить связанные с этим обстоятельства, наш корреспондент встретился с заведующим научной библиотекой Музея Черноморского флота Михаилом МАКАРЕЕВЫМ, который собирает сведения о судоподъеме. Вот что ему удалось узнать.1 сентября 1854 года англо-французская эскадра в составе 50 линкоров и пароходов подошла к Евпатории и высадила десант, насчитывающий 60 тысяч человек и около сотни орудий. Когда неприятель вышел на марш вдоль побережья к Севастополю, навстречу ему выдвинулись русские войска и заняли позиции на берегу реки Альмы. На рассвете 8 сентября началось Альминское сражение. Потери с обеих сторон составили около 10 тысяч человек. Русские войска, вдвое уступая противнику в численности, вынуждены были отступить. Англичане и французы не решились их преследовать.

10 сентября начальник штаба Черноморского флота адмирал Владимир Корнилов собрал флагманов и капитанов. На Военном совете решали, как организовать оборону города и вступать ли в бой на море с англо-французской эскадрой или найти другую возможность воспрепятствовать прорыву в бухту неприятельских кораблей и обстрелу ими Севастополя. Корнилов высказался за морской бой, но возобладало мнение капитана 1 ранга А. Зорина, предложившего затопить на фарватере старые суда.

На следующий день между Константиновской и Александровской батареями путем открытия кингстонов и клапанов было затоплено 5 линкоров и 2 фрегата. Линкор "Три святителя" пошел ко дну только после того, как по его борту с парохода "Громоносец" сделали 27 выстрелов. 14 сентября по приказу адмирала Павла Нахимова затопили еще два корабля. После осенних штормов, разметавших пущенные на дно корабли, вновь возникла угроза входа в бухту эскадры, и было решено затопить корабли между Михайловской и Николаевской батареями. Всего за Крымскую войну на дне бухт оказалось 75 кораблей и 16 пароходов.

После окончания боевых действий на Черном море возникла острая необходимость очистить севастопольские бухты и возобновить по ним судоходство.

В августе 1856 года в журнале "Одесский вестник" было опубликовано объявление о том, что Морское министерство готово рассмотреть предложения о подъеме кораблей и судов. Первым откликнулся лейтенант Д. Афанасьев из Николаева. Он предложил судоподъем с помощью мешков из парусины, пропитанных каучуком. По его расчетам, четыре цепи из 500 таких мешков, соединенных между собой шлангами, способны были создать подъемную силу в 300 тысяч пудов. Афанасьев ссылался на успешные испытания каучуковых мешков, проведенные в Санкт-Петербурге в 1852 году. Этот вариант Морское министерство не отвергло, но продолжало искать другие. Аналогичные предложения поступили от Голландии, неаполитанских водолазов и российского товарищества "Гидростат".

Выражаясь современным языком, тендер выиграли американцы. В ноябре 1856 года был подписан контракт с Бостонской водолазной компанией. Из Америки прибыл представитель компании Д. Гоуэн. На него были возложены обязанности организатора судоподъема. В Севастополь были доставлены четыре плавдока с подъемной силой 2360 пудов, помпы, паровые машины для откачки воды, цепи. Гоуэн привлек к работе греческих водолазов с острова Самос и матросов Черноморского флота. По условиям контракта все поднятое со дна моря делилось поровну между Морским министерством и Бостонской водолазной компанией.

Работы начались с обследования затопленных кораблей и снятия с них такелажа, якорей, палубных орудий и орудийных платформ. Учитывая, что некоторые корабли большого водоизмещения затянуло в ил, Гоуэн сделал заказ в адмиралтейство Черноморского флота на строительство еще двух плавдоков, оснащенных более современным оборудованием и помпами высокой производительности. Они откачивали в минуту 958 ведер воды. Ко времени окончания срока контракта было поднято 58 судов. Наиболее сохранившиеся из 24 кораблей, поднятых целиком, в том числе пароход "Владимир", были отправлены в Николаев на ремонт. Они вошли в состав Черноморского флота или были проданы в торговый флот. 29 судов оказались разрушенными или разломились при подъеме. Их окончательно разрушали подводными взрывами и поднимали по частям. Кстати сказать, при подъеме "Владимира", затянутого в ил, двадцать раз рвались цепи. Пароход был передан флоту без вознаграждения Гоуэну за судоподъемные работы.

Со дна моря было добыто более 11 тысяч пудов красной меди, 3 тысячи пудов желтой меди, 21 тысяча пудов железа, 10 тысяч пудов цепей, 17 тысяч пудов чугунных орудий и столько же чугунного лома. После выполнения контракта Гоуэн убыл в Америку с 250 тысячами рублей в кармане.

Одновременно с ним судоподъемом занимались водолазы из Николаева. Они подняли в целом виде 4 брига, 4 транспорта и несколько других небольших судов. Очистка фарватера дала возможность возобновить по нему судоходство и создала условия для развития торгового порта и ускорения восстановления города.

Другие статьи этого номера