«Фашисты цеплялись за каждый рубеж, но нас ничто не могло остановить»

За штурм Сапун-горы и освобождение Севастополя зам. начальника разведки 32-й гвардейской стрелковой дивизии капитана Патука представили к ордену Отечественной войны I степени.
И снова настал май. Готовясь к главному из праздников, представители средств массовой информации спешат на традиционные встречи с ветеранами, чтобы с их помощью напомнить живущим, ценой каких неимоверных усилий далась победа над немецко-фашистскими захватчиками. К сожалению, о каждом участнике тех далёких военных лет рассказать невозможно, за что очень хочется попросить прощения у вас, уважаемые воины и труженики тыла. Мой сегодняшний собеседник — участник освобождения Севастополя полковник в отставке Иван ПАТУК.
По собственному признанию этого человека, весна для него — счастливейшее из времен года, на которое приходятся самые дорогие и памятные события: прорыв обороны Севастополя, конец Второй мировой, женитьба на лучшей на свете девушке и еще короткая встреча с сербиянкой, напророчившей ему долгую жизнь.
Кстати, в июне нынешнего года Иван Иванович отметит свое восьмидесятипятилетие. Столь почтенный возраст никак не вяжется с его молодцеватым видом. Впрочем, до сих пор не подводили фронтовика ни великолепная память, ни чувство юмора, с которым, как водится, любые трудности преодолевать легче….Война застала его девятнадцатилетним лейтенантом. В мае 41-го выпускник Харьковского пехотного училища был назначен командиром взвода 223-й стрелковой дивизии, а 20 июля дивизия уже приняла первый бой под Винницей.

— Сказать, что было страшно, — значит, ничего не сказать, — вспоминает мой собеседник. — Немец шёл напористо: танки, мотоциклы, машины с солдатами — превосходство сил двадцатикратное. Заметили нас — построились в цепь для атаки. У каждого — автомат. А мы кто с винтовкой, кто с пистолетом. Трудно пришлось. С серьёзными потерями буквально чудом дивизия вырвалась из окружения.

Прежде чем Патук дошёл до Севастополя, прошло четыре долгих и тяжёлых военных года. За это время он был контужен и трижды ранен, участвовал в боях за Кубань, в форсировании Керченского пролива, освобождении Керчи, Феодосии, Белогорска, Зуи, Симферополя, Бахчисарая.

Сапун-гора. Фашисты соорудили здесь шесть ярусов траншей, прикрытых минными полями и обнесённых рядами проволочных заграждений. Перед зам. начальника разведки 32-й гвардейской стрелковой дивизии Иваном Патуком была поставлена задача создать прорывы в первой оборонительной линии и удержать их до подхода основных сил. Ещё до начала наступления командир дивизии сформировал специальный разведывательный отряд из разведроты, автоматчиков и сапёров, усиленный миномётами и артиллерией и поддерживаемый радиосвязью.

15 апреля отряд вышел к немецким оборонительным позициям. За двое суток на подступах к Сапун-горе разведчики сумели захватить 8 пленных, установить группировку сил противника, определить начертания траншей, а также места наблюдательных пунктов. На основании полученных данных стало ясно, что оборону врага без предварительной подготовки не прорвать. 27 апреля разведчики выбили фашистов с безымянной высоты, пленили 54 человека, по их показаниям уже окончательно были установлены численность группировки сил противника и слабые места обороны. Наконец 7 мая дивизия заняла исходное положение для наступления, а к утру началась артиллерийская и авиационная подготовка к штурму.

— Если бы вы видели, что там творилось! — рассказывает Патук. — Из-за густого дыма, копоти и пыли темно, как ночью, в воздухе — камни, брёвна от разбитых блиндажей и дзотов. Фашист цеплялся за каждый рубеж, но нас уже ничто не могло остановить. Тут уж не они навязывали бой, а мы им, причём делали это яростно, с исключительной храбростью, презирая смерть. К вечеру Сапун-гора была взята. Ещё через 2 дня с боями мы ворвались в Севастополь. А 12 мая на мысе Херсонес прогремел последний выстрел, возвестивший о том, что немецко-фашистские войска в Крыму разгромлены. Только разведчиками было взято в плен около тысячи человек.

К слову, все разведывательные операции Иван Иванович возглавлял сам, участвуя во взятии "языка", не раз дрался с врагом врукопашную. После освобождения Севастополя 32-ю гвардейскую перебросили в Прибалтику. Там и закончил войну Патук. День победы застал его в Кенигсберге: на парадном кителе — 7 боевых орденов и множество медалей, за плечами — половина Европы. В ту пору было капитану всего 23 года и жизнь его только начиналась…

Дальше — служба в Вооружённых Силах, Фрунзенская академия, Киевский военный округ и снова — Севастополь, должность — начальник штаба гражданской обороны. Последние 10 лет Иван Иванович работал оперативным дежурным службы "063" городской государственной администрации. Казалось бы, годы берут своё, но и сегодня фронтовик в строю: участники обороны и освобождения Севастополя недавно избрали его председателем совета ветеранов. Здоровья вам, Иван Иванович, и долгих лет, низкий поклон за стойкость и мужество, за волю к победе, за этот спасенный город, за мирное небо над нашей головой.

Другие статьи этого номера