Катафалк не понадобился. Тяжелый гроб из красного дерева с телом городского головы А.А. Максимова рабочие пронесли на руках

На старом кладбище, что на улице Пожарова, каким-то удивительным образом сохранился до наших дней единственный фамильный склеп городского головы А.А. Максимова. В следующем году мы отметим сто лет, как в нем покоится прах дореволюционного мэра. Здесь же были захоронены маленькие дети Максимова и некоторые его родственники. 8 июня состоялось перезахоронение их останков.Алексей Андреевич Максимов при жизни пользовался у населения большим авторитетом. Выходец из крепостных, бывший чернорабочий, он, по признанию современников, был настоящим русским самородком. Став крупным купцом, а затем и городским головой, не забыл, как тяжело достается простому человеку обычный кусок хлеба. Со свойственным ему размахом занимался благотворительностью, способствовал выделению земли горожанам, давал беспроцентные ссуды. И если кто-то не мог отдать долг, ни с кем никогда не судился.

Правда, подобная гражданская позиция не всегда устраивала аристократические круги. Высокие чины от жандармерии не раз высказывали Максимову претензии, что он не слишком разборчив в связях. На это севастопольский городской голова обычно отвечал, что в общении с людьми в первую очередь ценит не их политические взгляды, а профессионализм.

21 августа 1908 года Максимова не стало. Его смерть была внезапной — еще несколько месяцев назад родилась дочь… В день похорон городского головы в городе встало трамвайное сообщение. Катафалк не понадобился. Тяжелый гроб из красного дерева в течение четырех часов рабочие, сменяя друг друга, несли на руках.

В Гражданскую войну кладбище на ул. Пожарова превратилось, по описаниям современников, в зону беспредела. В склепах жили воры, бандиты и прочие "криминальные элементы", не имевшие крыши над головой. Рассказывали, что по ночам здесь боялись появляться даже хорошо вооруженные чекисты. Но даже в этой обстановке ни у кого не поднялась рука осквернить фамильный склеп А.А. Максимова.

Он остался неприкосновенным и в годы Великой Отечественной войны. Разный люд находил приют на кладбище, в их числе и бежавшие военно-пленные, но, опять же, военное лихолетье не коснулось праха Максимова.

Первый случай вандализма был зарегистрирован в 50-е годы. (Кстати, известному в городе писателю и публицисту А.М. Чикину удалось разыскать этого человека. Участь его ужасна — законченный наркоман, не раз побывавший в тюрьме). А потом, по свидетельству родственников Алексея Андреевича, навещавших инкогнито место захоронения предка, склеп вскрывался с печальной регулярностью. Последний случай произошел всего около полугода назад. Захоронения были раскопаны, гробы вскрыты. Первыми это заметили прихожане церкви Всех Святых, расположенной на территории кладбища. Разбросанные детские кости поначалу приняли за останки животных. Но когда прояснился смысл произошедшего, люди были глубоко возмущены.

Деньги, необходимые для перезахоронения и отпевания, собирали всем миром. Наконец, в присутствии родственников городского головы, приехавших из Джанкоя, городской и религиозной общественности прошло мероприятие, которое некоторые уже назвали историческим. Первый раз за сто лет севастопольцы отдали дань уважения и почтили память А.А. Максимова, человека, так много сделавшего в свое время на благо горожан. Некоторые его дела мы можем увидеть и по сей день. Например, выстроенный на средства Максимова Пещерный храм Георгиевского монастыря (еще одна церковь, подаренная Максимовым городу, находилась на месте стадиона "Чайка" и была взорвана); здание Музея Черноморского флота; функционирующий и в наши дни Александровский док и многое, многое другое, о чем еще, видимо, предстоит рассказать.

Наталья Николаевна Астанькович, внучка городского головы, не могла сдержать слез и от души благодарила всех людей, почтивших память ее деда. Ее мама, Вера Алексеевна Максимова, прожила трудную жизнь, скрывала свои родовые корни и, чтобы не навлечь беду на детей, всегда говорила: "Никогда никому ничего не рассказывай". Как хорошо, что это время прошло и мы сегодня можем открыто взглянуть в лицо друг другу.

Другие статьи этого номера