Если госпиталь закроют, где будут лечиться ветераны?

"Пишу вам это тревожное письмо, так как в городе все больше распространяются слухи о том, что Военно-морской госпиталь ВМС Украины, который находится в районе бухты Круглой, скоро прекратит свое существование. Говорят, что его "приберут к рукам" известные толстосумы, чтобы возвести для себя роскошные владения в районе одной из самых живописных бухт нашего города-героя. И тогда не станет практически единственного в Севастополе медицинского учреждения, где стационарно лечатся не только военнослужащие и ветераны ВМС Украины, но и инвалиды и участники боевых действий Отечественной войны, а также ветераны флота, которых в городе много тысяч.

Говорят, что некто, используя в свое время служебное положение, "отхватил" добрую часть территории этого госпиталя, отгородил ее высоченным забором от больных и персонала госпиталя. Интересно, за какие особые заслуги он стал владельцем госпитальной земли? Невольно вспоминаешь скромный небольшой домик на улице Советской, где жил, занимая его половину, герой обороны Севастополя, много лет командовавший Черноморским флотом, в том числе и в военные годы, адмирал Ф.С. Октябрьский.

Хотелось бы "подивитись в оч?" нынешнему "удельному князьку", осталась ли в них хоть капля совести и порядочности?

Недавно мне пришлось пройти курс лечения в этом госпитале, куда меня привезли на "скорой" с ишемическим инсультом. Пишу честно и без преувеличений: меня поразили поистине образцовый порядок в "нервном" отделении, вежливость врачей, медицинского и обслуживающего персонала, их профессионализм, доброта, забота о больных. Все мои товарищи, которые лечились в этом госпитале, единодушно дают такую же оценку всем отделениям госпиталя.

Хочу кратко написать о себе. И делаю это, упаси Бог, не для того, чтобы сказать, какой я хороший, а только чтобы рассказать, почему люди с тревогой относятся к возможному закрытию госпиталя ВМС Украины.

Я начал воевать в октябре 1941 года рядовым бойцом в составе курсантского батальона Военно-морского училища береговой обороны (оно находилось на Корабельной стороне в зданиях, где сейчас филиал МГУ). Наш батальон вместе с 54-й береговой батареей первым вступил в бой с отборной фашистской бригадой под Бахчисараем и шесть суток удерживал свои рубежи, не пуская немцев к Севастополю, а затем, понеся тяжелые потери, отошел по приказу командования на Мекензиевы горы, где вошел в состав 25-й Чапаевской дивизии.

В декабре 1941 г. мне присвоили офицерское звание, я воевал в составе 345-й стрелковой дивизии. В феврале 1942 г. командовал ротой и во время атаки был ранен. После излечения был назначен командиром взвода в 7-ю бригаду морской пехоты полковника Е.И. Жидилова. Во время последнего штурма немцами нашего города мой взвод оборонял вершину горы Гасфорта. При отражении одной из атак фашистов я был ранен и убыл 27 июня 1942 г. на лидере эсминцев "Ташкент". Это был последний корабль, прорвавшийся в Севастополь, он доставил нас в Новороссийск. После излечения в составе маршевого батальона ЧФ был направлен на Сталинградский фронт, где воевал четыре месяца, командовал разведротой 14-й гвардейской морской стрелковой бригады. В декабре 1942 г. в бою с окруженными фашистами был ранен и тяжело контужен. После излечения убыл на Ленинградский фронт, где был назначен заместителем начальника разведки 260-й бригады морской пехоты КБФ. Войну закончил на острове Эзель (Эстония). После войны окончил Военно-морскую академию, командовал батареями и частями береговой обороны на Тихоокеанском и Балтийском флотах, служил в штабах береговой обороны на ТОФ и ЧФ. Прослужил на флоте более 33 лет (с учетом войны — более 38 лет), проработал на Черноморском флоте более 23 лет, общий трудовой стаж — 63 года. Примерно такие же судьбы и у моих друзей из состава курсантского батальона, и у других защитников Севастополя. После войны в городе проживали около двухсот бывших бойцов-курсантов, сейчас нас осталось всего шестеро. Но в городе живут несколько тысяч инвалидов и участников боевых действий; всем им давно за восемьдесят, все они часто и тяжело болеют, и единственную надежду на достойную медпомощь в последние годы жизни нам дает госпиталь ВМС Украины.

В последнее время мы слушаем ну до чего приятные и насыщенные обещаниями законы, постановления и призывы к заботе об еще оставшихся в живых ветеранах войны, а думаем при этом лишь о малом, только о крайне необходимом. Однако и здесь одни осечки.

Я думаю, что выражу мысли и чаяния не только личного состава и ветеранов ВМС Украины, но и всех инвалидов и участников боевых действий Отечественной войны, а также ветеранов флота, проживающих в Севастополе, если напишу великую просьбу к руководителям нашего города, к министру обороны Украины, к избранным депутатам всех рангов: защитите Военно-морской госпиталь ВМС Украины! Не отдавайте его новым "князькам", не лишайте нас последней надежды! Нам осталось совсем недолго…

Другие статьи этого номера