Принесет ли пользу «прививка демократии»?

Обычно создающиеся государства являются оформлением долгого (десятки, сотни лет) вызревания социально-экономических и политических противоречий и компромиссов. А правовым оформлением этих противоречий и является Конституция государства или аналогичные документы.

При создании независимой Украины и большинства республик СНГ логика этого процесса (появление имущественного, социального неравенства, борьба за господство в обществе, создание аппарата подавления недовольных, оформление ситуации законодательно), сохраняясь в целом, была нарушена на отдельных этапах. В результате на политическом развитии сказались национальные, демократические иллюзии трудящихся. Многие психологически не смогли воспринять вчерашних партийных и советских руководителей как новых собственников — "хозяев жизни".

Обретение частной собственности бывшей номенклатурой проводилось не в результате длительной борьбы, расслоения общества, а командно-административным способом. Больше получал не тот, у кого был больше капитал, а тот, у кого был выше занимаемый пост, крепче связи. Разумеется, эффективным собственником этот социальный слой просто не мог быть. Источником капиталистической прибыли этого периода (1989-1999) были "дерибан" государственной собственности и торговля сырьем с западными странами.

Гигантский объем всего созданного советскими людьми сыграл роль "подушки", смягчающей противоречия между слоями предпринимателей. Поэтому данные противоречия носили характер личностных, а не социальных. И поэтому устранялись они не созданием действующих законов, а взяткой, пулей или высокой должностью. Были ослаблены и основные противоречия — между трудящимися и олигархами.

Правовым оформлением такого государства, где господствовали иллюзии, что "верхи" хорошо живут не за счет "низов", а исключительно благодаря своим талантам и способностям, и стала Конституция 1996 г.

В ряду современных буржуазных конституций она не столь уж плоха. В духе времени эта Конституция гарантирует трудящимся ряд серьезных социальных, экономических, политических прав. Конституцию 1996 г. можно считать трехсторонним компромиссом: между ошалевшими от вседозволенности олигархами, романтиками украинской национальной идеи и грозной, но не пробудившейся силой — народом Украины.

Уровень гражданского самосознания, социальная структура общества 90-х годов были столь незрелыми, что главный закон страны в обыденном сознании воспринимался как некий абстрактный атрибут государственности, которым никто не пользуется.

Ситуация стала меняться после того, как укрепившиеся рыночные отношения стали вторгаться в "жовто-блакитную" идиллию. Отношения купли-продажи рабочей силы втянули в свою орбиту миллионы людей со своими интересами и надеждами. Бизнес стал получать живой доход уже не только от разграбления государственной собственности и перекачки нефти. Соответственно увеличились количество и вес спорных "лакомых кусочков", и уже целые социальные слои буржуазии стали группироваться по интересам.

Мелкая и средняя буржуазия, выросшая в 90-е годы, начала давить на бизнес "первой волны" — бывших партноменклатурщиков, уцелевших криминальных авторитетов. Последние все больше стали опираться на административные методы борьбы с конкурентами.

У первых массовых антипрезидентских выступлений 2000-2002 гг. есть более глубокое — экономическое — обоснование, чем обычные политические репрессии. Развивающийся бизнес Украины был готов признать "сильного" президента-арбитра только в том случае, если бы он был равноудален от всех промышленно-финансовых группировок. Таким требованиям не соответствует ни Кравчук, ни Кучма, ни Ющенко, ни Янукович, ни тем более Тимошенко.

Отсюда попытка бизнеса создать "коллективного арбитра" — парламентскую или парламентско-президентскую республику.

Вот тут и сработала заложенная в 1991-1999 гг. мина замедленного действия. Эта "мина" — непритертость узлов и шестеренок машины буржуазного государства, которое было создано не в ходе длительного созревания социально-экономических противоречий, а в ходе распада СССР.

Эту машину первые годы государственности Украины только обмахивали от пыли да совершали вокруг нее ритуальные танцы с пением гимна. Любой чиновник госадминистрации, Верховного суда, Конституционного суда, прокуратуры, ЦИК знал, какую волю какого вышестоящего начальника он должен защитить и обосновать ссылками на закон. Все было просто и понятно.

С осени 2004 г. (выступление на Майдане) застоявшуюся государственную машину пришлось включить сразу на полную мощность. Оживились целые социальные слои бизнеса, каждый из которых имел "своего" начальника, "свою" партию, свои интересы.

В результате трещат по всем швам не только отдельные институты государства, но и сама Конституция, составленная "для приличия" таким образом, что при любом социально-политическом конфликте каждая из сторон (олигархи, национал-патриоты, трудящиеся) может найти в ней правовые обоснования своих действий.

Озадачивает уже преамбула этого документа. Если Украина — светское государство, то почему одним из мотивов его создания стала ответственность перед богом? Каким богом? Богом — некой высшей силой или Иисусом Христом, или Аллахом, или Яхве?

Ст. 3 гласит, что смыслом деятельности государства является защита главной ценности — прав, свобод, жизни и здоровья людей. Но если государство не хочет или не может выполнять эти задачи, что с ним должны делать люди, народ? Тот самый народ, который, согласно ст. 5, является единственным источником власти в государстве.

Вроде бы интересы народа выше интересов какой-либо нации или какого-либо класса общества. Согласно Конституции, только народ может определять форму государственной власти, внешнеполитические приоритеты да и саму судьбу государства.

Однако ст. 17 тут же одергивает горячие головы и утверждает, что защита суверенитета, целостности, уважение символов государства — важнейшая функция государства, дело всего народа. Здесь мы явно сталкиваемся с элементами "обязательной государственной идеологии", идеологии выживаемости государственности как абсолютной ценности.

А это уже противоречит ст. 15, которая декларирует, что Украина — демократическая страна и в ней не может быть государственной идеологии, тотальной идеи, управляющей обществом.

Ст. 27 заявляет о праве каждого человека защищать свою жизнь и здоровье, жизнь и здоровье других людей от противоправных посягательств. Как должен вести себя человек, уважающий Конституцию и сталкивающийся с постоянной угрозой жизни и здоровью со стороны государственных институтов Украины?

Дело даже не в том, что угрозу жизни и здоровью косвенно приносит невыполнение государством ст. 28-35, гарантирующих ряд личных прав и политических свобод. Эти случаи распространены, многократно освещены в СМИ, но пока (!) не носят массового характера. Речь идет о другом. Ряд положений из раздела экономических прав (ст. 42) говорит о праве на достойную оплату труда. В этом смысле любая начисленная оплата труда, которая неспособна обеспечить право на жизнь и здоровье человека, является юридически зафиксированным фактом угрозы со стороны работодателя, учреждения, государства.

Неспособность постсоветских государств обеспечить выполнение конституционных норм, в том числе равенство всех граждан перед законом и судом, сегодня признается добросовестными юристами.

В Конституции Украины пункт о равенстве людей перед законом декларирует ст. 24. Разумеется, она не оговаривает, что среди всех равных есть "более равные". Это те, у кого есть деньги на дорогого адвоката, есть время, чтобы судиться, а не работать. Даже само украинское государство вынуждено официально признать, что неспособно обеспечивать декларируемые им же обязательства перед людьми. Закон Украины "О временном запрещении взимания пени" начинается со слов: "В связи с невыполнением государством обязательств по выплате зарплат и пенсий…" ("Голос Украины", 25 февраля 1999 г. N 35). Какого же развития событий следует ждать гражданам Украины сегодня, учитывая все вышесказанное?

Главный источник нестабильности государства — не за границей (в Америке или России). Он — в самих основателях этого государства, в слабости, непоследовательности господствующего социального слоя: бизнесменов, чиновников.

Они никак не могут подняться выше сиюминутных шкурных интересов. Отсюда их метание от президентской к парламентской республике. В одном случае есть опасность, что бизнес, близкий к президентской вертикали, подомнет весь остальной (ситуация 1998-2004 гг.), в другом — что парламент превратится в "банку с пауками", где каждый лоббирует свои интересы (ситуация 2004-2007 гг.).

Противоречия, раздирающие Украину, идут не по линии "Восток — Запад". Этот опасный миф искусственно внедряется в головы наименее политически зрелой части общества. Противоречия идут по линии: "промышленный — финансовый капитал", "мелкий — крупный бизнес", "экспортеры — те, кто производит на внутренний рынок".

Усиливают нестабильность государства не "плохие" законы, а несоответствие между законом и установившейся в 90-е годы социально-политической практикой разрешения конфликтов и противоречий. Это несоответствие может быть ликвидировано двумя способами.

Способ первый: Конституция и законы будут лишены декларируемых прав и свобод, "опущены" под ситуацию, когда олигархи господствуют, чиновники безнаказанны и безответственны. Для этого часть политической элиты не желает отдавать свои полномочия местным органам власти, вновь пытается усилить "президентскую вертикаль", снова, как при Кучме, говорит о двухпалатном парламенте.

Второй способ: "поднять" общество до уровня демократических норм Конституции, т. е. изменить социально-политическую практику разрешения противоречий, научить людей бороться за свои права в соответствии с декларируемыми нормами закона. Этот путь более долог и сложен. По нему идут народы европейских стран. События последних двух-трех лет свидетельствуют, что Украина также вступила на этот путь. "Прививка демократии", полученная обществом, не прошла бесследно.

Другие статьи этого номера