СовлаДЕЛЬЦЫ

Где в современном Севастополе кипят нешуточные страсти, так это в обществах совладельцев. Дачные и садоводческие кооперативы бьются за каждую пядь земли, защищаясь от «посторонних» прирезок за счет лесных фондов и новых хозяев земельных участков, смещающих прежнее руководство. У совладельцев многоквартирных домов проблем еще больше. Попробуй выбей деньги у города на капитальный ремонт крыши, если дом не рэповский! А чего стоит бесконечная череда заключений договоров с поставщиками коммунальных услуг, которые общественность, прямо скажем, недолюбливают? Еще хорошо бы отобрать у фонда коммунального имущества встроенно-пристроенные помещения в пользу жильцов дома, оформить землеотвод придворовой территории, защититься шлагбаумом от ночлежки для чужих машин. Но все вышеперечисленные проблемы можно отнести к разряду внешних. Они совладельцев объединяют в едином порыве на пути к улучшению условий быта. Следом за ними идут мелкие, скользкие трудности «разборок» между самими жильцами.

Например, когда треть квартировладельцев не желает сдавать деньги на установку теплосчетчика, а теплоэнергетикам на скандальную ситуацию внутри дома наплевать, и счета они будут присылать всем — и сдававшим гривны, и не сдававшим — по показаниям прибора учета. Или, больше того, часть жильцов принципиально (!) годами не платит за квартиру, а в подвале пора менять трубы… Но случаются в обществах совладельцев многоквартирных домов и совсем уж нетипичные конфликты. Такая "из ряда вон" ситуация и начала развиваться в старейшем ОСМД Севастополя на ул. Пожарова. Здесь совет дома начал готовить судебный иск в хозяйственный суд на соседа — инвалида 1-й группы.

В 1996 году, через два года после заселения дома, у одного из его жильцов встал далеко не праздный вопрос: как кормить семью? Бывший работник завода "Парус", бывший начальник цеха Александр П. получил тяжелейшую травму позвоночника и оказался навсегда прикованным к инвалидному креслу в четырех стенах собственной квартиры на первом этаже. Еще оставались некоторые сбережения, но надолго их хватить не могло. Вкладывать деньги в банк было чистым безумием: в то время они и трасты лопались как мыльные пузыри, а "банкиры" и "менеджеры" разбегались с остатками украденных сумм. Самым надежным и реальным тогда показалось ему создать дело прямо в доме, в подвале под своей квартирой. Многоквартирный дом уже был организован как объединение владельцев квартир, но все подвалы и цоколи здания были еще никому не нужны, кроме, конечно, лиц без определенного места жительства. И напрасно председатель правления пытался закрывать на замки подвальные помещения — "оковы" срывались, и подсобные площади превращались в импровизированные ночлежки. И вот такой подвал — захламленный, темный и грязный, без каких-либо коммуникаций — Александр П. решил превратить в помещение, пригодное для офиса или производства. Он заключил с объединением договор аренды, оформил все необходимые документы и начал строительные работы.

По его собственному признанию, стройка "съела" все сбережения семьи. Туда "ухнули" также и деньги от продажи нового гаража, участка земли с недостроенным домом (до травмы Александр П. начинал строительство собственного дома) и всего, что можно было продать. Наконец, работы были закончены, помещение официально введено в эксплуатацию. Но это было полдела. Нужно было заставить помещение работать. Внедрившись в рыночную стихию, Александр П. быстро осознал, что для успеха любого дела мало одной головы — требуются ноги. Нужно активно перемещаться по городу, заводить и поддерживать деловые контакты, посещать банк, налоговую, Пенсионный фонд, другие учреждения и ведомства. Никто тебе ничего не принесет, кроме штрафа. Прошло несколько лет, пока, наконец, помещение стало приносить скромный, но стабильный доход.

Постепенно соседние цокольные помещения обживали другие арендаторы: в доме появился продовольственный магазин, заселилась коммерческая фирма. Но все они были со стороны. Александр П. был единственным членом объединения, кто на протяжении многих лет вносил деньги из зарабатываемых им скромных средств в общую кассу…

Дальше идет новейшая история города. После окончания первой пятилетки третьего тысячелетия совет совладельцев неожиданно осознал, что дом-то стоит практически в центре города, а значит, подсобные помещения — это не просто подвалы, это — капитал! Вновь избранный молодой и грамотный председатель правления не пожелал видеть в Александре П. соседа или, тем более, инвалида, нуждающегося в поддержке. С твердой уверенностью в том, что Александр П. "для дома не более чем частный предприниматель", правление решительно двинулось по пути улучшения финансирования ОСМД. 26 декабря 2006 года над инвалидным креслом Александра нависли четыре фигуры со стороны общественности.

"Увидев их напряженные лица, внесшие резкий диссонанс в предпраздничную атмосферу, я сразу почувствовал неладное, — рассказывает Александр П. — Всплыла в памяти сцена из фильма "Собачье сердце", когда в квартиру профессора Преображенского вот так же вошли четверо. В моем случае было менее колоритно, но более жестко. Они объявили, что "с 1 января будете платить новую арендную плату". Размер ее вверг меня в недоумение. Плата увеличивалась в 13,5 раза, почти в два раза превышая общий доход, получаемый мной от помещения. У меня отбирали все!"

Через неделю требования были повторены, причем в самой пренебрежительной форме. Тогда инвалид-колясочник понял: жизнь в его доме переходит на новые рельсы — пора изучать законодательство. Так между конфликтующими сторонами завязалась активная переписка с грозными требованиями правления и обусловленными отказами инвалида. Но долго так продолжаться не могло. Срок аренды подвала заканчивался 1 августа 2007 года, требовалась пролонгация договора. Документ, предложенный к подписанию председателем общества совладельцев, юридически уничтожал бизнес Александра П. "Ознакомившись с проектом договора, который передал мне председатель правления, я теперь в полной мере осознал смысл высказанных в письмах угроз, — продолжает Александр П. — Он содержал требование отдать безвозмездно вновь созданное в ходе реконструкции помещения имущество, являющееся неотделимыми улучшениями. Как пример можно представить себе, что вы арендуете гараж и ставите туда свой грузовичок, с помощью которого зарабатываете себе на жизнь. И вот посредник-управляющий, нанятый хозяином гаража, выдвигает перед вами условие: когда договор аренды закончится (через год), грузовичок остается ему. Подпишите такой договор — и через год у вас нет грузовичка". Также новое правление настаивало на том, что реконструкция, проведенная Александром П. за собственные средства, теперь никого уже не интересует, то есть он арендует помещение с как бы уже существовавшими улучшениями. Естественно, такой договор подписан не был. Что и дало правлению право на подготовку иска в суд об освобождении помещения "самовольщиком"!

В этом материале намеренно не оглашается сумма арендной платы (по мнению некоторых представителей дома, она мизерна, Александр П. считает ее обоснованной), не расписываются подробности взаимных претензий и оскорблений, не приводятся мнения юристов о правоте сторон. Речь не о том.

Какое безумное негодование исходит со скамеек у наших подъездов, когда в очередной мыльной серии какой-нибудь классический негодяй лишает крова впавшую в кому от горя тихую старушку-мать! И как тяжело возлюбить на самом деле ближнего своего, тем более если этот ближний еще борется за жизнь и за свою семью. Это — в глобальном смысле. А в прикладном — возникает вопрос: готовы ли наши общества совладельцев мыслить действительно по рыночному? То есть скинуться деньгами (у кого нет — одолжить ради будущей прибыли), отремонтировать подвалы и чердаки, сдать их в аренду и использовать эти деньги на общие нужды. А то ведь история Александра П. из первого в городе ОСМД повествует о том, что севастопольцы по-прежнему готовы лишь отобрать и поделить. Даже молодые и грамотные. В доме на ул. Пожарова еще есть пустые захламленные площади, но в суде общество совладельцев будет пока биться только за обустроенный средствами инвалида подвал. Правда, он, как "невыездной" даже во двор собственного дома, вряд ли посетит хоть одно судебное заседание.

Ирина КАРАТАЕВА.

P.S. В телефонном разговоре с корреспондентом "Славы Севастополя+" один из представителей правления обмолвился, что у помещения уже появился следующий арендатор — одна из рекламных газет города. Пока новые хозяева не могут попасть в снятое помещение из-за сопротивления "бывшего" владельца.

Другие статьи этого номера