Он играл не городничего, а человека…

Великий лицедей Малого театра… Такой фразой хотелось бы начать рассказ о Михаиле Семеновиче Щепкине, которому 6 ноября исполняется 220 лет со дня рождения. В 1846 году вместе со своим другом — «неистовым» Виссарионом Белинским, выдающимся литературным критиком пушкинской эпохи, — М.С. Щепкин посетил с гастролями наш город, и Севастополь вправе гордиться своим именитым гостем. Но так и «стучится в дверь» одна ремарка: понятие «лицедей» никак не отвечает «огненной мощи» переживания и воплощенческого таланта М.С. Щепкина на сцене. Ибо он, пожалуй, первым на Руси поднял «искусство» одноклеточного скоморошества на новую планку сценического мастерства, где на первом месте — не дутое, прямолинейное, как костыль, вдохновение, а метод актерского творчества, полярный бесстрастному следованию текста, метод, основанный на обобщении обширных и глубоких личных жизненных коллизий, когда комедийный артист… «влезает в кожу действующего лица» (М.С. Щепкин. — Ред.), выполняя актуальнейшие критико-обличительные функции, четко осознавая свою особую, никем не дублируемую в обществе гражданскую миссию Актера…

ПОДАРОК ЖУРАХОВСКОГО СЕВАСТОПОЛЬСКИМ ТЕАТРАЛАМ

…Пароход "Петр Великий" пришел без опоздания из Одессы в Севастополь ранним утром 14 августа 1846 года. Пассажиров было немного. Среди них узнаваемо выделялись довольно живописные фигуры артистов Малого театра. Даже на сходнях все как-то умудрялись сгруппироваться возле знаменитого актера Михаила Семеновича Щепкина — его, юркого, кругленького, бережно поддерживал под руку не менее известный в России литературный критик Виссарион Белинский.

Гастролям этой московской труппы в Крыму способствовал малоприятный вердикт врачей и Щепкину, и Белинскому. Закадычным друзьям эскулапы настойчиво рекомендовали в сезон урожая пройти "полный виноградный курс" на Южном берегу Крыма, исходя из состояния их здоровья. Посему и поспешил Щепкин по окончании гастролей в Одессе сразу же в Севастополь.

…В тот же день нанятый артистами вместительный дилижанс отбыл в Симферополь с тем, чтобы труппа и сопровождающие лица вернулись сюда — уже на завершающие тур гастроли — 14 сентября 1846 года.

Надо непременно отметить, так сказать, организующую роль в проведении этих щепкинских гастролей на нашей земле хорошо известного в театральных кругах России севастопольского антрепренера Даниила Жураховского. Это была, несомненно, личность! Это он, малороссийский актер и бердянский купец, посчитал настоятельно необходимым делом употребить немалые средства на строительство в Севастополе на Фонтанной площади (ныне площадь Ушакова. — Авт.) прекрасного двухэтажного здания театра. 1 июля 1842 г. журнал "Одесский вестник" писал: "Долг справедливости заставляет сказать, что нужно обладать такой же страстью к театру, такой же деятельностью, как Жураховский, чтобы решиться употребить значительный капитал на построение театра в Севастополе".

Именно по приглашению Даниила Данииловича сразу с великим на то удовольствием согласился Щепкин на турне по Малороссии, как тогда именовались южные губернии России вкупе с Крымом. И, конечно же, именно Жураховский встретил 14 сентября 1846 г. М.С. Щепкина и его товарищей на вокзале в Севастополе. Решено было гостиницей не обременяться, т.к. в новом театре оказалось несколько прекрасно оборудованных для жилья грим-уборных. В одной из них, скорее всего, и поселились Щепкин и Белинский на все время гастрольного турне.

ШЕСТЬ РОЛЕЙ ВЕЛИКОГО ЩЕПКИНА

…В первый же свободный вечер (до начала сигнального спектакля "Ревизор" оставалось два дня) Щепкину представили севастопольских артистов, будущих участников его спектаклей: Лебедева, Шульца, Струкова, Дрейсига и Зубовича. Состоялся вполне профессиональный разговор, а затем все устремились на ул. Екатерининскую, к Графской пристани, где именно в этот день намечались завершающие работы на карнизе колоннады.

Вечер уже окутывал теплой жеманной дымкой Севастопольскую бухту, на Екатерининской площади играл оркестр. Гостей попросили обратить особое внимание на Екатерининский дворец — здесь в 1845 году останавливался Николай I…

А на следующий день начались репетиции. Сопровождающий Белинского и Щепкина музыкальный критик петербургской газеты "Голос" А.Н. Серов сразу же отметил в своем блокноте: "Оркестр плохой". Но Щепкин, по мнению критика, остается "верен характеру" и "играет блестяще".

Всего за время гастролей в нашем городе М.С. Щепкин представил на суд зрителей шесть спектаклей, где играл главные роли: городничего в гоголевском "Ревизоре", выборного Макогоненко в "Наталке-Полтавке" Котляревского, Михайлу Чупруна в малороссийской опере Котляревского "Москаль-чаровник", матроса Симона в водевиле Т. Соважа и Ж. Делюрье "Матрос", главного персонажа в пьесе Белинского "Пятидесятилетний дядюшка, или Странная болезнь", пройдоху из пьесы Ф. Мессинджера "Новый способ платить старые долги".

Белинский во время всех представлений сидел в первом ряду партера. "Неистовый" Виссарион, надо отметить, весьма реально, а порой и бескомпромиссно, оценивал талант своего друга. Он говорил: "Люблю его до страсти! Но, поди ж ты, Михаил Семенович страдает порой таким излишеством чувства и страсти, что это мешает рисунку роли. А чего стоят его милые украинизмы в русском спектакле! Однако, по большому счету, — хорош, блестящ!"

— Торжество твоего искусства, — сказал он вечером в начале октября великому актеру по окончании водевиля "Матрос", — состоит в том, что твой старик Симон с синей русалкой на плече заставляет трепетать даже очень привередливого здешнего зрителя, где полпартера — флотские люди в морских мундирах.

Между прочим, на особой взыскательности севастопольского зрителя сделал акцент и обозреватель С.-Петербургского журнала "Пантеон": "В редких городах… артист найдет столько образованных и опытных ценителей искусства, как в Севастополе. Здесь большинство публики составляют русские моряки, люди… с образованием европейским, все знакомы со столичными сценами, а некоторые — и с заграничными".

ПУШКИНСКИЙ ЗАВЕТ

…В ночь перед отъездом у Щепкина состоялся интересный разговор с Белинским. Друзья коротали вечер за бутылкой "Кахетинского", и Виссарион Григорьевич под монотонный перестук капель дождя о подоконник вернулся к наболевшей теме — он еще в Симферополе упрашивал Щепкина набросать, наконец, первую часть "Записок актера" для создаваемого критиком нового альманаха.

— Вира, друг мой, — отвечал с явной досадой Михаил Семенович, — ах, какая пропасть дел у нас, голова трещит! А ты — опять о писательстве. Уволь!

В гримерке на минуту воцарилось молчание. А мысли Щепкина как-то ассоциативно вернулись на десять лет назад, в шумную, несуразную майскую Москву. По Белокаменной пронесся слух: Пушкин возвернулся из Михайловского, навещает друзей, проживает, как всегда, у Нащокина, в Дегтярном переулке… Щепкин искренне, глубоко любил Поэта — с ним у него, почитай, лет десять тесного знакомства. Шестого мая Михаил Семенович с утра направился в гости в хлебосольный дом Павла Нащокина. И, уже расцеловавшись с Верой Александровной, супругой хозяина, тут же попал в объятия Александра Сергеевича.

— Любезный друг, в планах моих как раз сегодня было тебя увидеть! — с радостью восклицал Поэт. Он был в атласном зеленом халате и с удовольствием уписывал французскую булку с паюсной икрой.

В доме царило веселое настроение. Давеча Пушкин подарил другу Нащокину бумажник, а тот возьми и ввечеру выиграй пять тысяч рублей в Английском клубе. Добрый знак!

…Сели в гостиной. Поболтали: так, ни о чем. Пушкин поведал свежий анекдот: сын историка Карамзина из-за безответного чувства к прекрасной брюнетке хотел было (дурак!) застрелиться, но пуля вышибла лишь передний зуб — умора!

Но Михаил Семенович ждал от этой встречи особого результата, анекдот его не отвлек. Он стал настоятельно просить Поэта по его приезде в Петербург непременно сыскать Гоголя и уговорить его наведаться в Москву — самолично прочесть "Ревизора".

— Без него актерам не спеться, комедия выйдет карикатурой и грязью, — вспомнил свои тогдашние доподлинные слова Михаил Семенович.

— Да уж, — согласился Александр Сергеевич, — это точно, любезный друг, здесь, в Москве, жена городничего непременно заговорит языком горничной с Кузнецкого моста, а это значит — "Ревизор" в Москве может упасть. Непременно твою просьбу отпишу женке своей…

А 17 мая, в канун отъезда в Петербург, Александр Сергеевич вторично встретился со Щепкиным и подарил ему некую тетрадь.

— Имею счастливый случай свидеться вновь с тобой, душа моя, — сказал тогда Пушкин, закуривая сигару. — Натали мое письмо, пожалуй, уже получила, всенепременно пошлет за Гоголем по твоей просьбе. А сей фолиант прими со всей сердечностью и начинай писать свои мемуары, сделай одолжение. И Поэт своей рукой начертал на тетради: "Записки актера Щепкина".

…Конечно, этого "фолианта" во время крымских гастролей у Щепкина в его дорожном бауле не было — остался "пушкинский привет" в Москве, в доме на Третьей Мещанской…

Но вот и Белинский — о том же. Надо, однако, "брать свою голову в руки". И Михаил Семенович обрадовал друга — согласился-таки на мемуарную писанину. Именно в Севастополе он приступил к составлению своих воспоминаний "Из записок артиста".

"Я — человек толпы", — часто любил говорить о себе Михаил Семенович, а посему и подпись под мемуарами подобрал более чем скромную: "…Ъ". Хотя вполне уместно здесь едкая реплика Евг. Евтушенко: "Бубенчиков полно, набатов — единицы"…

МАЛОРОССИЙСКИЙ "СЛЕД"

…Есть резон остановить внимание читателей на одном важном моменте факта трехнедельных гастролей М.С. Щепкина в нашем городе. Дело в том, что два спектакля — "Наталка-Полтавка" и "Москаль-чаровник" — шли у нас полностью на украинском языке. Известный в городе журналист, уже ушедший от нас, бывший сотрудник "Славы Севастополя" Анатолий Марета, готовя в 1992 г. к печати материал о 150-летии Севастопольского театра, сделал интересный акцент на том, что в ту пору пьесы не переводились, а исполнялись на том языке, на котором были написаны. До чего же, согласимся, современна такая традиция! Многие нынешние проблемы непростого диалога театра со зрителем в Украине — выходит, вполне толерантно — решались более полутора веков назад. И, надо полагать, памятный приезд в наш город великого русского актера М.С. Щепкина, его блистательная игра на севастопольской сцене еще более укрепили эту тенденцию, которая служила и служит только лишь на благо единения двух братских славянских народов.

…Великий Щепкин умер в Крыму, в Ялте, ровно 145 лет назад, опять же — будучи вторично на гастролях. Он "отыграл" более чем достойную жизнь, и тому порукой — память о нем того поколения, которому далекий сейчас ХIХ век, в общем-то, уже кажется с копеечку. Тем дороже на ней каждая различимая нами буковка! Тем величественнее прорисовывается глубокий смысл бессмертного афоризма прославленного в веках Гиппократа: Arslonga, vita brevis — "Жизнь коротка, искусство вечно".

Леонид СОМОВ.

_______________

P.S. На этом можно было бы и завершить наш юбилейный рассказ о Михаиле Щепкине. Но есть смысл чуть пояснить иллюстративную фотокопию рисунка, любезно предоставленную редакции директором музея театра им. А.В. Луначарского Галиной Перминовой. На нем вполне узнаваемы два лица. Слева направо: стоит сам М.С. Щепкин, рядом на стуле застыл (весь — внимание!) В.Г. Белинский, затем — двое неизвестных. Мы обратились в музей Малого театра в Москве, где как раз готовятся традиционные, но в этом году еще и юбилейные Щепкинские чтения, и нам компетентно сообщили, что в архивном отделе иллюстрированных материалов музея подобного рисунка или картины не существует, и выразили, кстати, определенный профессиональный интерес к севастопольскому театральному артефакту.

Можно предположить, что фотокопия сделана в первой трети XX века с оригинала (рисунка или литографии). Следы первозданного произведения, увы, "надежно" затерялись. Но, судя по антуражу, рисунок сделан в небольшой жилой комнате (стоит книжный шкаф, висит на стене чей-то портретик в овальной рамке). Не исключено, что это грим-уборная нашего самого первого театра.

…Что же касается двух неизвестных персонажей на снимке, то можно предположить, что это музыкальный критик петербуржец А.Н. Серов и давний приятель В.Г. Белинского московский журналист Т.Т. Тютчев. Оба они практически не покидали Щепкина и Белинского в период их пребывания в Крыму в августе-октябре 1846 г.

Другие статьи этого номера