Последняя любовь Колчака

Из Москвы в Севастополь писатель Николай Черкашин всегда приезжает с новой книгой. Всего же им написано свыше 60 произведений. На встрече в Морской библиотеке, куда он по традиции привозит свои новые издания, Николай Андреевич поинтересовался, сколько его книг значится в фондах. «Сорок три произведения», — ответили библиотекари. «Обязательно пришлю недостающие», — пообещал писатель.
Новая книга — «Последняя любовь Колчака» — не только по содержанию, стилю, но даже внешне отличается от всего того, что было издано прежде, от той традиционной морской серии, в которую вошли публицистические исследования трагедий на Военно-Морском Флоте. Читателям хорошо известны его книги-расследования о гибели линкоров «Новороссийск» и «Императрица Мария», теплохода «Адмирал Нахимов», подводной субмарины «Курск»…

СОФЬЯ ОМИРОВА И АННА ТИМИРЕВА

— Николай Андреевич, вы не впервые обращаетесь к жизни адмирала Колчака. Почему такой интерес к этой личности?

— Первая книга, "Звезда Колчака", вышла в Москве в 1992 году, потом был "Диктатор поневоле" и вот сейчас третья — "Последняя любовь Колчака".

— Я хочу напомнить нашим читателям, что первая публикация об адмирале Колчаке и женщинах, которых он любил, была в "Славе Севастополя" — целая страница. Две жены — и какая любовь! Это стало настоящим откровением для всех нас.

— Газетная публикация и книга… События эти напрямую связаны между собой. И как дерево вырастает из зерна, из семечка, так из газетной статьи выросла эта книга.

27 КОЛЧАКОВ ЖИВУТ В АМЕРИКЕ

— Причем тогда вы писали, что еще не удалось разыскать фотографии Софьи Омировой. Портрет Анны Тимиревой мы поместили в газете, а на месте изображения первой жены была лишь овальная рамочка.

— Этой коллекции, что представлена в книге, двадцать с лишним лет. Одну уникальную фотографию Колчака из альбома судового врача полярной экспедиции барона Э. Толля мне удалось купить на рынке. На ней Колчак с усами в северной экипировке. Вот эту подарил один англичанин — единственная фотография, на которой Колчак улыбается. Колчак на снимках был, Анна Тимирева была, но не было снимков Софьи Омировой! Никто никогда их не видел. И все же в результате многолетних поисков мне удалось разыскать несколько ее изображений. Из исторического архива опубликован всего один портрет Софьи Федоровны. Зато удалось найти ее племянника в Твери. Он сохранил удивительные вещи: вот она в девичестве, вот в Севастополе, вот в Париже с сыном Ростиславом Александровичем и внуком Александром Ростиславовичем. Сейчас я разыскиваю правнуков Колчака, которые живут в Америке, оказывается, там 27 Колчаков, в том числе есть и Софья Колчак. Однако они пока не признаются в прямом родстве. Известно лишь точно, что первая жена Александра Ростиславовича, американка, после развода уехала в Америку и увезла двоих детей — Александра и Екатерину.

— А вот эта фотография Анны Тимиревой в русском костюме была тогда опубликована в "Славе Севастополя".

— Фотография стояла в каюте Колчака. А вот на этом снимке — ее сын Володя Тимирев, который погиб на допросе у следователя в 1938 году. Его пытали.

— Поиски продолжаются?

— На этом пути случаются самые удивительные события. Сейчас я приехал в Севастополь не из Москвы, как всегда, а из Кисловодска. Там в театре "Благодать" был поставлен спектакль по моей книге "Двое на Голгофе" . Премьера состоялась 4 ноября, в день рождения Колчака.

— Это ваш первый драматургический опыт?

— Нет. Еще в мои лейтенантские годы была написана пьеса, которую тогда поставили в цыганском театре "Ромэн", причем она прожила на сцене семь лет. Недавно, на вручении мне премии Артема Боровика за книгу о линкоре "Новороссийск", мы встретились с Николаем Сличенко и вспоминали и эту постановку, и пьесу, и режиссера Олега Хабалова. И говорили о Севастополе. Так что, пользуясь случаем, хочу передать читателям "Славы Севастополя+" привет от Николая Сличенко.

ДУША КОЛЧАКА

— Спасибо. А как прошла премьера в Кисловодске? И почему — в Кисловодске?

— Как правило, любого автора после премьеры выносят на носилках с сердечным приступом. Примерно так же было у меня, когда я увидел "свой" цыганский спектакль или "свой" художественный фильм "Крик дельфина". Ужасное состояние, потому что ты видишь, что все не так, как ты задумал. А здесь — удивительно! — все получилось. Режиссер Лия Вагалицина сумела правильно расставить акценты, сумела найти актеров, которые поняли суть. Почему в этом театре? Дело в том, что Анна Тимирева родом из Кисловодска. Так же, как и Александр Солженицын, почетный гражданин этого города. Она — дочь известного музыканта Василия Ильича Сафонова, создателя филармонии в самом Кисловодске, создателя Московской консерватории, первого директора Нью-Йоркской филармонии, где до сих пор проводятся Сафоновские конкурсы. Ван Клиберн говорил, что Сафонов — его учитель. У Василия Ильича была большая семья, девять детей. Анна была совершенно замечательной женщиной, художницей, училась живописи, она поэтесса — недавно вышел сборник ее стихов, большая часть которых посвящена Колчаку.

— Как удивительно переплетаются судьбы и города! И как мало мы об этом знаем!

— Да, да. Я надеюсь, что какой-нибудь севастопольский театр заинтересуется пьесой "Двое на Голгофе". Она камерная. Что удивительно — Колчака на сцене нет. Мы только слышим его голос. Его жизнь предстает через судьбу трех женщин.

— Трех?

— Две его жены — Софья Омирова и Анна Тимирева. А третья — это его судьба в женском воплощении. Женщины рассказывают об адмирале. Зрителей это трогает. Я сам был удивлен: в зале многие плакали. А потом артисты благодарили меня за пьесу, это многого стоит: им хочется играть. Так получилось, что художественный руководитель кисловодского театра "Благодать" Валентина Петровна Имтосими — одержимый человек, мини-атомный реактор. Она создала не просто театр, а театр-музей. Это вообще первый музей Колчака. Такого нет нигде: ни в Питере, ни в Омске, ни в Севастополе. Он возник еще в советские годы, его пытались закрыть, но Валентина Петровна мужественно сохранила любовь к Колчаку и буквально создала его дом. Так случилось, что у адмирала как у нормального российского офицера никогда не было своего дома. Он кочевал по гарнизонам, жил в каютах, вагонах, казенных квартирах — где угодно. И вот оказалось, что Кисловодск стал последним прибежищем Колчака, что его душу приютила Анна Тимирева в своем родном городе. В музее собраны уникальные документы и вещи. Из Дагестана прислали ковер с вытканным его изображением. Местные альпинисты поднялись на один из пиков Приэльбрусья, назвали его именем Колчака, заложили капсулу.

"АДМИРАЛЪ"

— Николай Андреевич, вы многое знаете о Колчаке, исследуете его жизнь на протяжении десятилетий. Вы, не сомневаюсь, посмотрели фильм "Адмиралъ". Была ли ревность?

— Было предубеждение: ну что могут сделать артисты?.. Сомнения рассеялись с первых минут. Я принял этот фильм и даже написал рецензию. Там, конечно, величайшее множество несостыковок, несогласовок, просчетов, неточностей…

— …но есть состояние…

— …именно так. Это как бы фильм исторического ликбеза для людей, для которых Колчак всегда был врагом. И вдруг они увидели его в другом качестве, при других обстоятельствах. И очень важно, что такой фильм вышел, потому что не одно поколение выросло на фильме "Чапаев". Я не назову этот фильм анти-"Чапаевым". Это как бы продолжение, диптих, другой взгляд, и очень точный взгляд. Видимо, создатели фильма тоже это понимали. И если в "Чапаеве" атака каппелевцев изображена глазами Анки через прицел пулемета, то здесь эта же атака показана с другой стороны. Есть что с чем сравнивать, и это очень хорошо, потому что еще не забыт "Чапаев" и теперь вот добавился "Адмиралъ". Но заметьте: если о Чапаеве сложено очень много анекдотов, то о Колчаке их просто нет.

— И быть не может.

— Либо легенды, либо мифы, но не анекдоты.

37 ЛЕТ В ЛАГЕРЯХ И ССЫЛКАХ. ЗА ЛЮБОВЬ

— Николай Андреевич, я знаю, что вы всегда трепетно относитесь к женским образам в судьбе Колчака…

— …и не только к образам (смеется).

— …А как вы оцениваете то, что сделала Лиза Боярская?

— Я принял ее. Мне нравится. Хотя, может быть, видишь какой-то налет современности и у нее, и у Хабенского. У нее, кстати, есть и внешнее сходство, она обаятельна и благодаря сдержанной манере игры притягательна. Думаю, это не последний фильм о Колчаке, будет еще, как нам обещают, полная версия с полярными экспедициями. Будут созданы и другие фильмы. Поживем — увидим.

— Многие зрители выходят с мыслью: как же ужасно, что мы не знаем истинной истории государства и того, что происходило на самом деле. Приходит состояние переоценки.

— Ради этого и нужно было снимать этот фильм. Все-таки нельзя воспринимать историю страны, как нам преподавали ее в 5-, 6-, 7-м классах. Ее резали, кастрировали и превратили в идеологическое клише. Многие согласились, проще говоря, привыкли. И вот теперь люди испытывают болезненное ощущение. Как говорят психологи, наступает разрыв шаблона, не важно какого, но человек с чем-то расстается и теряет иллюзии. Но если сам чувствуешь, что ты что-то приобретаешь, то это уже не болезненное, а радостное ощущение. Как прозрение: "Надо же, а мы этого не знали!" Та же Анна Тимирева: 37 лет провела в лагерях и ссылках. За что? Какое преступление совершила эта женщина? Просто за любовь! Любовь к человеку, который оказался Верховным правителем. За полтора года, когда он им был, все забыли его заслуги. И фильм об этом. И спектакль мой об этом. И книги об этом — о его заслугах перед страной, перед Отечеством.

КОЛЧАК В СЕВАСТОПОЛЕ

— И вот теперь мы начинаем интересоваться тем, как судьба Колчака связана с судьбой Севастополя.

— Было несколько периодов его жизни: Колчак полярный, Колчак порт-артурский, Колчак балтийский, Колчак севастопольский. Хотя он недолго здесь пробыл, город впечатался навсегда в его судьбу. Думаю, что и судьба Колчака тоже впечаталась в город. Его командование, безусловно, украсило историю Черноморского флота.

— Николай Андреевич, а вы знаете, где жил Колчак в Севастополе?

— По традиции там, где жили все командующие Черноморским флотом. Большинство исследователей считают, что напротив Музея ЧФ. Дом не сохранился. Но я уверен, что когда-нибудь и в Севастополе появятся знаки присутствия адмирала Колчака и это станет началом восстановления исторической справедливости. В том же Иркутске, несмотря на противодействие, поставили памятник. Есть мемориальные доски в Москве, Питере, Омске, Новосибирске. Пройдет какое-то время, фильм "Адмиралъ" поможет в реабилитации Колчака.

— И, возможно, появится мемориальная доска в его память во Владимирском соборе — усыпальнице четырех адмиралов.

— Процесс пошел. Главное, чтобы он докатился до Севастополя.

— Спасибо за беседу.

Другие статьи этого номера