Отшельник

Херсон, Херсонес и прилегающие к нему земли, были времена, входили в заморские границы Византии. В VII-VIII вв. в Константинополе разгорелось спровоцированное императорами нешуточное иконоборческое движение. Гонимые властью иконопочитатели нашли спасение на окраинах империи — в Крыму. На новом месте прихваченные с собой доски с изображениями святых поместили в вырубленных в скалах церквах и кельях. После растянувшейся на века немоты в них снова звучат молитвы. И, как тысячелетия назад, под гулкими сводами древних храмов люди ищут спасение. На сей раз от бед, созвучных нашему времени.Со всех сторон Терновку обступили лесистые вершины. Но есть и коронованные отвесными скалами. Одна из них выделяется сотами пещер. Это вознесенный к небу монастырь Шулдан. Четыре с лишним года назад сюда пришел мужчина — не молодой и не старый. Он назвал себя Анатолием, братом Анатолием.

— Не то что я пришел, — возражает брат Анатолий. — Господь меня привел сюда.

— У каждого своя дорога к храму…

— Родом я из Удмуртии. Но с 1965 года живу в этих местах. Слышал о существовании брошенных людьми пещерных монастырях, но никогда их не посещал.

— И что же произошло?

— В миру работал механиком, автослесарем. А где машины, там и неисчислимые искушения. Не устоял. Крепко же они овладели мною. Настолько крепко, что спасение начал искать вне дома. В течение года находился в горном туристическом приюте. Все то же. Четыре месяца рядом с иеромонахом Меркурием возвращал к жизни монастырь на Мангупе.

Лет пять назад отец Меркурий совершал первую после затянувшегося на столетия перерыва литургию. В миру отец Меркурий работал на достаточно высокой должности в Министерстве торговли Российской Федерации, успешно занимался бизнесом. Наверное, до сих пор отец Меркурий удивляется, как при пострижении его в монахи владыка нарек его редким именем — Меркурий. Ведь Меркурий у язычников — бог торговли. Еще один знак. Ровно за год, день в день, до совершенной литургии археологам на плато, а это совсем рядом, попалась в руки удивительная находка — бронзовая статуэтка… Кого бы вы думали? Верно — бога торговли Меркурия. После участия в возрождении монашеского общежития на Мангупе отец Меркурий удалился в Грецию, на святой Афон. Может, до сих пор подвизается там в служении Богу в русском Пантелеймоновском монастыре.

— Иеромонах Меркурий — мой первый духовный наставник. С Мангупа Господь привел меня на Шулдан. Мне было дано уверовать в Господа через сердце, а покаяться — через разум. Покаяться — значит изменить образ мысли, повернуться лицом к Богу.

— В одной из пещер заметил объемную клетку. Ее легкий деревянный каркас обтянут сеткой, сотканной из шпагата. Для чего она?

— Это приезжий инок оставил. В клетке он содержал своих попугаев, голубей. Новенький собирался надолго осесть на Шулдане, но недельки через две-три убыл.

— Брат Анатолий, полтора-два года назад, глядя на вас, я сам думал, что и вы не задержитесь здесь надолго. Подозреваю, нелегко здесь, особенно зимой, особенно в череду дней, когда ни одной живой души вокруг…

— Шулдан — место духовное, благодатное. Оно приблизило к Господу. Я принял в себя его сына Иисуса Христа. Он во мне, я — в нем. Уповаю не на свои человеческие силы, знания, а только на помощь Бога. Бог помогает превозмогать нелегкие испытания.

— За четыре проведенные в монастыре года, наверное, приходилось одолевать болезни.

— В этом случае молюсь.

При расчистке Шулдана от вековых наслоений в алтарной части храма взору открылась полость с останками людей. Из преданий известно, что именно на Шулдане нашел вечный покой сонм епископов.

При расчистке источника обнажился выбитый на скале крест — свидетель зарождения жизни монастыря. В наши дни святости Шулдану добавила доставленная сюда рака преподобного Кукши Одесского с частицами его мощей и облачения. Преподобный, прошедший Иерусалим, святой Афон, славился прозорливостью и чудотворением. "По молитвам преподобного Кукши у людей проходит перемена греховного образа жизни, — говорится в его житии. — Господь очищает их от страстей. Они оставляют вредные греховные привычки…"

— Молодым идти в монастырь не стоит. Монашество — для тех, кто познал жизнь мирскую, и охваченных стремлением познать и жизнь духовную. Вера от слышания, а слышание — от слова Божьего. В положенные часы суток я читаю перед алтарем предусмотренное каноном число псалмов. Выбираю те из них, которых на тот или иной момент душа жаждет.

— Весь день заполнен выполнением послушаний, чтением молитв… Остаются ли минуты, чтобы в очередной раз восхититься панорамой гор?

— Мне дороги эти мгновения. Но дороже всего то, что я начисто потерял страх перед людьми, кем бы они ни были, и обрел страх перед Богом.

— Что огорчает при общении с мирскими людьми?

— Не осуждаю никого. У некоторых моих гостей глаза затуманены. Кажется, света Божьего не видят. Начинаешь говорить слово Создателя, иной человек смотрит на меня, как на болящего. Но ведь Господь сказал: "Я источник животворящий…" Я пью живую воду. Был слепой. Господь открыл истину, я получил прозрение.

— А как родные, близкие восприняли ваш жизненный выбор?

— Здесь своих двух дочерей и двоих внуков окрестил. Время от времени они навещают меня.

Еще брат Анатолий сказал:

— Солнце светит, от солнца исходит луч, он дает свет. Но его заволокли тучки. Они закрыли солнце. Луч исчез, свет исчез. Но это временно. Вот так и в жизни людей: тучи уйдут, и опять ударит свет. Самое страшное, когда ушла любовь.

— Господь не отворачивается от нас, это мы отворачиваемся от Господа.

— Мы, люди, слеплены из глины. Как же осторожно следует ступать по крутым, часто скользким ступеням жизни, чтобы не разбиться. Это из боя стекла еще можно выплавить новую вещицу, краше прежней. Черепки не склеить.

О себе:

— Я инок, то есть иной.

Но инок — это монах. Брат Анатолий не принял постриг. Брат Анатолий, скорее, рясофорный послушник, а по образу жизни — отшельник, чтобы быть ближе к людям.

Другие статьи этого номера