Удивительный мир Марии Примаченко

20 декабря нынешнего года исполнилось 100 лет со дня рождения замечательной украинской художницы, представительницы народного искусства Марии Примаченко (1908-1997). К памятной дате многие музеи устраивают ретроспективные выставки работ своей талантливой соотечественницы. В 2007 году Севастопольскому художественному музею им. М.П. Крошицкого была передана в дар одна из работ М. Примаченко — «Столетний коршак» (1986), которая в настоящее время является украшением экспозиции «Гордость коллекции», посвященной украинскому искусству XX века.Мария Аксентьевна Примаченко родилась 20 декабря 1908 года в селе Болотня, что на Полесье. Отец будущей художницы с ранних лет остался сиротой. Его приняли в семью будущей жены: отсюда и фамилия — Примаченко. Мать же была известной на всю округу вышивальщицей. Вообще все в семье Марии отличались склонностью к искусствам: дядя хорошо играл на скрипке, а брат — на корнете.

"…Художества скрашивали будни, но сытости не давали". Детские годы были скудными и голодными. И кто знает, как сложилась бы жизнь девочки, если бы судьба не распорядилась по-своему — жестоко и немилосердно искалечила и оборвала без того трудное детство. В семь лет Марию поразил тяжелый недуг: сильное нервное потрясение вызвало полный паралич ноги. Так и не состоялись у неё ни детство с его веселой беготней, играми, лесными ягодами и грибами, ни молодость с вечерницами, танцами, гуляньями над рекой… Но, наверное, нет худа без добра. Именно несчастье вывело девочку на стезю, ставшую основной дорогой её жизни. Болезнь до предела обострила мировосприятие будущей художницы, развила наблюдательность, и постоянное близкое общение с природой стало не просто потребностью, а выходом из одиночества. Врожденный талант, редкостная фантазия, жажда деятельности переполняли всё существо Марии, а в условиях сельской жизни творчество оказалось единственным способом избежать духовной и даже физической гибели.

Сначала в воображении, а затем на бумаге при помощи линий и цветовых пятен девочка стала создавать чудесный мир, даривший ей огромную радость. Основные герои этого мира — фантастические животные. Рассказать о них невозможно, так как в природе таких зверей не существует — их просто надо видеть. Вот, к примеру, "Черный зверь" с огромной пастью, острыми клыками и толстым языком, большим ухом и выпученным глазом, вздыбленными на хребте и хвосте иглами. Он страшный и одновременно добрый; есть в нем что-то от щенка, который и лает, и пугает, но не кусает. Или "Синий зверек" с длинными ослиными ушами, маленький, жалкий и нелепый, словно стыдящийся своего уродства, который и вовсе вызывает сострадание. Безобразие этих вымышленных персонажей не просто нейтрализуется или уравновешивается, а решительно побеждается многоцветным декором.

М. Примаченко не любила больших, чистых плоскостей, они казались ей неживыми. Поэтому все её картины заполнены землёй, водой, небом; покрыты ритмическими рядами черточек, точек, дужек, светлых на небе, темных на земле и воде. Такой прием привносит в изображение жизнь, пульсирующее движение, заставляющее цвет меняться и вибрировать. Многие элементы, появившись в нижней части листа, находят развитие и повторение в верхней. Это неизменно спокойное, без конца и края извечное движение вперед. Так день сменяет ночь, после зимы обязательно приходит весна, а на смену юности приходит зрелость. При изображении сценок с незамысловатыми сюжетами автор выступает как мудрый философ, певец изначальной красоты природы и жизни. Основы такого мироощущения, заложенные в народном искусстве, были восприняты художницей и творчески переработаны в новые фантастические и сказочные образы…

Все творчество Марии Примаченко — это в сущности ответ на извечные детские вопросы: почему небо голубое, а солнце золотое, почему корова с рогами, а еж с иголками?.. Многие современные искусствоведы ставят М. Примаченко в один ряд с Н. Пиросмани и А. Руссо — известнейшими примитивистами XX века. Зачастую художники, обращающиеся к "примитиву", идут "от ума, от знаний": вначале тщательно изучают искусство данного народа, постигают его знаковую систему, композиционные схемы и только после этого создают "нечто" новое. Мария Примаченко не имела профессионального образования, она шла "от себя", от переполняющего её чувства, не задумывалась, где поставить точку, а где — черточку. Это знание было у неё внутри. И лишний раз мы имеем возможность убедиться в этом, любуясь её работой "Столетний коршак" (1986, гуашь), принадлежащей Севастопольскому художественному музею.

Другие статьи этого номера