Улица моя, дома мои

После окончания в 1965 году ныне Таврического национального университета имени Вернадского Владимир Шавшин с дипломом историка приехал в Севастополь. За время, прошедшее с тех пор, Владимиром Георгиевичем написан ряд книг о прошлом Крыма, Севастополя, Балаклавы: это «Балаклава», «Балаклавский Георгиевский монастырь», «Бастионы Севастополя», «Каменная летопись Севастополя», «Севастополь в истории Крымской войны», «Британский лев под Инкерманом» и некоторые другие. Недавно историк представил свою новую книгу «Имя дома твоего. Описание улиц, переулков, спусков, набережных и площадей Севастополя». — Владимир Георгиевич, тема последней книги для вас не новая. Припоминаю, в соавторстве с симферопольцами Александром Ляховичем, Леонидом Шориным и Евгением Веникеевым вы издали книгу "У карты Севастополя"…

— Но когда это было… В 1982 году, если память мне не изменяет. Тогда вместе с признанным знатоком города, к сожалению ныне покойным, Евгением Веникеевым мы подготовили к изданию рукопись книги соответствующего содержания. Вместе повезли ее в симферопольское издательство "Таврия". Там одобрили нашу работу, но сказали, что издательство располагает еще одной рукописью — Александра Ляховича и Леонида Шорина. "Не объединить ли два труда в одну книгу?" — спросили нас. Мы согласились: куда было деваться? Книга "У карты Севастополя" вышла невиданным в наше время тиражом — 50 тысяч экземпляров. Но она давно стала библиографической редкостью.

— Тот, кто имеет в своих домашних библиотеках книгу "У карты Севастополя", не торопится расставаться с нею.

— Но вновь я взялся за перо потому, что за прошедшее после выхода в свет упомянутой книги время (свыше четверти века) карта города претерпела существенные изменения.

— Как часто и почему их вносят?

— Первая волна переименований улиц и площадей охватила Севастополь в 1921 году. Вы понимаете, с чем это было связано.

— Но ведь революции, подобные Великой Октябрьской, и гражданские войны проходят нечасто. Хорошо было бы вообще их избежать.

— Переименования улиц, площадей, бульваров продолжились еще в тревожные тридцатые годы, начиная с печально памятного 1937-го. В 50-е годы в состав Большого Севастополя влился Балаклавский район. Вновь принялись за переписку табличек с названиями улиц на домах.

— А сейчас-то что происходит?

— Город продолжает строиться, развиваться. Новые улицы, переулки не могут обойтись без названий. В последние годы их число существенно увеличилось, ведь отдельным садовым товариществам предоставляют статус жилой застройки. А там тоже проложены улицы, переулки. Легко назвать их Виноградными, Вишневыми, Садовыми… Но сколько же их развелось под этими названиями — спасения нет! Тяжело бороться со стереотипами, но верх берет все-таки здравый смысл. Вот в Нахимовском районе, ближе к Сапун-горе, планируются улицы жилой застройки — вчерашнего поселка одного из садоводческих товариществ. Они получат имена Героев Советского Союза — чьих имен еще нет на карте города. В названиях улиц другого такого поселка намечают увековечить поэтов и прозаиков серебряного века. Раньше это нельзя было сделать.

— А кто в городе занимается подбором названий для улиц и площадей?

— Вскоре после освобождения Севастополя от фашистских захватчиков в 1944 году у нас была создана историческая комиссия. С 1957-го по 1991 год ее возглавляла участница обороны города-героя А.А. Сарина. Эта комиссия занималась сбором материалов о недавнем прошлом Севастополя, вела учет участников боев за город, а также вырабатывала рекомендации для наших топонимических объектов. Несколько лет после 1991 года город попытался жить без исторической комиссии. По частям ее обязанности отошли к общественным формированиям. В 1994 году при городской государственной администрации была все-таки образована топонимическая комиссия. В разные годы в нее входили архитекторы Ю.Н. Ковалев, В.В. Солодов, А.И. Баглей, В.И. Фомин, ученые и историки М.И. Золотарев, В.В. Коваленко, О.Е. Ивицкая, В.А. Милодан, ваш покорный слуга, представители государственных и общественных организаций В.А. Зимоглядов, В.И. Володин, А.П. Калиненко… В настоящее время ее возглавляет главный архитектор города В.В. Солодов. Комиссия собирается сразу, как только возникает необходимость в этом.

— Кто выступает с ходатайствами о наименовании или переименовании топонимических объектов?

— Далеко не всегда профильная комиссия. Чаще всего различные общественные организации, трудовые коллективы, горожане. Пару лет назад к нам в комиссию обратился правящий архиерей Крымской и Симферопольской епархии митрополит Лазарь с предложением назвать безымянный до сих пор мыс в районе Казачьей бухты именем святого Климента. По объективным причинам комиссия не смогла оперативно рассмотреть это ходатайство. Владыка Лазарь повторно обратился с тем же ходатайством. Думаю, оно будет удовлетворено, к чему имеются все основания. По преданию, на островке в Казачьей бухте третий Папа Римский Климент принял мученическую смерть от язычников. 6-7 веков спустя здесь были обретены его мощи. Почему бы в самом деле не назвать мыс именем святого Климента? Ранее на заседании комиссии было удовлетворено обращение севастопольских поисковиков о наименовании высоты 60-0 по-новому — Высота героев. Очень верно. В период обороны Севастополя в 1941-1942 гг. на этой высоте стойко удерживала неимоверный натиск врага батарея Ивана Пьянзина. Именем Героя Советского Союза Ивана Пьянзина на Северной стороне названа улица. Это в традиции города. В старом Севастополе были улицы Матроса Кошки, Хрущева (героя первой обороны Севастополя), Бутакова. Некоторые из них сохранили свои названия до сих пор.

— Подозреваю, дорогое же удовольствие — переименование улиц, переулков. На замену табличек сколько денег уйдет…

— А еще добавьте к возможным расходам средства, необходимые на перепрописку граждан. С их же карманов, замечу.

— Канитель. Все же название какой улицы вы бы стерли с карты города, если бы вам было предоставлено право?

— Топонимика — это, как представляется, стык ряда наук: лингвистики, истории, географии. Как же бережно мы должны относиться к топонимике! Но название одной улицы я бы поменял однозначно — это улицы Марата…

— То-то я вижу, что вы не пожалели слов и красок, представляя этого якобинца, видного деятеля Великой французской революции. "Марат имел непосредственное отношение к жесточайшему террору, унесшему жизни сотен тысяч французов, — говорится в книге "Имя дома твоего…" — "Врагов народа" (это словосочетание придумано французскими революционерами) отправляли на гильотину, топили в баржах. По инициативе Марата во Франции было налажено производство париков из волос жертв террора и изделий из их кожи за полтора века до нацистов".

— Улица в Ленинском районе носит имя злодея с 1921 года по решению большевистской власти. В царское время она называлась именем Ушакова.

— На какой улице вы сами живете? Довольны ли вы ее названием?

— Доволен, что дом, в котором я живу, расположен на улице Василия Кучера. Василий Степанович — военный журналист, писатель, участвовал в обороне Севастополя. Им написаны романы "Черноморцы", "Голод", другие произведения. Жаль, что прожил он немного — всего 56 лет. На его могиле на Байковом кладбище в Киеве установлен доставленный из Севастополя якорь. На улице Василия Кучера в свое время проживала олимпийская чемпионка по плаванию Галина Прозуменщикова. Об этом я пишу в книге.

— Есть в топонимике города то, что вас, историка и члена профильной комиссии, удивляет?

— Сколько угодно. Например, считается, что центральная усадьба ЗАО имени Софьи Перовской расположена в поселке Любимовка. Но нет такого названия в официальных источниках. Есть решение властей о наименовании поселка Софиевкой в честь члена "Народной воли" Софьи Перовской. Тоже не лучшее название, как может многим показаться. Но решение в пользу Софиевки, по-моему, никто не отменял. Не Любимовка, а Софиевка. Тем не менее в ходу Любимовка.

— Сколько же у нас бульваров, улиц, переулков, спусков, площадей! Я не поленился, пересчитал те, которые названы в вашей книге "Имя дома твоего…" У меня вышло 754 — тех, которые сопровождены очерками. А есть еще 550 наименований не менее значимых, "чем носящие громкие, знаменитые имена, и… любимые всеми, кто на них живет". Получается, в городе насчитывается 1304 площади, бульвара, проспекта, улицы, переулка, спуска…

— Может, чуточку больше. Допускаю, куда-то я не дошел. Помню, в ноябре 2007 года в Балаклаве я долго искал улицу с необычным для нее названием — Арктическая. Как только ступил на нее — повалил снег. Тем не менее почему Арктическая? Все просто. В Балаклаве Бахчисарайского района была улица Папанина. Но Балаклава вошла в состав Севастополя, где есть своя улица Папанина. Так в Балаклаве появилась улица Арктическая, чтобы не путать граждан.

— В вашей книге насчитывается свыше 200 фотографий. Некоторые из них опубликованы впервые. Научно-справочный аппарат включает аж 328 источников.

— Я круглый год сидел в городском архиве, поднимал документы в Музее обороны и освобождения Севастополя, в других учреждениях.

— На обложке книги "Имя дома твоего…" указано, что это книга первая. Можно ожидать и вторую?

— Она будет посвящена топонимам — названиям рек, озер, парков, скверов, возвышенностей. Многие ли из нас знают, что был мыс Лоханочка или мыс Прачечный?

— Успехов вам в работе над новой книгой. Спасибо за беседу.

Другие статьи этого номера