Горчинка имени

Бывает ведь такое: прекрасно знаешь, что по линии, скажем, матери в родном городе у тебя целая разветвленная сеть родни, а близко знаком оказываешься далеко не со всеми. Причин этого много, но чаще всего — это отсутствие в среде дальних родственников некоего цементирующего начала: деда, бабки, которые издавна прекрасно осведомлены о том, кто есть кто и кем они друг другу приходятся…

…Как-то я в одиночестве сидел в пивном баре на улице Кожанова и "доканывал" свою кружечку, когда, извинившись, ко мне подсел мужчина лет сорока, брюнет, с косой седой прядью, идущей к затылку от левого виска. Он вынул из газетки воблу и стал методично ее отбивать о край столика. Закончив действо, жадно отпил четверть "Арсенального" из своей кружки, закусил рыбкой и неожиданно протянул мне розовый ломтик со словами: "Угощайся, братан!"

Я вообще-то по жизни терпеть ненавижу, как говаривал Высоцкий, подобное панибратство. Посему холодно, но вежливо продемонстрировал свой отказ от подобной формы общения.

Но незнакомец ничуть не обиделся. Он улыбнулся, сделал еще один глоток пива и доверительно выдал: "Наш с тобой дядя Арсений очень любил это российское пиво, так что, как я вижу, гены пальцем не размажешь!"

Я удивленно на него посмотрел, задал соответствующий ситуации вопрос. Уже через минуту выяснилось: мы с ним действительно родня. Это был мой троюродный брат по отцу…

Разговорились. Познакомились. У него очень странное имя — Януарий. "Маманя моя была с прибабахом, — с явной досадой сообщил он. — Вот и наградила таким именем. Вообще-то я откликаюсь чаще на Яна".

Через минут сорок я уже понял, что этот человек мне по душе. Мы расстались, обменявшись номерами мобильников. А спустя месяц он с женой и дочкой побывал у меня в гостях, и мы как-то быстро стали "дружить домами"…

Одна беда упорно преследовала Яньку: он очень часто менял место работы (по профессии — инженер-конструктор). Причины чаще были одинаковыми: не уживался в коллективе. Человек он по натуре обидчивый. Может быть, тому способствовало и почти полное отсутствие у него чувства юмора…

…Так вышло, что почти год мы не виделись. Он уехал в длительную командировку, а затем и я приболел, сделали мне в Киеве сразу две операции, затем — санаторий, в общем, общаться было некогда. И тут как-то случайно встретились в ЦУМе, обнялись, и я сразу как-то почувствовал во всем его облике, в настроении позитивные перемены. И чаще улыбается, и одеваться стал лучше, молодежнее, что ли. Разговорились, и Ян поведал мне удивительную историю.

Месяцев семь назад он в очередной раз сменил место работы и смог устроиться в солидную фирму в Гагаринском районе. Но уже спустя четыре недели ему стало, как он сказал, опять "не климатить". Сослуживцы за спиной посмеивались над его именем, делали какие-то непонятные намеки, даже начальник сектора стал абсолютно несправедливо придираться по работе.

Как-то вечером в гости к его жене пришла подруга Юля. Женщины, общаясь, сидели на кухне, пили кофе, Ян же смотрел телевизор в гостиной. Неожиданно супруга Света позвала мужа: "Яник, а вот есть разговор!" И оказалось, что у подруги гостит ее российская бабушка родом из глухой рязанской деревни. "Юля говорит, что ее бабуля — очень интересный человек, она лечит буквально все, а самое главное — дает ценные советы неудачникам. Ты, главное, не обижайся, — тут жена Яна для смягчения ситуации полуобняла мужа, поцеловав его в щеку. — Может быть, пообщаешься?"

Короче говоря, встреча моего брата и Прасковьи Петровны состоялась. Она внимательно его выслушала, задала несколько интимных и не очень вопросов, попросила принести трудовую книжку и показать гардероб с вещами. И, наконец, выдала рекомендации. Во-первых, настоятельно советовала как можно быстрее (тем паче что Ян в это время опять не работал) сменить имя. Схема проста: пусть мой родич официально станет носителем польского имени Ян. Во-вторых, порекомендовала буквально с первых же дней работы в новом коллективе принести с собой и втайне от коллег спрятать в рабочий стол баночку с освященной солью. Она призвана будет аккумулировать весь негатив, исходящий от недоброжелателей.

— Чем пишете на работе? — спросила она брата.

Оказалось, что шариковой ручкой с черной пастой. Бабуля укоризненно покачала головой: "Забрось ее куда подальше. Твоей ауре более любезен зеленый наполнитель. Смени цвет", — настойчиво посоветовала она.

Также настоятельно попросила избавиться от сиреневого свитера и оранжевого галстука: эти цвета, как правило, разобщают собеседников. И последнее: если в бытовом окружении Яна есть кактус (дома или на работе), то лучше убрать его с глаз долой — этот цветок постоянно стимулирует человека становиться в "позу варана", т.е. ждать от кого бы то ни было нападения…

Мой брат все, что насоветовала рязанская ведунья, исполнил в точности. И вскоре после получения нового паспорта устроился на работу в одну из винодельческих фирм. И с радостью спустя уже месяц убедился: все советы Прасковьи Петровны, как говорится, пришлись ко двору. Жить ему действительно стало и лучше, и веселее. Такая вот вовсе не загадочная история…

Другие статьи этого номера