Благоухание пожелтевших страниц

Сказано: в течение жизни человек обязан построить дом, поднять на ноги сына и посадить дерево. Можно спорить. Почему, например, именно сына, а дочь что, не совсем то? Но не об этом речь. Итак, дом, сын, дерево. Дополнить бы этот ряд. Почему бы тому же человеку еще не оставить мемуары либо личный архив? Вот так, как севастополец Аркадий Чикин.В нашем городе он известен многим. Аркадий Михайлович — в прошлом офицер, член российских писательского и журналистского творческих союзов, автор почти двух десятков книг и свыше 250 статей по истории, политологии и — обратите внимание — подводному плаванию. Его мнением по тому или иному дискуссионному вопросу интересовались высокие властные инстанции. Редчайший, если не эксклюзивный, случай: книгу Аркадия Чикина "Севастопольская Голгофа" выразили желание иметь в своих книжных собраниях Фонд Александра Солженицына, главная сербская библиотека, а также американский Институт Гувера.

Глубокая борозда, проложенная Аркадием Михайловичем на тучной творческой ниве, замечена и высоко оценена. Наш земляк — дважды лауреат: российской премии "Культурное наследие" и городского форума "Общественное признание".

В течение десятилетий Аркадий Чикин работал в архивах, записывал воспоминания свидетелей и непосредственных участников ярких событий близкого и далекого прошлого. За это время Аркадий Михайлович оброс документами… Здесь уместно любое сравнение: как днище корабля ракушками или как чешуей рыба, охота на которую в царстве Нептуна, надеемся, все еще скрашивает будни героя нашего рассказа. И какие бумаги! Такие, которым цены нет.

Длительная служба на высоких офицерских должностях выработала в характере Аркадия Чикина аккуратность, склонность к порядку во всем, тем более в содержании год от года разбухавшего личного архива. Документы в нем были разложены с учетом дат и событий.

Честное слово, потрясают судьбы архивов. Случается, некоторые из них не защищают даже громкие имена их обладателей. Скажем, как могли оказаться в Москве на "блошином" рынке неизвестные, а значит и неопубликованные, дневники периода Гражданской войны молодого Константина Паустовского, дневник и открытки дореволюционной поры с видами крымской природы? Продавцы, а это были лица без определенного места жительства, уступили раритеты за сумму, достаточную для покупки в ближайшей забегаловке пресловутой бутылки с горячительным пойлом. К счастью, покупателями оказались друзья феодосийского литератора и издателя Дмитрия Лосева. Он и опубликовал рукопись классика, по содержанию равную "Окаянным дням" Ивана Бунина. В родном Севастополе не в одном высоком кабинете с тревогой гадают, где в настоящее время находится собрание документов и рукописей покинувшей сравнительно недавно нас Стали Венюковой — историка и краеведа. Как распорядятся ее богатой коллекцией наследники?

В Севастополе жили и живут писатели, ученые, представители технической интеллигенции, отставные генералы, адмиралы. Полки книжных шкафов, определенно, прогибаются под тяжестью накопленных ими в течение десятилетий бумаг, многие из которых имеют большую ценность для исследователей нынешнего и будущих поколений. Но всех ли коснутся их руки?

Вот и Аркадий Чикин время от времени окидывал тревожным взглядом свой террикон отработанной "словесной руды". Не в отвал же ее! А тут подоспело представление его последней книги, самой объемной — "Севастополь: историко-литературный справочник". Она вместила свыше двух тысяч статей. Не здесь ли Аркадию Михайловичу поступило предложение работников городского архива передать собрание первичных материалов им на хранение?

— Я посчитал для себя это предложение за большую честь, — признался Аркадий Чикин.

Все за один раз унести не удалось. Аркадий Михайлович трижды, если не все пять раз, ездил с грузом в городской архив. Его сотрудники, в частности, приняли папки с опубликованными и неопубликованными материалами по истории и политологии. Четыре книги Аркадий Чикин посвятил жизни и деятельности самого известного севастопольского городского головы дореволюционной поры Алексея Максимова. Сравнительно недавно о нем мало что было известно. Аркадий Михайлович приступил к исследованиям по заинтересовавшей его теме буквально с нуля. Вдали от Севастополя ему посчастливилось застать живой внучку С.А. Никонова — личного врача Алексея Андреевича и его семьи. Исследователь вел с ней переписку. Он успел также основательно поговорить с людьми, которые были знакомы с родственниками А.А. Максимова, представителями его ближайшего окружения. В архивах были выявлены уникальные документы, проливающие свет на организацию и функционирование в Севастополе местного самоуправления. Эти и другие находки Аркадия Чикина пополнили богатые фонды городского архива. Его сотрудникам также переданы фото- и видеоархив, другие материалы.

Значительную по объему и содержанию часть своего архива Аркадий Чикин передал Морской библиотеке имени адмирала Лазарева. Сюда автор доставил рукописи шести своих книг, три из которых еще ждут публикации, рукопись второй редакции "Севастопольской Голгофы", богатое за два десятка лет газетное собрание.

Я внимательно посмотрел на Аркадия Михайловича. Он верно оценил мой взгляд, засмеялся. Радостно, что Аркадий Чикин не жалуется на здоровье. А с архивом распорядился таким образом потому, что уже написаны книги. Если же материалы все-таки потребуются снова, то достаточно будет заглянуть то ли в городской архив, то ли в Морскую библиотеку. И все дела. Аркадий Михайлович решил еще, что доступ к его собранию будет открыт желающим не через 5-10 лет, а сразу после процедуры регистрации документов.

Аркадий Чикин не первый в нашем городе, кто поступил таким образом. Заведующая отделом комплектования Морской библиотеки Ольга Сазонова и библиотекарь Марина Ваабель рассказали мне о переданном им богатом собрании книг с автографами авторов из коллекции их коллеги Евгении Шварц. В свое время Евгения Матвеевна состояла в переписке с Константином Паустовским, Леонидом Соболевым, Валентином Пикулем, Виктором Конецким и другими известными писателями, коллекционировала экслибрисы, накапливала в отдельных папках газетные статьи по истории города. Все это хранится в фондах библиотеки.

Семья гидробиолога и гидрофизика академика В.И. Беляева передала принадлежавшую ученому библиотеку — 850 томов, 225 из которых признаны особо ценными. Три десятка лет в Морской библиотеке хранится так называемая севастополиана Голубовских — 650 книг исключительно о нашем городе.

Похожие примеры могли бы привести и в городском архиве. Как хорошо, что им последовал и Аркадий Чикин. Ради наращивания культурного наследия Севастополя, его признанной интеллектуальной мощи.

Другие статьи этого номера