Дмитрий БЕЛИК: «Право учиться на родном языке так же естественно, как жить и дышать»

С момента принятия городским советом в марте 2009 года «Положения об общественных слушаниях» в Севастополе началась подготовка сразу к двум общегородским мероприятиям. Вынесенным на первые в городе слушания 26 июня стал вопрос борьбы с ростом наркомании среди молодежи. На август группа депутатов горсовета готовит слушания по вопросу: «Говорим по-русски — учимся на русском». В обоих случаях инициатором обобщения мнения севастопольцев стал депутат Дмитрий Белик, выступивший, во-первых, за запрещение в коммунальных учреждениях города метадоновой программы, а во-вторых, предложивший к решению майской сессии об итогах проведения общегородского родительского собрания «скандальную» поправку о русском языке обучения в севастопольских школах. Сегодня свою точку зрения на эти вопросы депутат высказывает читателям «Славы Севастополя+». — Дмитрий Анатольевич, ваши предложения (некоторые полностью поддержанные городским советом, некоторые — частично) идут резко вразрез с мнением и действиями исполнительной вертикали власти города и государства. После открытых дискуссий с чиновниками или, скажем так, "закулисных поисков истины" ваша позиция по заявленным вопросам не поменялась?

— Что касается решения городского совета о запрещении метадоновой программы, лично мое мнение однозначно не поменялось. Более того, когда мы инициировали проведение общественных слушаний по проблемам наркомании, в совещательный комитет в качестве экспертов были привлечены профессионалы по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. В том числе и представитель управления Министерства внутренних дел в Севастополе, который высказал однозначное мнение, что метадон — это зло.

Я еще более укрепился в том, что наше решение было единственно правильным и нам необходимо его отстоять. Невозможно представить себе, чтобы лет двадцать назад в Севастополе в медицинских учреждениях свободно раздавали наркотики. Теперь это продавливается на правительственном уровне и заокеанскими фондами, такими как фонд Сороса. За этим стоит интерес крупных фармакологических синдикатов, не обошлось и без желания превратить нашу страну в рынок сбыта наркотиков, в том числе и для того, чтобы осуществлять в отношении славянского населения геноцид.

Позиция не поменялась несмотря и на то, что должностные лица исполнительной власти подали в суд на решение городского совета и, скажу больше, выиграли его в первой инстанции. Сейчас рассмотрение находится в апелляционном суде. И я очень надеюсь, что после общественных слушаний возымеет действие мнение общественности и наконец-таки реально представители администрации услышат жителей города, а не некую группу, якобы требующую раздачи метадона. Помогут, надеюсь, слушания и в разработке комплексной программы противодействия наркомании. Для решения этого вопроса пригласили довольно серьезных экспертов, представителей православной канонической церкви. Задача — широкомасштабные слушания, на которых будет выработана и делегирована городскому совету общегородская позиция.

— Вы упомянули "Севастополь двадцатилетней давности". Так вот, тогда в нем не только не раздавали, как вы говорите, наркотики, но и не изучали украинский язык. Странно представить, чтобы кто-нибудь тогда "вслух" был недоволен происходящим. Тем не менее какая-то часть населения была ущемлена в правах на изучение родного языка. Не кажется ли вам, что поправка к уставам школ "в школе утвержден русский язык обучения" звучит слишком реакционно теперь уже по отношению не к части населения, а к гражданам Украины?

— Я бы не сказал, что мы кому-то что-то противопоставили. Перегиба нет. Если внимательно посмотреть на поправку, принятую действительно по моему предложению, то в решении сессии она звучит так: "В школе утвержден русский язык обучения в соответствии с решением городского совета с обязательным изучением государственного языка". Во-первых, поправка не касается школ с украинским языком преподавания. А во-вторых, как уже было сказано неоднократно, в уставах наших школ и так был прописан русский язык обучения, но — по распоряжению СГГА, которого никто не видел и которое в итоге не исполняется из-за внедрения в образовательный процесс пресловутого приказа Минобразования N 461. Фактически горсовет принял собственное решение о языке преподавания, исполнение которого он вправе контролировать.

— Приказ, о котором вы говорите и законность которого горсовет поставил под сомнение, направлен на улучшение изучения украинского языка в общеобразовательных заведениях с обучением на языках национальных меньшинств, естественно, и на русском. То есть в помощь детям, для которых государственный язык не является родным. Во всяком случае, так утверждается работниками образования. Что в этом плохого?

— То, что этим приказом пытаются продавить чиновники, является подменой понятий. Языком обучения для любого человека является родной язык. Географию, историю, химию человек должен изучать на родном языке, который ему понятен, на котором он думает. Именно 461-м приказом вводится двуязычное образование, например, по математике. А уже с 1 сентября 2009 года севастопольские школьники должны изучать историю Украины только на украинском языке, а с 2010-го — и географию. Во всех классах увеличивается количество часов на изучение украинского языка и литературы, готовится документация для поэтапного перехода школ на преподавание целого ряда предметов на украинском языке. И это обеспокоило депутатов городского совета и общешкольное родительское собрание.

— По-моему, от знания многих языков еще никто не пострадал…

— Это разные вещи: знание языков и обучение на неродном языке. Двуязычие ведет к тому, что у ребенка выстраивается неправильное логическое мышление. Слово "круг" по-украински звучит как "коло". И когда ребенок учит математику на двух языках — идет подмена понятий: "около", "рядом" — и это очень болезненно. От раннего двуязычия, кстати, предостерегал еще выдающийся филолог Александр Афанасьевич Потебня, имя которого носит Институт языкознания НАН Украины. "Знание двух языков в раннем возрасте — это не владение двумя системами изображения и сообщения одного и того же круга мыслей. Напротив, оно раздваивает этот круг и заранее затрудняет достижения целостности мировоззрения, мешает научному абстрагированию. Так из детей, которые имеют неплохие способности, делаются полуидиоты, живые памятники бессмысленности и душевного холопства родителей", — писал А.А. Потебня. И сегодня в Севастополе актуален следующий вопрос: "Моему сыну в школе объявили, что со следующего учебного года в его классе математику будут преподавать по четным неделям — на родном, а по нечетным — на другом языке. Скажите, пожалуйста, будет ли он при такой системе изучения предмета знать математику?" Я лично сильно сомневаюсь. Именно родной язык определяет постепенное формирование представлений ребенка о мире, будь это цветок с желтой серединой и белыми лепестками под названием "ромашка" или простейшие математические действия. Без усвоения сути понятия на родном языке усвоить его на другом невозможно. Никто никогда не сможет понять на другом языке того, что не имеет названия и толкования на родном.

— А каков путь у того, кто не знает толкования на государственном языке, той же математической терминологии? Приказом в школах вводятся дополнительные часы на изучение точных наук на государственном языке. И сделано это для того, чтобы выпускники севастопольских школ, потенциальные гениальные математики, физики, смогли бы поступить в национальные вузы. Не кажется ли вам, что региональное противодействие приказу "отрежет" им всякую перспективу продолжения образования?

— А в противном случае мы лишаем возможности севастопольских детей вообще получать качественное образование, вносим сумятицу. Человек, в полной мере овладевший именно родным языком, — это интеллектуальный потенциал общества, залог конкурентоспособности государства. Потому что только такой человек может свободно мыслить, ясно излагать, владеть понятийным аппаратом. Но к чему могут привести сегодняшние тенденции в образовании? К тому, что все достойные места в государстве будут заняты хоть и малограмотными, но "национально-свидомыми хлопцами", умеющими умиляться черепками трипольской культуры и не знающими великих писателей — русских, с мировыми именами: Толстого, Достоевского, Бунина. Мы хотим адекватного, уважительного отношения к нашему родному языку и культуре. Взамен получаем в том же приказе перспективу проведения внешнего независимого тестирования наших выпускников по математике на государственном языке уже в следующем году. Смогут наши дети пройти его достойно и подать документы в те же национальные вузы? А ведь этнические русские и русскоговорящие являются государствообразующей нацией. И наши права гарантируются целым пакетом законов и подзаконных актов страны.

Статья 53 Конституции Украины, к примеру, предусматривает, что гражданам, которые принадлежат к национальным меньшинствам, в соответствии с законом гарантируется право на обучение на родном языке или на изучение родного языка в государственных и коммунальных учебных заведениях или через национальные культурные объединения.

А статьей 27 закона "О языках в Украинской ССР" закрепляется следующее положение:

"В местах компактного проживания граждан других национальностей могут создаваться общеобразовательные школы, учебная и воспитательная работа в которых ведется на их национальном или другом языке". В случаях, предусмотренных в части 3 статьи 3 этого закона, могут создаваться общеобразовательные школы, в которых учебная и воспитательная работа ведется на языке, совместно определенном родителями школьников.

— И этим совместно определенным языком может стать украинский?

— Конечно. Повторюсь еще раз: мы не против государственного языка! Во-первых, он обязателен для изучения, а во-вторых, в городе создаются классы с украинским языком обучения. То есть, если ребенок собирается поступать во Львовский или Киевский университет, у него должно быть право учиться в украинском классе, школе.

Есть такой город областного значения во Львовской области на границе с Польшей — Самбор. Там градообразующим учреждением является медицинское училище. И обучение в нем проходит в разных группах на трех языках: русском, украинском и польском. Такой вариант выбора нужно создавать и в нашем городе, чтобы оставить родителям право выбирать язык обучения своих детей. И если родители хотят, чтобы дети обучались на русском языке, мы должны дать им эту возможность. Однако приказ Минобразования N 461 лишает их такого права.

— Дмитрий Анатольевич, вы не опасаетесь того, что общественные слушания по русскому языку накануне учебного года запутают родительскую общественность и приведут к неадекватной реакции со стороны государственных органов власти?

— Я готов к заявлению скептиков о том, что зачем бороться за русский язык, если пока нам не запрещают на нем говорить. Но право жить и дышать — это естественное право любого человека. Если преступник лишает нас этого права, мы будем защищаться? Да. Так почему же перед насилием над родным языком, попыткой лишить нас права обучения на нем мы должны остаться без защиты?

Под заявлением о проведении слушаний уже подписались 35 депутатов. Важно, чтобы наша инициатива не была проигнорирована, "затерта" чиновниками и крючкотворами.

В слушаниях, я надеюсь, примут участие работники образования, которые разъяснят родителям, на каком же языке будут обучаться их дети, и которые, в свою очередь, прислушаются к мнению общественности. Например, о языке тестирования. Возможно, на слушаниях прозвучат конструктивные предложения, может, они и будут связаны с факультативным обучением терминологии на государственном языке. Это и будет выбор родителей, общественности, а не чиновников. Грубое вмешательство государства в языковые процессы уже привело к тому, что, по признанию филологов, в стране растет безграмотное поколение, не знающее толком ни русского языка, ни украинского. Школы — это коммунальные учреждения, принадлежащие громаде, и мы вправе выбирать будущее для своих детей.

Другие статьи этого номера