Берлинская весна Олега Танцюры

С творчеством Олега Танцюры севастопольцы познакомились в последние годы: писать, причем настойчиво, плодотворно, ярко, он стал уже после того, как завершил свою службу на флоте. Персональная выставка художника в музее им. М.П. Крошицкого, которая прошла два года назад, зримо показала, что перед нами самобытный мастер со своим видением мира и своей манерой письма. Тогда он представил в экспозиции полотна, написанные в Китае. И совсем не случайно: Олег Танцюра, член Международного союза художников, стал первым севастопольцем, который был приглашен на пленэр в Китайскую Народную Республику. Почти сто картин написал он за два месяца пребывания в этой удивительной стране.
После Севастополя состоялись творческие отчеты художника в Киеве и Москве. Олег Танцюра был замечен виднейшими искусствоведами. Не случайно его имя вошло в рейтинговый список известных художников СНГ. Вскоре его работы были представлены на выставке в Берлине в числе лучших произведений 100 украинских художников. По итогам вернисажа 20 известных мастеров кисти были удостоены дипломов. Танцюра оказался в их числе.И потому не случайно ныне художника персонально пригласили на пленэр в Берлин. Причем попросили привезти свои картины и показать их немецким зрителям. Олег Танцюра предположил, что интересны будут пейзажи, написанные в Херсонесе и Балаклаве, наше побережье, цветущие поля, богатое разноцветье трав. Так и оказалось. Большой популярностью пользовались морские пейзажи, потому что вода — это "конек" художника, что признано единодушно.

Сорок дней работал художник в Берлине. Сорок насыщенных и плодотворных дней. Провел две выставки в галерее Русского дома науки и культуры: одну — в начале — "Севастопольская весна", другую — в этом же зале за десять дней до отъезда — "Берлинская весна". Одна экспозиция дополняла другую, было интересно сравнивать.

В общей сложности в Германии Олег Танцюра написал 42 работы. Все привез с собой домой в Севастополь, хотя были предложения оставить некоторые из них в Берлине. Его творчество высоко оценили сначала на открытии выставок, а затем в прессе, на радио и телевидении. Любителей живописи пленила манера его письма: тонкий лиризм, поэтическая влюбленность в натуру, изысканное письмо и вместе с тем широкий мазок кисти. Несколько уставшие от авангардного искусства и соскучившиеся по пленэрной живописи искусствоведы подчеркивали верность О. Танцюры традициям русской школы. Обычные зрители тоже отмечали его задушевную манеру письма — в отличие от бытующего коммерческого подхода. Бесспорно, прельщали солнечность, красочность, праздничность крымских и севастопольских пейзажей, заложенное в них радостное настроение.

Что же касается выставки "Берлинская весна", то и здесь для зрителей было много неожиданного. Севастопольский художник своими глазами увидел и передал то, что не замечают люди в обыденной жизни, проходят мимо, не останавливая взора. "А это что? А это где?" И потом с благодарностью говорили Олегу: "Если бы не вы, мы бы этого не заметили".

— В Германии я был впервые, — рассказывает художник. — Новые города. Новая культура. Писал в основном исторический центр Берлина, парки, Потсдам, Дрезден.

Сначала я удивилась, когда не увидела на картинах художника знаковых берлинских мест: рейхстага или Трептов-парка. Это было неожиданно, потому что пребывание Олега в Берлине по времени совпадало с Днем Победы. Художник объяснил: ему было тяжело возвращаться в прошлое.

— Рейхстаг я не писал, подошел к зданию близко, но, честно говоря, мною овладели смутные чувства. Да, это своеобразный символ победы над фашизмом, символ поверженного Берлина. В той войне воевали два моих деда: один освобождал Севастополь, другой закончил войну в Кёнигсберге. Но трагедия заключается в том, что наше поколение не смогло сохранить всего этого, не отстояло свою большую страну. Мы остались на пустом месте, все рассыпалось. Я не смог с этим чувством своей несостоятельности писать рейхстаг. И вообще Берлин сейчас другой. Хотя и остались следы войны, но у нас в Севастополе их гораздо больше. Немцы не допускают фашистской символики. Как ни трагично, но у нас в Севастополе вы найдете и немецкую каску, и немецкие кресты, и свастику. А "вальтер" даже можно купить в магазине. У них этого нет.

Берлин поразил О. Танцюру своей организованностью и порядком. Много людей на улицах, все довольны, улыбаются. И хотя в Германии тоже, естественно, кризис, уныния не чувствуется. Сократился рабочий день, но по-прежнему существуют социальные гарантии. Много там наших бывших соотечественников — русских и украинцев. Но мало кто себя по-настоящему нашел. Дипломы требуют своего подтверждения. И потому даже многие специалисты занимаются неквалифицированным трудом: работают в зоопарке, убирают клетки. Что ему не понравилось — так это в первую очередь свобода нравов. В парках на полянах — голые люди, много гомосексуалистов, целуются на улицах, в транспорте. И это не только не скрывается, а напротив, даже культивируется. В центре Берлина установили памятник гомосексуалистам. Все это, считает художник, следствие отхода от церковных норм, от престижа семьи.

— Эмансипация как с мужской, так и с женской стороны приводит к извращениям. Да, бесспорно, в стране высокий уровень жизни, хорошие питание, транспорт, медобслуживание, социальная помощь, но не это главное. Важны ценности семейной жизни, теплота. У них этого нет, к сожалению. Много перекосов и искажений. У нас много красивых женщин, люди хорошо одеваются. Я взял с собой чемодан одежды, а потом оказалось, что это вовсе и не требуется. Там в магазинах много качественных дорогих вещей, но одеваются все очень просто и практично. На выставке я разговорился с посетителями: а что больше всего любят немецкие женщины? Что ценят? Оказалось — свою финансовую, экономическую самостоятельность. Уже не извечные kьrsten, kinder, kirha (кухня, дети, церковь), а финансовая независимость.

Олег Танцюра уже был дома в Севастополе, когда друзья прислали ему немецкую газету. Оказалось, он стал своеобразной достопримечательностью Берлина. Фотокорреспонденты различных изданий снимали берлинскую весну: самое любопытное, самое характерное из того, что они разглядели на улицах, в скверах и парках. Снимки представили в Интернете. Жюри из 96 работ отобрало фото с художником, пишущим на улице. Его поместили в газете Berliner Morgenpost. На других работах в основном была гуляющая, загорающая, отдыхающая на солнышке публика. И только один человек сосредоточенно работал.

Это был наш Олег Танцюра.

Другие статьи этого номера